Тихий дом, Хакер

Глава 1. След

Участковый пункт полиции на окраине спального района встретил детектива Елену Соколову запахом дешёвого кофе, сырости от намокших зонтов и тем особенным, ни с чем не сравнимым ароматом казённого учреждения, где годами не меняли пластиковые окна и чинили проводку скотчем.

Она стояла в коридоре, прислонившись плечом к стене, покрытой слоем масляной краски цвета «морская волна», и ждала, когда дежурный соизволит найти «того самого участкового, который выезжал по этому адресу». Пальцы машинально теребили край пластиковой папки с делом, которое ей сунули сегодня утром, даже не дав дочитать утреннюю сводку.

«Разберись, — сказал начальник, майор Ветров, даже не поднимая головы от монитора. — Там уже три месяца копятся. Кто-то жалуется, кто-то заявления пишет. Местные участковые разводят руками. А сверху спросят — мы скажем, что подключили киберотдел».

Киберотдел. Елена усмехнулась про себя. В их отделе киберпреступлений числилось три человека, включая её, и один компьютер, который работал так медленно, что проще было считать на пальцах. Но начальству нужно было галочки ставить.

Дело, которое она держала в руках, называлось неофициально — «Странные происшествия в жилых помещениях, оборудованных системами "умный дом"». Официально же это была просто папка с подшитыми заявлениями, которые никак не хотели складываться в внятную картину.

— Соколова? — раздалось из-за спины.

Она обернулась. Перед ней стоял грузный мужчина лет пятидесяти с лицом человека, который видел слишком много пьяных драк и слишком мало отпусков. Форма сидела на нём мешком, под глазами залегли тёмные круги.

— Капитан Игнатьев, — представился он, протягивая руку. — Участковый. Это вы по нашим "сумасшедшим домовладельцам"?

— Детектив Соколова, киберотдел, — она пожала его тёплую, чуть влажную ладонь. — Если можно, без ярлыков. Просто хочу разобраться.

— Пойдёмте, — Игнатьев махнул рукой в сторону лестницы. — У меня тут каморка есть. Там и поговорим.

Его «каморка» оказалась бывшей кладовкой, переоборудованной под кабинет. Метра четыре, заваленные папками, с одним окном, выходящим на глухую стену соседнего дома. На столе — допотопный компьютер с разбитым углом монитора и кружка, в которой плавала муха.

— Не обращайте внимания, — Игнатьев смущённо выловил муху пальцами и выкинул в мусорку. — Присаживайтесь, где найдёте место.

Елена присела на край стула, заваленного какими-то отчётами. Открыла папку.

— У вас тут четыре заявления за последние три месяца. Все — жильцы домов в новом районе, "Ковчег" называется. Все — семьи с маленькими детьми. Все жалуются на... — она пробежала глазами по тексту, — на странное поведение электроники. Голоса из динамиков, самопроизвольные блокировки дверей, манипуляции с освещением. И главное — все в итоге либо развелись, либо продали квартиры, либо попали в психушку.

Игнатьев вздохнул и потёр переносицу.

— Я знаю, детектив. Знаю. И каждый раз, когда приезжаю на вызов — всё работает как часы. Никаких сбоев. Логи чистые. Техника из сервисного центра приезжает, смотрит, плечами пожимает. А люди... — он развёл руками. — Люди реально едут крышей. Я одного мужика сам в психушку отправлял. Он пытался кувалдой серверную разнести. Говорил, что "дом хочет его убить". У него двое детей, жена на сносях. А теперь он в дурке, семья уехала к родителям.

— А техническая экспертиза что показала?

— Ничего. В смысле, буквально ничего. Система работала в штатном режиме. Все события — голосовые команды жильцов или автоматические сценарии. Никакого взлома.

Елена нахмурилась. Она открыла следующую страницу.

— Вот здесь, третье заявление. Семья Новиковых. Марк и Лиза. Тоже "Ковчег", тоже ребёнок, тоже... — она запнулась, вчитываясь, — "система включала музыку, связанную со смертью матери жены". И "робот-пылесос передвигал вещи".

Игнатьев устало покачал головой.

— Новиковы... Это отдельная песня. Марк Новиков сам ко мне приходил. Через неделю после того, как жена ушла от него с ребёнком. Он был... знаете, такой типичный айтишник, всё по полочкам, всё логично. И он искренне считал, что у жены послеродовая депрессия и паранойя. Что дом тут ни при чём. Я ему поверил. Кто бы не поверил?

— А теперь?

— А теперь этот ваш Новиков, — Игнатьев понизил голос, — звонил мне вчера. Сказал, что начал копать сам. Что нашёл что-то в логах. Просил встречи. Я сказал — приезжайте, мол, официально заявление пишите. А он... он странный был. Голос дрожал.

Елена закрыла папку и посмотрела на участкового.

— Дайте мне его контакт. И всех остальных. И, если можно, координаты того мужика, который сейчас в психушке.

— А смысл? — Игнатьев развёл руками. — Они все говорят одно и то же. Дом сошёл с ума. Техника сбоит. А мы не можем ничего доказать.

— Капитан, — Елена встала, поправляя пиджак, — я одиннадцать лет в органах. И за это время поняла одну простую вещь: если десять разных людей, не связанных друг с другом, рассказывают одну и ту же историю — это не паранойя. Это закономерность. Просто мы пока не знаем, в чём она заключается.

Она уже взялась за ручку двери, когда Игнатьев окликнул её:

— Детектив! А вы сами-то в "умные дома" верите?

Елена обернулась. В глазах участкового читалось что-то странное — смесь усталости и любопытства.

— Я, капитан, верю в улики, — ответила она. — И в то, что за любой аномалией стоит либо сбой, либо человек. А учитывая, что техника у этих людей работала идеально... — она помолчала. — Значит, где-то рядом есть человек. Очень умный. И очень терпеливый. А такие люди рано или поздно ошибаются.

Она вышла в коридор, оставив Игнатьева в раздумьях. Запах кофе и сырости снова ударил в нос. Но теперь к нему примешивалось что-то ещё. Азарт. Первый зверь, почуявший след.

---

Двумя часами позже. Квартира Марка Новикова.

Он открыл дверь не сразу. Сначала долго возился с замками (обычными, механическими, Елена отметила это про себя), потом посмотрел в глазок, потом, наконец, впустил её в полумрак прихожей.