Тихая буря: штормовое предупреждение

Глава 2

Множество глаз проклятий с ненавистью и злобой смотрят со стены. В полумраке комнаты, под мягким красным светом светодиодной ленты, закрепленной под потолком, это выглядело довольно жутко. Но рисунки не могу пугать так, как это делают настоящие духи. Ты только видишь опасность, а не ощущаешь её. Не можешь почувствовать адреналин в крови, усталость в мышцах от бега после преследования проклятия, нет лихорадочных мыслей о том, как следует поступить, чтобы избежать жертв и разрушений. А главное, нет чувства приближающейся смерти. Да, хоть маги и изучили досконально первые два ранга духов, но несчастные случаи имели место быть.

Рия помнит каждое поглощенное проклятие и его вкус. Кто-нибудь другой с таким же даром, как у неё, постарался бы забыть весь пережитый ужас и уж точно не стал бы рисовать духов и расклеивать их на стенах. Но у Шатовой были свои мотивы помнить. Слишком большая сила заключена в её теле, чтобы она могла позволить себе совершать даже малейшие ошибки. Любое колебание магии, пусть и незначительное, может обернуться полной потерей контроля над духами и их последующим освобождением. Для остальных магов нашествие проклятий не станет крупной проблемой, но устранение всех последствий займёт много времени.

Поглощая проклятие, маг непроизвольно запирает его в своём магическом ядре, которое, в свою очередь, представляет собой клетку или барьер неограниченных размеров. Дух лишается своего облика и существует сгустком энергии до какого-либо момента. Когда же проклятие призывают, оно принимает свою прежнюю форму, либо же меняет её в зависимости от решения мага. Дети, наделённые даром управлять проклятиями, почти не рождались на свет, даже в период взросления эта особенность не формировалась. Потому магические способности Проклятых не были до конца изучены, а большая часть информации, которая уже хранилась в библиотеке академии, была добавлена непосредственно самой Рией. Именно она впервые выдвинула теорию о «неспокойствии» внутренних барьеров у магов, способных поглощать духов. Шатова упорно доказывала что, если Проклятых собрать всех вместе, то под действием дара сильнейшего остальные потеряют контроль над барьерами. Случатся внутренние прорывы, проклятия вырвутся на волю, и тут же начнётся процесс подчинения. А вот смогут ли организмы в первом случае пережить такое истощение, а во втором – справиться с сильным потоком энергии, было неизвестно.

Выспаться, к сожалению, снова не удалось, поэтому, состроив самое недовольное лицо, которое только можно было, Рия быстро зашнуровывает берцы и выходит из комнаты. По коридорам уже бегаю младшекурсники, торопливо проходят преподаватели и подростки. От ярких цветов их одежды рябило в глазах, и девушка не понимала, почему нельзя было сузить цветовую палитру вещей, допустимых на занятиях. Кстати, о школьной форме: в академии за этим не следили. Главное, чтобы учащийся не выглядел слишком вызывающе. Во всех корпусах было тепло, поэтому ученики ходили в футболках, шортах, лёгких брюках, а девочки - в платьях или юбках. Но на время важных мероприятий, например, поездок в лагеря, экскурсии, походы в кинотеатры или другие места с большим скоплением людей, ребята обязаны были носить строгую форму академии. Значок академии, в виде изображения Чёрной вдовы был на самых видных местах одежды: сбоку на шапках, на галстуках, на рукава футболок, рубашек, курток, кофт. Символика вопросов не вызывала, а если те и появлялись, все списывали на странности детей и руководства. Против никто не был.

Что же касалось правил академии и всего мира магов в целом, то их было довольно много. Первым и самым важным, единственным, который Шатова прочитала, был закон о непричинении вреда посредством своего дара ни в стенах учебного заведения, ни за их пределами. Применять магию к простым людям также строго запрещалось, но если жизни мага или гражданского угрожала опасность, то первый мог использовать свои способности. После такое действие тщательно разбиралось на советах магов для того, чтобы исключить возможность намеренного причинения вреда или других серьёзных нарушений, которые могли бы поставить под угрозу весь магический мир. Оказалось, что многие неодарённые способны видеть проклятых духов и потоки магии. Судьбу таких тоже решали на совете, и обычно людей лишали той крохотной частички силы, которая и позволяла им сознавать тот мир, который обычно сокрыт под мощнейшими барьерами. Сделать их магами не представлялось возможным – их тело просто не выдержало бы потока энергии, даже если это делали поэтапно. Да и семьи просто не позволили бы этого: маленьких магов сейчас забирали на обучение под различными клятвами, заверениями и множественными расспросами. Но не все родители были настолько предусмотрительны, некоторых желали отправить ребёнка как можно быстрее и даже выставляли за порог дома, ещё до приезда комиссии. Таких детей в академии, к огромному сожалению, было много. На каждом курсе таких насчитывали человек десять-пятнадцать, а иногда и двадцать. Ребята быстро понимали, почему мама и папа не навещают их в школе, а братьев и сестёр им заменяют другие ученики младших или старших курсов. Последние считали своим долгом ввести новичков в мир магии, помочь найти семью и друзей, занять своё место. Все маги были одной большой семьёй.

С такими мыслями Рия неторопливо входит в столовую и ищет глазами спины друзей. В самой середине зала, рядом с кадкой какого-то растения, она замечает идеально уложенные пшеничные волосы Макса. Девушка помнит то время, когда они в шутку уложили гелем вечно непослушные пряди друга, а на следующее утром Канский сам появился на пороге комнаты Шатовой и попросил сделать ему вчерашнюю причёску. Удивлению мага не было предела. Рядом с Максом, откинувшись на спинку стула, сидит Рома и что-то объясняет Жене, самому младшему из них, время от времени указывая на тетрадь. Рия уже занимает очередь, чтобы забрать свой завтрак, как её отпихивают в сторону и место занимает рыжеволосая девушка, годом младше, - Дианой зовут. Невысокая, стройная, с большими голубыми глазами, аккуратным носиком и по-детски пухлыми розовыми губами, Воропаева была полной противоположностью Шатовой. Всегда выглядела безупречно, было у неё чувство вкуса, предпочитала более обтягивающие и светлые вещи, аккуратные туфельки или полуботиночки вместо высоких сапог и объёмных кофт. На фоне высокой серьёзной Рии она казалась маленьким ребёнком, еще не удручённым взрослыми проблемами. Девушки не поладили с самого начала, когда Сергей Владимирович хотел заставить их работать вместе. Шатова призывала проклятия, Диана могла ими управлять, миссии проходили бы намного быстрее и не вредили ничьему здоровью. Но Рия наотрез отказалась от такой помощницы, сказав, что Воропаева не может ей помогать, ведь ничего не умеет кроме как уничтожать духов. А проклятиями своими старшая ой как дорожила. Рыжеволосая после этого стала видеть в девушке свою конкурентку, хотя негласное соревнование, по всей видимости, нужно было только Диане. Все её выпады, например, такие, как сейчас, Шатова привыкла игнорировать, но никогда не заставляла ждать от себя ответа.