Тихая ложь

Отец

Лайла вернулась из Франции и, с недовольством повинуясь последним постановлениям правительства, начала отсиживать карантин.

— Наконец-то мы заканчиваем все работы во Флорентине, — объявила Сиван в конце недели. — В пятницу приедет Яаль и останется у нас ночевать. Я думала поехать в новую квартиру и устроить новоселье. Позовем кого-нибудь из соседей. Кстати, я забыла рассказать тебе о соседе сверху. Пелег Золти. Слыхала о таком?

— Да ну! Кто же не знает Пелега Золти! Ты серьезно?

— Абсолютно. Мы даже перекинулись с ним парой слов.

— И как он выглядит в жизни?

— Закачаешься.

— Он партнер Карни Салу, — ее фамилию она произнесла со специфическим акцентом. — Она тоже очень известная. Была моделью у самого Диора. Это самая красивая пара в Израиле. Такого просто не может быть!

— Я вижу, ты неплохо разбираешься в подобных вещах.

— Еще бы! Я все о них знаю. Они вдвоем ведут шоу «Израиль ищет таланты». Они такие смешные! Я смотрю это шоу только из-за них.

— А я его даже не узнала.

— Так ты ведь совсем не смотришь телевизор, — недовольно фыркнула Лайла. — А ее ты тоже встретила?

— Карни Салу? Нет.

— Что ты собираешься делать с квартирой? — спросила Лайла.

— Не знаю. Ты будешь там жить? Ты же любила жить во Флорентине.

— Я любила жить там с Лиором, — уточнила Лайла. — Дай мне подумать, окей?

— Я никуда не тороплюсь.

На следующий день Сиван встретилась с Филипом, чтобы завершить обсуждение всех финансовых вопросов. Он предложил ей сигарету. Взяв ее, она почувствовала внезапное удовлетворение — так здорово было сидеть в своей ложе (как она теперь называла балкон) и смотреть вниз на оживленный бульвар. Когда они закончили все расчеты, Сиван проводила его до двери и столкнулась с изысканно одетыми Алазаром и Бат Эль, выходящими из своей квартиры. Бат Эль была в легком шерстяном пальто, колготках и туфлях на низком каблуке, а на Алазаре, помимо обычных клетчатой фланелевой рубашки и свитера, были жакет на пуговицах и шляпа. Они поздоровались с ней, и она, исполняя свой соседский долг, тоже поинтересовалась их делами и поговорила о погоде, пока они не дошли до лестницы и не стали медленно и осторожно, ступенька за ступенькой, спускаться. Через четверть часа Сиван тоже сошла вниз и повернула направо, в сторону улицы Мешек А-Поалот. В утренние часы было почти невозможно найти стоянку рядом с домом, и машину удавалось поставить только на расположенной неподалеку небольшой торговой плазе. Сейчас, во время эпидемии, когда большинство людей оставались дома, ситуация заметно улучшилась, но Сиван уже привыкла парковаться на этой плазе и даже полюбила короткую прогулку по узким улочкам. Дойдя до угла, она, к своему изумлению, увидела Алазара и Бат Эль, недоуменно оглядывающихся по сторонам. Увидев ее, они испытали заметное облегчение.

— Вы ждете автобуса? — спросила Сиван.

— Такси, — ответила Бат Эль. — Только никто не останавливается, а те, что останавливаются, не хотят нас брать.

— Трудно поймать такси на улице. Давайте я вам закажу. Куда вы едете?

Бат Эль заколебалась, и за нее ответил Алазар, которому для этого тоже потребовались немалые усилия:

— На кладбище Гезер.

Сиван достала телефон и заказала такси, объяснив старикам, что она делает.

— А мы и не знали, что это так трудно. В прошлом году у нас как-то получилось, — сказал Алазар.

Через минуту рядом с ними остановилось вызванное такси.

— Благослови вас Бог, — произнесла Бат Эль.

— Будьте здоровы, — повторил за женой Алазар.

Сиван пришла на работу и в лихорадочных попытках разобраться со множеством дел, которые она вела, на несколько часов забыла о соседях из Флорентина. Но когда к девяти часам вечера она подъехала к дому, на экране телефона появилось сообщение от Михаль, содержащее изображение ужасного монстра и подпись:

Так выглядят все жильцы нашего дома

Я абсолютно в этом уверена

К вам это не относится.

Не успела она подняться по ступенькам, ведущим в парк, как получила еще одно сообщение с фотографией упаковки армейских носков фирмы «Дельта».

Михаль: У меня серьезная проблема — кончились носки. Я уже задыхаюсь дома, но мне никуда нельзя ходить, потому что я отношусь к группе повышенного риска. Вы можете мне помочь?

Сиван: Постараюсь.

Михаль: На улице Левински есть множество магазинов.

Сиван: Дорогая, у меня нет ни времени, ни желания ходить по магазинам. Этим должен заниматься человек, который за вами смотрит. Но я могу заказать их по интернету.

Михаль: Я больше ничего не буду у вас просить.

Сиван: Я заказала вам носки. Их должны доставить через несколько дней. Спокойной ночи. Вам надо хотя бы иногда выходить проветриться.

Когда Сиван зашла домой, зазвонил телефон и на экране появилось имя: «Май». Он ей безусловно нравился, однако она совершенно не хотела усложнять себе жизнь, тем более, что он все еще любил бывшую жену, а она вовсе не интересовалась случайными сексуальными связями.

— Привет, Май. Что-то случилось?

— Я тут неподалеку, на улице Лиона Блюма. Можно к вам заскочить? У вас еще есть силы на гостей? Я хотел с вами кое о чем посоветоваться.

— Конечно приходите. Вы можете пройти переулками и зайти через двор, — Сиван объяснила ему, как добираться, а потом сбросила плащ и сумку, разожгла камин, приглушила свет и поставила кресла так, чтобы они были обращены друг к другу.

В это время из своей комнаты вышла Лайла, завернутая в розовый банный халат с пучком мокрых волос на темени.

— Ты дома? Что происходит?

— Через несколько минут должен прийти Май.

— Какой Май? Наш сосед из Флорентина? Ты его позвала? — удивилась Лайла.

— Он сам напросился. Сказал, что находится неподалеку и попросил разрешения зайти.