Тихий шёпот листопада

1

Всё то же серое унылое утро. Густо затянуто облаками небо. С десятого этажа многоэтажки, лёжа на кровати, не увидишь уже во всю бурлящую жизнь города, ревущие моторы машин не слышны за многослойными пластиковыми окнами. Видно только это мрачное холодное небо и изредка пролетающих голодных чаек.

Моя кровать уже давно меня не греет. За это долгое время я многое перепробовала: меняла постельное бельё, покупала пижамки с кружевами и рюшечками, разных цветов, из разных материалов; я тщательно подбирала себе ароматную уходовую косметику на ночь; я купила самое большое и пушистое одеяло, большие мягки подушки (ими была забросана вся кровать). И всё равно это ложе стало для меня могилой.

Каждый вечер я ложусь к нему поближе, он обнимает, вроде бы, и целует с пожеланиями доброй ночи, но не греет. От него мне больше нет тепла. Думаю, что и ему от меня тоже. Засыпаем мы в-обнимку, а вот стоит только погрузиться каждому в свои глубокие сны, мы отдаляемся, отворачиваемся каждый на свой удобный бок, каждый на свою мягкую и уютную подушку, которые я так тщательно подбирала для наших сладких снов. Это большое одеяло ещё больше увеличило дистанцию между нами. Мы больше не касаемся друг друга по ночам. Каждый вечер мы умираем в этой могиле. И каждый вечер всё больше умирает наша былая страсть и любовь.

Это утро не было ничуть особенным, оно не выделялось из всех последних сотен. Я проснулась вся в поту. Даже не помню, что мне снилось, может быть, что-то хорошее или наоборот что-то страшное. Чувство было такое, будто ты десятилетие провёл в коме: всё тело было вялое, безжизненное, не хотелось ничего делать, не хотелось вставать. Я хотела только одного – и дальше валяться в этом уютном гробу. Но вставать всё же пришлось… Этот противный звук будильника на телефоне… Я пару раз перевернулась на кровати, чтобы хоть немного привести в норму своё тело, чтобы оно-таки услышало мои приказы вставать. Сбросив с себя угол одеяла, краем глаза я заметила, что и муж тоже проснулся от моего телефона. Он открыл глаза, рукой дотянулся до своего смартфона, посмотрел, который час, хотя вполне можно было бы спросить и у меня, но его сил хватило только выдавить из себя что-то в роде «доброе утро, любимая». Я посмотрела на него через плечо и ответила то же самое, только в женской манере. А про себя я в тот момент подумала: «Какая я тебе любимая, какой ты мне любимый? Любовью от нас уже давно не пахнет. Это всего лишь контрольные фразы и не более того».

Тапочек я дома не носила, под кроватью лежал мягкий и пушистый бежевый коврик-травка. Он там предназначался, чтобы хоть как-то смягчить стресс от утреннего пробуждения, почувствовать хоть какую-то нежность, а не наступать сразу на ледяной после кровати пол. Мягкие ворсинки обняли мои тёплые ступни, я потянулась руками вверх, где-то во мне что-то хрустнуло. «Вот уже и старость не за горами, - подумала я, - хотя мне всего лишь тридцать с небольшим». Мой коврик закончился быстро, и пришлось всё же идти на кухню по холодному коричневому паркету. В это утро мне не захотелось подходить к окну и смотреть, какая там погода и что люди носят. Я потопала сразу к чайнику, чтобы за это время умыться и потом прийти уже пить свой утренний ароматный кофе. Сделав все подготовительные манипуляции на кухне, я, еле продирая глаза, ввалилась в ванную и уставилась на своё сонное отражение в зеркале: в целом, неплохо. Волосы не были растрёпанными (я их вымыла вечером за пару часов до сна), их мне можно просто расчесать и собрать в хвост. Такая простая причёска мне, в принципе, шла: у меня были густые и длинные тёмные волосы, поэтому с канделябрами на голове я не заморачивалась. Мои карие глаза были чуть припухшие от выпитого большого количества на ночь чая, но и это можно исправить, умывшись холодной водой, и с помощью патчей. Я проделала необходимые мне подготовительные процедуры, привела себя в порядок, сделала лёгкий дневной макияж, собрала, как и хотела, волосы в хвост. Посмотрела ещё раз на себя в зеркало и сошлась на мысли, что я выгляжу вполне себе неплохо для скучного рабочего дня.

Я давно уже отпустила мысли о весёлой и яркой жизни. Кажется, ещё совсем недавно я была молоденькой студенткой педуниверситета, амбициозной, игривой, довольной жизнью, яркой, лёгкой. Всякое бывало: и пары мы прогуливали с подружками, чтобы сбежать и побродить по магазинчиками, прикупить себе новую кофточку или сумочку; и на свидания ходили (парней тогда хватало, и заводить их было легко, и внимания от них было достаточно), могли и целую ночь провести над бутылками вина, до утра горланить песни под Меладзе (не знаю, почему он, мы были молодыми девчонками, он же подходил больше нашим мамам, но именно под алкоголь его песни казались нам глубокими и душевными), а утром как ни в чём не бывало красиво накраситься, напялить огромные каблуки и пойти на пары. Да, не могу сказать, что в те дни пары нам давались легко, иногда мы и не высиживали целый день, но было так весело, так легко. Мы кайфовали от жизни. И куда-то это всё в миг улетучилось. Просто испарилась вся моя лёгкая жизнь.

Даже если вспомнить первые годы после университета, когда я только вышла на работу в школу. Было тяжело, но весело. Хоть и пыталась держать марку, ходить со специальным «педагогическим» лицом, но и тогда было над чем посмеяться и спустить на самотёк. Было легко завести новых подружек, мы могли часами болтать по телефону ни о чём, просто так, о погоде, о природе, о парнях. И ещё раз повторюсь, парней заводить в своей жизни было просто. Я так сказала, как будто мы заводили кошечку или собачку, или хомячка (они поменьше живут, как и те парни в нашей жизни), но не судите строго, ведь не нами придумана эта фразы, мы говорили тогда как все. Ну так вот о «заведение парней»: достаточно было выйти на улицу в презентабельном виде и улыбаться, нести в мир лёгкость и свет, и они сами походили, находились, ухаживали, дарили цветы, водили в кино и кафе и оставались в твоей жизни. А потом были расставания, боль, но и эта боль была такой лёгкой, девчачье и какой-то приятной что ли. Мы никогда не ставили на себе крест: если не получилось здесь, будут шансы ещё и ещё. И куда это всё в миг улетучилось?