Тесса, бастардка князя

Глава 18

Лисёнок понял, что эти бородатые, пахнущие лошадьми и потом мужчины загнали его в угол, а со всех сторон возвышались крепкие кирпичные постройки. И хотя они его не обижали, кормили всю дорогу, гладили по рыжей шёрстке и жалели, но сидеть в запертой клетке ему надоело.И вот, едва заметив, что дверца клетки не заперта на щеколду, лисёнок выскочил на свободу и растерялся от обилия телег, человеческих ног и высоких зданий. Он обиженно тявкал, хотел домой, к отцу и матери, но они куда-то исчезли, оставив его в кроватке и не появлялись уже давно. Обессиленного от голода и жажды Лиса забрали из дома эти бородатые дяди, предварительно напоив невкусным молоком. Лис был ещё маленьким, оборачиваться в человека ещё не умел, но человеческую речь понимал.
— Эх, горемыка,- вздохнул бородатый, взяв его за шкирку,- уже в таком малом возрасте сиротой остался.
— Ничего,- утешал второй дядька,- в воспитательном доме тебе найдут наставника- оборотня, легче будет жить.
От их разговора он понял, что стал сиротой и его теперь везут в какой-то дом для воспитания. Но кто такой сирота он не знал, и дом для воспитания тоже не был ему знаком. Второй с темно- рыжей бородой протянул ему кусочек сахара. Сахар Лис любил, он быстро его съел и тявкнул, попросив добавки. Добавки не было и Лис обиженно засопел. Неизвестность пугала малыша.
В памяти всплыло тёплое весеннее утро, когда мама, взяв его на руки, вынесла из дома в степь и опустила в зелёную траву.
-- Лис, запомни: вот этот синенький цветочек - колокольчик. Послушай, как он тоненько звенит под ветром,- учила его мать.
А ему было лень учиться, хотелось прыгать в густой траве, да лапки запутались и маленький Лис лизал своим шершавым язычком крупную росу с листочков.
— Глупенький мой, любимый мой сыночек,- ласково гладила мама Лиса по рыжей шёрстке.
Вспомнив ласковые руки матери, лисёнок заскулил. Его зелёные, похожие на человечьи глаза, наполнились слезами.
— Лис, не плачь, все будет хорошо,- успокаивал мужчина, протягивая к нему руки.- Ещё немного и доедем до места, там будут воспитатели из твоего племени.
И тут лисёнок увидел красавицу с короткими темно- каштановыми волосами и очень грустными синими глазами. У неё были тонко очерченные брови и загорелая кожа. Уши оказались не заострёнными, как у мамы и папы, а маленькими, со скругленными кончиками. Одета она была в чёрные рубашку и штаны, а на ногах были высокие ботинки. Лис с тоской вспомнил, что и родители так одевались, когда уходили из дома. Лисёнок никогда в своей короткой жизни не видел такой красивой женщины, кроме мамы. Ему захотелось побежать к ней навстречу, чтобы эта красавица почесала его за ушком, как мама, и он не сдержался,побежал к ней и припал к земле.
-- Иди ко мне малыш,- призвала девушка и взяла его на руки, осторожно прижимая к груди. Лисёнок счастливо вздохнул, вдыхая аромат спелых яблок, исходивший от девушки.
***
Сдав опивня в Отдел нечисти и расписавшись в бумагах, я вышла во двор. Не привлекая к себе внимания, решила слинять в своё имение, благо отпуск у меня ещё не завершился. Бегло осмотрев двор, мои глаза остановились на двух воинах, ловивших сбежавшего от них маленького Лиса- оборотня. Лисёнок забился в угол, идти на руки к воинам решительно отказывался, хотел домой, к папе и маме. И тут мои глаза встретились с зелёными глазами лисёнка, в них было такое горе и отчаяние, что сердце мое сжалось, и я, протянув к нему руки, призвала: "Иди ко мне, малыш". Лисёнок подбежал ко мне, припал животом к земле, и я взяла его на руки, крепко обнимая к груди. Сердце его гулко стучало. Увидев это, воины счастливо улыбнулись, но подходить к нам не стали.
— Спасибо, боярская дочь, за помощь. А то никак изловить не можем бедного сиротинушку,- поблагодарил меня воин, заметив на шее знак боярства.- Помогите Лиса в клетку посадить.
-- Откуда едете и куда?- спросила я, не трогаясь с места.
— Почитай, с южной границы едем. Родителей убили разбойники во время объезда границы, они оба на кордоне служили. А бедного ребёнка везём в воспитательный дом, что недалеко от Сереброграда,- ответил второй воин.
Тут надо сказать, что наш Князь очень дальновидный правитель. Для сирот, родители которых погибли на страже Отечества, он открыл специальные воспитательные учреждения, где их воспитывают и обучают военному делу.
— На ловца и зверь бежит,- довольно прогудел за спиной очень знакомый голос.
Я вздрогнула от неожиданности. Повернулась и увидела , как ко мне подходит сам Глава Тайной Стражи, не один, а с ведьмой весьма интересной наружности. Ещё не старая, высокая, худощавая, некрасивая женщина с крупным носом и умными зелёными глазами, с сединой в чёрных распущенных волосах, убранными под широкополую чёрную шляпу. Одета она была в чёрные рубашку и брюки. По ботинкам, не отличимых от моих, можно было предположить, что мы работаем в одной организации.
Мои предположения подтвердились, когда Глава, забрав документы у двух воинов, создал над нами(тремя людьми и одним оборотнем, он так и остался в моих руках) полог неслышимости.
-- Госпожа Алиса, ведьма, будет твоим наставником в первом деле. Тесса, боярская дочь, отправляешься на практику,- дал он нам обеим приказ. Итак, Глава отправил нас в воспитательный дом с поручением отвезти маленького оборотня до детского дома и сдать воспитателям. Из детского дома поступила жалоба от воспитателей, что дети начали болеть.Просили провести проверку на наличие нечисти.Подчинившись приказу, мы выехали на предоставленной нам карете Тайной Стражи с кучером. Каурку оставила на конюшне.
Колёса громыхали по булыжной мостовой, копыта двух резвых лошадок, везущих нашу карету, весело цокали, не чувствуя тяжести груза. Рыжий Лис пригрелся на моей груди и дремал, убаюканный дорогой. Дорога широкой лентой вилась между полями золотистой пшеницы,скошенными лугами, кое-где мелькали небольшие берёзовые рощи, дающие тень. Однообразный скрип колес не заглушал песню жаворонков, которые вились над пшеничными полями. На оживлённой дороге навстречу нам проносились кареты, всадники, телеги, но никто не посмел обогнать карету со знаком Тайной Стражи, все уступали нам дорогу, прижимаясь к обочине. Встреченные крестьяне останавливались и низко кланялись вслед проезжающей карете, осеняя себя тайным знаком. Часа четыре такой тряски, и вот мы въезжаем через крепкие деревянные ворота на территорию дома сирот, расположенного в большой берёзовой роще.