The Twilight Saga: Equinox / Сумерки. Сага: Равноденствие

Часть 8. Багряные бутоны на чёрном полотне

Жизнь продолжалась. И, несмотря на важность произошедших событий, никто не отменял школу. Четверг встречал мою невозможную персону относительным теплом и отсутствием проблем. И я была неимоверно рада наконец-то не иметь никаких переживаний на душе, ведь в жизни, по моему хотению, должна была воцариться стабильность.

Я теперь знала об истинной мотивации Калленов, они о моей осведомлённости — тоже. Отношения между нами стали, как по мне, ещё теплее, а шею до сих пор холодила серебряная цепочка, которую я, признаюсь, вертела туда-сюда вместо кольца. И каждый раз, стоило увидеть эту простенькую вещь в зеркале, на душе теплело, а настроение поднималось, будто это Джаспер стоял рядом и влиял на мои эмоции.

Всё же, думалось мне, жизнь — интересная штука. Я была единственной, кто мог помочь Джасперу в борьбе с жаждой, привнося в душу покой и уверенность, а он был тем из немногих, кто читал меня как открытую книгу. Он ведь подмечал малейшие детали, следил за словами и эмоциями, создавая, может, не цельную картину, но хотя бы её часть. Джаспер был единственным, кто мог бы догадаться о моей осведомлённости о будущем.

Но мне совсем не хотелось забегать вперёд, я давала себе время насладиться настоящим. Именно сейчас можно было не забивать голову и просто жить спокойно, ни о чём не думая, хотя бы пару дней. Ведь ещё немного и бейсбол, а за ним погоня. И я бы с удовольствием не вмешивалась, но уже была частью этой вампирской истории, поэтому оставить всё как есть не могла. Меня Белла в гипсе не прельщала, как ни посмотри.

Школа гудела с самого утра, студенческий совет и учителя всё шныряли по коридорам, а в воздухе так и звенело напряжённое ожидание. То тут, то там ученики развешивали плакаты, а некоторые самые умные продавали атрибуты для болельщиков. Баскетбольный сезон набирал обороты, к нам приезжала команда из Сиэтла. И даже меня вся эта канитель взволновала, заставляя не только бесполезную толстовку с эмблемой нашей команды купить, но и сразу же после уроков нестись в спортзал, чтобы занять самые выгодные места.

Не сказать, что я так уж фанатела от баскетбола, но не поддержать нашу команду не могла. И даже присутствие гуся в основном составе меня не отворачивало, что уж, я орала поболее некоторых его самых преданных фанаток, когда он в очередной раз зарабатывал очко.

Признаться, хоть Мэтью и был не особо приятной личностью, но играл очень хорошо, вытягивая команду, с которой, к моему удивлению, ладил прекрасно и даже проявлял к ребятам участие и поддержку. Такие метаморфозы меня, конечно, не особо касались, но так и хотелось спросить, куда всё это понимание девалось, стоило ему уйти с поля. Правда, после той истории с листовками он даже в обычной школьной жизни присмирел, по крайней мере, я больше его на издевательствах не ловила.

Не могла я не заметить и Калленов, которые тоже пришли понаблюдать за игрой, заняв самые дальние места, возле выхода. Им и правда не было нужды заморачиваться, где сесть, ведь видели они всё прекрасно с любого ракурса. А вот я уселась поближе к полю, хотя и был шанс получить мячом в лоб.

Их внимание я не привлекала, ведь в любом случае знала, что они меня заметили. Так-то, в наших школьных взаимоотношениях ничего не изменилось. Я не бежала сломя голову к ним за столик, не поджидала в коридорах, чтобы поговорить, вообще ничего не делала. Только привычно отвечала на приветствия, которые знакомо звучали каждое утро. И, как по мне, это было правильно. Нечего создавать сплетни и посвящать окружающих в то, как изменились наши отношения. Хватало и Беллы с Эдвардом, прогуливавшихся по коридорам под ручку.

Солнце постепенно садилось, и на улицу наползал сумрак. Горло под конец игры просто село, и я даже думать не хотела, как меня похвалит за это Ветта. Но игра всё же стоила свеч, ведь наши победили. Все мои крики и подбадривания, конечно, тонули в какофонии других голосов, но я всё ещё гордилась своим командным духом. Для самой себя я проделала отличную работу, практически сорвав голос.

Матч закончился полным разгромом команды противника, и в школе воцарился хаос похлеще утреннего. Никто никуда не уходил, многие оставались праздновать. Учителя даже скромную полянку для приезжих гостей устроили, явно решив выделиться. Думаю, на этой дружественной показухе настоял тренер нашей сборной, тот ещё хитрый мужичонка с пышными усами.

И я бы тоже с радостью повзрывала хлопушки и половила падающие конфетти, вот только букашки уже просто не вывозили окружающего шума и даже просто людей, поэтому упрямо играли на моих нервах смычком, заставляя уходить подальше от общества. Смилостивившись над собственным организмом и сожителями, я всё-таки оставила зал и пошла скитаться по школе в поисках спокойного уголка.

Правда, обойдя весь школьный корпус раза три, я так и не нашла пустующего местечка. Везде кто-то был, что было логично, но в данный момент мне ужасно не нравилось. На улице темнело, и я чувствовала себя выжатым лимоном. Я могла бы пойти домой, но было так лень, что просто уговорила Ветту забрать меня, когда освободится.

Легко сдаваться было не в моих правилах, поэтому пришлось выйти на улицу. Лёгкий ветерок приятно охладил кожу, а потом и заставил поёжиться. Посильнее закутавшись в толстовку, под которой была одна спортивная майка, я, обходя вездесущих людей, отправилась к техническим помещениям, где в тени за одним из зданий должна была стоять одинокая лавочка.

На телефон пришло сообщение от Сета, и я просто отключилась от всего мира, отдавая всё своё внимание переписке. Этот неусидчивый мальчишка всё хотел позвонить, но я кратко отрезала его словом «нет». Сету было интересно всё, ведь к ним в резервацию редко приглашали другие школы на соревнования. Но моя голова действительно гудела, отчего свои впечатления от матча и хода игры я описывала подробными текстовыми сообщениями, вперившись в экран.