Тихая ложь

Вернувшийся оттуда

Раковина в кухне была полна грязной посуды, перила балкона покрыты голубиным пометом, зеркало в ванной комнате заляпано мыльными пятнами, а пол в спальне усеян разбросанной одеждой. Сиван позвонила Ритишу и попросила его прийти как можно скорее, а потом сложила в полиэтиленовый пакет трусы, спортивные штаны и свитер, которые лежали на полке в шкафу. Возле раковины стояли мужской дезодорант и два пустых флакона из-под таблеток. Сиван добавила дезодорант, зубную щетку и пасту в пакет с одеждой. В этот момент у входной двери раздался какой-то шум.

— Есть кто дома? — услышала Сиван женский голос. — Можно войти?

Вслед за голосом в дверях возникла худенькая девушка с огромными янтарными глазами, длинными ресницами и ангельской улыбкой. От нее просто невозможно было отвести взгляд.

— Привет, — произнесла она.

— Привет, — ответила Сиван.

— Я хотела спросить, что случилось с Яалем. Я слышала, что он потерял сознание, и его увезли в больницу.

— Кто вы?

— Соседка с верхнего этажа. Карни. Я случайно столкнулась с Яалем на лестнице, и мы как-то нечаянно разговорились. С тех пор почти каждое утро мы вместе пьем кофе у Нормы. Он приятный человек, и я забочусь о нем. А вы, наверное, Сиван, сестра Бамби, которая умерла. Он все мне о ней рассказал. Как он ее любил! Просто как в кино!

Этой девушке, которая должна была быть известной женой не менее известного Пелега, который по словам Михаль «занимался этим» с Мааян, было никак не больше тридцати. Сиван вспомнила об интересе, проявленном Лайлой к Маю. С какой же легкостью взрослые мужчины, пользуясь своим положением и жизненным опытом, могут найти путь к сердцу женщины, моложе них на двадцать с лишним лет! Но поскольку беспокойство девушки звучало искренне, Сиван ответила:

— У него случилась остановка сердца, но я верю, что с ним все будет хорошо. Мааян, врач из соседней квартиры, оказала ему первую помощь.

— Эта красномордая толстуха — врач? — удивилась Карни. — Кто бы мог подумать? А я-то всегда ее жалела. Думала «Вот бедняжка. До чего ее довела жизнь». Иногда, когда я сидела по утрам у Нормы, я видела, как она приезжала домой на такси. Такая уставшая! Еле волокла ноги. Вы не поверите, я думала, что она уборщица.

— Она хирург-ортопед, а ее муж тоже врач — кардиолог.

— Ну надо же! — Карни разочарованно покачала головой. — Так я, выходит, полная дура.

Сиван постеснялась сказать, что и она сама, встретив Мааян в первый раз, прежде всего обратила внимание на ее толщину и непривлекательность, а потом корила себя за это.

— Так она его спасла?

— Да. Еще как!

— Ну что ж, молодец, ничего не скажешь. Я рада, что он остался жив. А куда его положили?

— В «Ихилов».

— Передайте ему, что Карни спрашивала, как у него дела.

— Передам. Вы ведь жена Пелега, верно? Я встретилась с ним несколько недель назад.

— Правда? Он мне ничего не сказал. Он мне не муж, а партнер. Мы сейчас из-за «короны» вообще очень редко видимся.

— Из-за «короны»? — удивилась Сиван. — Сейчас как раз все должно быть наоборот, раз все остановилось.

— Он уехал на север к своим родителям. Его мама уже очень пожилая, у нее куча всяких проблем, и он поехал, чтобы быть с ней. А теперь у нее положительный тест, и он не может вернуться, потому, что должен сидеть в карантине, а кроме того, он опасается осложнений.

— Печально. С кем же вы будете встречать праздники? Одна? Сказали, что ехать никуда нельзя.

— Увы. Думала пригласить Яаля, но он теперь в больнице, так что одна. Ничего страшного.

Расставшись с Карни, Сиван поспешила в больницу. Яаль все еще находился на обследовании. Сиван опасалась, что ее не пропустят к нему из-за «короны», но медсестра в кардиологическом отделении не попросила ее немедленно уйти, лишь велела посидеть в комнате ожидания. Сиван хотела позвонить Лайле, но решила повременить пока не увидится с Яалем и не узнает, как обстоят дела. Вместо этого она позвонила отцу, рассказала о том, что случилось и попросила никому в кибуце не сообщать об этом. У него она узнала телефон сестры Яаля Мор, которая была старшее нее на семь лет. Она не была знакома с Мор, но они росли в одном кибуце, а кроме того, поскольку отец Яаля давно уже умер, Сиван подумала, что будет правильным рассказать обо всем его сестре, и пусть сама решает, надо ли сообщать об этом престарелой матери. Мор задала ей несколько вопросов, касающихся состояния Яаля, на которые у Сиван все еще не было ответов, и сказала, что постарается приехать в больницу так быстро, как только сможет.

Сиван спустилась в лобби и купила в автомате кофе. Прождав еще час, она не выдержала и позвонила Лайле.

— Ой, ма, ты думаешь, он может умереть?

— Нет. Мааян спасла его. Но надо узнать почему это случилось.

— Я сейчас приеду, — объявила Лайла.

— Я не уверена, что тебя пропустят, а кроме того, надо носить маску, перчатки, защитный костюм и все время протирать руки гелем.

— Ну так я надену костюм и маску и буду протирать руки, в чем проблема? Я зайду только на минутку, чтобы поздороваться.

— Я боюсь, чтобы ты не заразилась и сама кого-нибудь не заразила.

— Мам, эта «корона» так же далека от меня, как Марс. Ты что, не знаешь, что молодым она не причиняет вреда? Я не хочу, чтобы он оставался один. И потом, мне все равно нечем заняться.

— Ну ладно, приезжай, — все-таки, подумала Сиван, речь ведь шла о Яале.

Лайла появилась в комнате ожидания, облаченная с головы до ног в защитный костюм, и как раз в это время туда вошли Мааян и дежурный врач. Сиван представила свою дочь и вкратце рассказала ей о той роли, которую сыграла Мааян в спасении Яаля, а врач сообщил, что Яаль, хоть и находится под воздействием лекарств, чувствует себя бодро, и что они не нашли у него в сердце никаких проблем, и добавил, что заведующий отделением позже все объяснит им подробно.

— А мы можем зайти к нему? — спросила Сиван.

— Только не вдвоем, — ответил врач. — Инструкции разрешают только одного посетителя.