Тихая буря: штормовое предупреждение

Глава 4

Тьма…. Необходимая составляющая страха и ужаса. Все боятся не просто отсутствия света, но скорее неизвестности, что таится под пологом черноты. Разве можно знать, что там скрывается? Или там всё-таки кто-то?

На подоконнике лежат мелкие крошки стекла, поблёскивая в свете луны. Холод проникал под одежду, окутывал плечи, скользил ледяными когтями по груди и спине. Ветер ласково касался лица, путался в волосах, доносил тихие разговоры людей на улице, звуки проезжающих машин. И тут же уносил прочь, оставляя после себя звенящую тишину. Утихал даже шорох раскачивающихся ветвей, которые в свете фонаря отражались на стенах странными, даже немного пугающими силуэтами.

Красноволосый парень медленно, словно через боль, поднимается с пола, отряхивает брюки и спешит покинуть комнату. Каждый шаг по темному, пустому коридору отдаётся эхом по всему зданию, напоминая о том, что вокруг может скрываться нечто опасное, пусть и невидимое. Крошки камней шуршат под ногами, кажется, гораздо громче, чем обычно.

Одиночество – чувство незнакомое, а потому и страшное. От этого чувства хочется убежать, скрыться, оказаться рядом с человеком. Неважно с кем, неважно где – главное, чтобы не один. Отсутствие других людей делает человека более уязвимым, беспомощным и тревожным. Усиливается чувство приближающейся опасности: что-то небольшое сейчас двигается по коридору за спиной парня, и он не смеет обернуться, лишь ускоряет шаг.

Этот кто-то тоже начинает идти быстрее, будто пытаясь догнать парня, попросить остановиться. Кажется, Женя слышит тихий шёпот, но отгоняет эти мысли, списывая всё на игру воображения. Но страх всё равно берёт верх над остальными эмоциями, и парень переходит на бег. Но коридор не заканчивается: пространство будто растягивается, останавливается время, всё замирает и на миг исчезает. Только темнота и звук приближающихся шагов за спиной. Крик рвётся из груди, но внезапный спазм перехватывает горло, и только хрип срывается с губ. Но это продолжается лишь несколько секунд, и вот парень действительно срывается с места и в два счёта оказывается у окна в конце коридора. Краем глаза парень успевает заметить что-то появляющееся из темноты, чьи-то абсолютно белые глаза, и, больше не раздумывая, прыгает в окно. Стекло разлетается мелкими осколками, местами даже задевая кожу, но это не так страшно, как то, что в этот момент чьи-то руки всё же успели коснуться его плеч.

Падение оказывается недолгим, но болезненным. Женя переворачивается на спину, чтобы ещё раз увидеть злополучный оконный проём. Но ни окна, ни здания нет, только ночное небо чернеет над головой, сплошь затянутое серыми тучами. Парень поднимается на ноги, растирает ушибленное плечо и поднимает взгляд на город. Серые глаза в ужасе распахиваются, а в голове не остаётся больше ни одной мысли, только вопрос о том, что здесь происходит.

Санкт-Петербург сгорает дотла.

Совсем рядом раздаётся взрыв, и слышится истерический смех. Парень медленно поворачивает голову в сторону, ища источник звука. Девушка снова заливается смехом, явно радуясь происходящему, и Жене по-настоящему становится страшно. Он хочет сделать шаг назад, но ноги не слушаются и предательски подкашиваются. Парень отводит взгляд в поисках чего-нибудь, чем можно защититься, а через секунду вскрикивает от сильной боли в груди. Нож медленно и с хрустом проворачивают в грудине, Женя чувствует горячую кровь на своих руках и уже, заваливаясь набок, видит до боли знакомые серые глаза.

Парень резко садится на кровати и откидывает со лба мокрые волосы. Спросонья кажется, что на руках кровь, и маг с отвращением вытирает их об одеяло. Пережитый страх собственной смерти потихоньку отступал, оставляя после себя пустоту и ещё какое-то странное чувство. Женя потерянным взглядом осматривает комнату, задерживаясь взглядом на однокурснике на соседней кровати, который, подняв голову от подушки, проворчал что-то невнятное и снова уснул. Калугин улыбается уголком губ и встаёт с кровати.

Прохладный воздух холодит разгорячённую кожу, и Женя зябко поёживается, принимаясь растирать плечи. За окном светло, но недостаточно, чтобы с уверенностью сказать, что сейчас, примерно, шесть или семь часов утра. Уснуть, к сожалению, уже больше не получится, и парень, потянувшись, направляется в ванную - холодная вода мигом заставит прийти в себя.

Кошмары, наподобие этого, начали сниться не так давно, поэтому Женя, не успев к ним привыкнуть, просыпался в холодном поту и со сбитым дыханием. Все сны заканчивались почти одинаково: убегая от преследовавшего его проклятия, парень из раза в раз сталкивался лицом к лицу с ещё большей опасностью и проигрывал. Только во снах поражение означало неминуемую смерть. Женя помнил, как умирал каждый раз: вот его насмерть сбивает несущаяся на огромной скорости машина или разбивается о землю самолёт, вот из леса на него несётся разъярённый медведь или его настигает проклятие третьего уровня. Бред, да и только. Или, если выражаться конкретно, игры сознания, подкреплённые страхом смерти. Ничего удивительного.

Сильно настораживало присутствие во снах одной довольно известной личности. Каждый раз перед тем, как «умереть», Женя видел знакомые, но холодные серые глаза. Шатова смотрела таким взглядом почти на всех, но никогда на него. И почувствовать этот холод на себе Калугин мечтал в последнюю очередь. Сразу же появляется желание пойти к подруге и выяснить, не собирается ли она сжигать Питер или, ещё хуже, убивать его, прекрасного Евгения. И эта идея совсем не кажется глупой, а даже наоборот. Поэтому, накинув на плечи кофту, парень выскальзывает из комнаты.

В самом конце коридора, у поворота, Калугин замечает ярко-желтые глаза и светящиеся следы на потолке. Кошка громко мяукает, не одобряя появления в её время на её территории, и скачками уносится прочь. Довольно пугающая картина, особенно если увидеть животное на потолке своей комнаты. Но возмутиться было не на что: Рия не запрещала Лисе спокойно разгуливать по академии, а кошка ни на кого не бросалась и не пугала лишний раз. Проклятие даже стало ночным наблюдателем, чему были рады учителя, так как больше не нужно было дежурить на этажах и отправлять спать тех, кто решил прогуляться после отбоя. Женя усмехается, вспоминая, с каким ужасом сам бегал от Лисы по коридорам, пока кошке не надоедало это бессмысленное занятие.