The Twilight Saga: Equinox / Сумерки. Сага: Равноденствие

Часть 11. Мятные цвета и лето в облаках

Дни, полные свободы и ребячества, вкус фисташкового мороженого на языке, лёгкие маечки и этот противный, липкий зной — из года в год таким был мой летний сезон. Ничего не менялось: всё свободное время я проводила с Ланой, шатаясь по улочкам Сент-Джорджа, разглядывая скалистые ландшафты вдалеке и любуясь частыми безобразными граффити местных любителей надругаться над чьей-то частной собственностью.

Это было моё первое лето вдалеке от родного города. В Форксе не было жарко. Одежда не липла к спине от пота, который обычно так и норовил скатиться слезами отчаяния, а панамку даже купить негде было. В Форксе не страшились получить солнечный удар, что уж, здесь даже в июле могло стать до зубного скрежета холодно. И мне казалось, что я уже привыкла ко всему в этом маленьком городишке, но летние каникулы всё равно стали необыкновенным опытом.

Лень. Идеальное слово, сопровождающее идеальный отдых. Не была я той активисткой, которая всё стремилась стать лучше, узнать больше и в целом разнообразить свою жизнь. Моё лето никогда не отличалось изобретательностью. Я не покидала знакомые мне районы, большую часть времени проводила с ещё более пассивной и спокойной Ланой, зачастую устраивая ночные марафоны по просмотру фильмов или же просто обсуждая какие-то новинки.

Раньше мне казалось, что лучше быть не может. Что же… я умею признавать свои ошибки. Моё первое лето в Форксе было… Интересным? Ну, уж точно непривычным. Во-первых, планов было море и ещё немножко, друзей — больше, чем один, а времени не так уж и много. Каникулы прошли слишком быстро и ярко, оставив после себя лишь мазки красочных воспоминаний, которые каждый раз заставляли глупо улыбаться.

Стоит ли начать с малого? Думаю, на последнем месте в этом летнем сезоне была рыбалка со Стивом. И хоть это событие и занимало первую ступень с конца, я была уверена, что никогда его не забуду. Ох, как же я прокляла тот день. Бояться вампиров — самых сильных хищников? Нет. Потому что на этом белом свете есть твари пострашнее, которых я возненавидела всей душой. Бог ты мой, да меня даже вампиры не трогали, а тут…

Комары. Какие-то мелкие кровососущие букашки обгрызли меня с ног до головы, несмотря на несколько слоёв одежды и специальный спрей, который, как выяснилось впоследствии, оказался с истёкшим сроком годности. И обещание Стива загладить вину меня никак не прельщало, когда я сидела вся обсосанная/высосанная, в общем, с огромной кровопотерей, зудящим телом и разряженным телефоном. Мне даже пожаловаться было некому на этих тварей, ни на что не годного предателя Стива и отвратительно шевелящихся в пакетике розовых опарышей, которые потом снились мне в кошмарах, пожирая рыбью плоть.

Закончилось всё специальным кремом после укусов комаров, Джаспером на коленях, его приятными прохладными руками на коже, обрабатывающими моё обруганное букашками тело, и моим нескончаемым потоком слов — я вылила всё своё возмущение, глядя в эти бесстыдные медовые глаза, в которых плескались предательские смешинки.

Я эмоционально взмахивала руками, наигранно негодующе тараторя: «Тебе смешно? А мне нет! Как тебе вообще не стыдно? Из твоей девушки высосали пол-литра крови, а ты… Ой-ой, стоп, щекотно. У тебя руки холодные. Так к чему это я? Точно, эти твари вкусили запретный плод, который даже тебе неведом. Комары, Джас, комары! Ты должен быть по крайней мере раздосадован. Они пили мою кровь! Этого даже ты не делал. Твоя честь как вампира должна быть задета…». Честно, болтала я такую ерунду, что сама же из-за неё и смеялась, договорив. Но я была бы не я, если бы не выдала сто слов в секунду и не сморозила какую-то глупость.

Конечно, сама рыбалка не удалась, но вот внимание со стороны одного конкретного вампира после неё очень даже пришлось мне по душе. Кто бы ещё меня так обхаживал, да и когда? А тут, на шее все укусы даже выцеловали, нежно — иногда с неприкрытым лукавством, — приговаривая о том, какая я у него ценная и как кто-то вообще посмел ко мне прикоснуться, явно подыгрывая мне и потакая моему игривому настроению.

Следующим событием, о котором вспоминалось с улыбкой, была поездка к Лане. Было так необычно возвратиться в жаркий и наполненный ярко-рыжими и жёлтыми цветами Сент-Джордж, что в один миг я даже растерялась. Будто не на родину приехала, а в какой-то незнакомый городок. Так уж быстро я привыкла к Форксу, его буйной зелени, запаху хвои и озона, частым дождям и прохладным дням, что сухой и спёртый воздух штата Юта просто выбил из колеи, заставив зайтись тяжёлым кашлем. Здесь было душно, жарко до испарины и слишком солнечно.

Мне удалось повидаться с тётей Маргарет, которая по обычаю подготовила сотню подарков разной степени важности, а ещё насладиться наконец-то нашей болтовнёй. Язык без костей я унаследовала от неё, факт сего просто неоспорим. В пустую квартиру меня, к слову, тоже не отпустили, сразив наповал тысячей аргументов под названием «Почему Энни-Лотте Ортего должна остаться ночевать у своей любимой тётушки Маргарет». Кого-кого, а эту женщину я переспорить не могла, да и не хотелось.

Спустя два часа, как бы ни было парадоксально, количество подарков увеличилось ещё вполовину. И тот счастливый победный возглас, который наверняка слышала вся улица, стоил того, чтобы чисто случайно сболтнуть Маргарет, что у меня появился молодой человек. Я была уверена, что никто этому так не радовался, как тётушка, которая не просто узнала имя моего избранника, но и записала его контакты, переслала себе несколько наших совместных фотографий и пообещала распечатать хотя бы одну и поставить в рамочку.

Блондины Маргарет нравились. Подтянутые блондины ей нравились вдвойне. Богатые подтянутые блондины шли вне очереди и считались лучшей партией для её, цитирую, маленькой обольстительницы. Эта женщина просто невозможна, но за это её и любят. К слову, несколько портретов Ветты и Стива уже украшали гостиную. И это, безусловно, смущало, учитывая, что я буду следующей. Иногда тётя Маргарет напоминала одинокую женщину, у которой собственного счастья не было, поэтому она так открыто радуется чужому, но… У неё прекрасный подтянутый муж — между прочим, солидный канадский мужчина, — двое уже взрослых детей и один внук.