Тихий Трофей

Глава 21. Право Обладания

Алиса вошла в комнату. Временная спальня была роскошной, но холодной — кровать с балдахином, шелковое белье, но ни одной личной вещи. В окне — только отражение.

Она не успела дойти до кровати, как дверь за её спиной открылась. На пороге стоял Фарид. Он сбросил свой дорогой пиджак на пол, его рубашка была расстегнута на две пуговицы. В руках он держал бутылку вина и два бокала.

— Я сказал тебе отдыхать, — произнесла Алиса, ее голос дрожал, но она старалась звучать твёрдо.

— А я сказал тебе, что мы начнём нашу жизнь заново, — ответил Фарид, его тон был низким, вкрадчивым. Он закрыл дверь. — И я не из тех, кто любит откладывать самое приятное.

Он поставил бутылку и бокалы на прикроватный столик. Его глаза не отрывались от Алисы, сканируя каждый сантиметр её тела.

— Ты думаешь, что сбежала. Что ты в безопасности с этим Игнатом. Ты думаешь, что твоя любовь к детям сделает тебя неприкосновенной. Но я здесь, Алиса. И здесь нет ни Игната, ни его брата, ни твоих детей. Только ты и я. И то, что принадлежит мне.

Он медленно подошел к ней. Алиса отступила к окну.

— Я никогда не буду твоей, Фарид, — прошептала она. — Твой брат сам отдал меня. Ты здесь против его воли.

Упоминание Захира сработало, как удар хлыста. Ярость моментально затмила его показное спокойствие.

— Захир?! — рявкнул он, его лицо исказилось. — Он опозорил наш род! Он поступил, как слабак! А я поступлю, как мужчина! Ты моя, потому что я сильнее! И я заставлю тебя это признать. Сейчас.

Он схватил её за руку. Его хватка была болезненной.

— Ты — моя жена. По законам нашего рода. И я верну это право. Сегодня ночью ты забудешь имя Игната! Ты забудешь всё, что было там!

Он дёрнул её к себе. Алиса, понимая, что физически она не может сопротивляться, сосредоточилась на единственном оружии, которое у неё было — на словах.

— Ты боишься! — выдохнула она, глядя ему прямо в глаза. — Ты боишься своего брата, Фарид! Ты боишься, что он посмеётся над тобой, когда ты вернешься. Ты хочешь, чтобы я стала твоей, не потому что ты любишь меня, а потому что это единственный способ доказать, что ты не хуже Захира!

Фарид замер. Его глаза потемнели от ярости. Она попала в самую точку, прямо в его гордость.

— Лжешь! — он оттолкнул её.

— А ты докажи! Докажи, что ты хозяин! — Алиса, почувствовав, что отступила, решилась на отчаянный шаг. Она повернулась спиной к нему, к окну, обхватив себя руками.

Её тело дрожало, но она продолжала говорить, обращаясь к его гордости.

— Если бы ты был хозяином, ты не стал бы унижать меня. Ты не стал бы меня ломать. Ты бы просто пришёл и взял. Но ты боишься, что даже после всего этого я буду думать об Игнате. Ты боишься, что я тебя отвергну. Вот почему ты тянешь!

Фарид дышал тяжело, как загнанный зверь. Ей удалось загнать его в угол, используя его собственные комплексы. Он хотел быть завоевателем, а не насильником.

— Хорошо, — прорычал он, с трудом контролируя себя. — Ты получишь свою ночь. Но запомни, Алиса. Ты оттягиваешь неизбежное. И за каждую минуту этого ожидания ты заплатишь вдвойне.

Он резко развернулся, подхватил пиджак и выскочил из комнаты, захлопнув дверь с такой силой, что вздрогнули стёкла. Его гнев был настолько велик, что он не смог остаться рядом с ней.

Алиса рухнула на пол. Она выиграла несколько часов, но проигрыш был неизбежен. Теперь Фарид вернётся не просто жаждущим, но и оскорблённым.

Она подползла к окну, за которым простирался Тбилиси. Ей нужно было выбраться. Ей нужно было найти способ подать знак. 3. Горький Вкус Победы

​Фарид ждал, пока его слова осядут в ее сознании. Он не требовал ответа. Эффект был сильнее любого крика или физического принуждения. Он видел, как страх и унижение захлестнули ее глаза.

​Фарид: (Удовлетворённо кивает.) Видишь? Ты помнишь.

​Он отступил от неё, и его голос вернулся к спокойному, властному тону, который был гораздо противнее ярости.

​Фарид: Вот почему я здесь. Не чтобы умолять тебя или завоевывать твоё внимание, как какой-то мальчишка. Я пришёл забрать своё. Ты можешь любить своего Игната, можешь ненавидеть меня, но факт остается фактом: твоё место было определено не любовью, а ставкой. А ставки мы всегда возвращаем.

​Он поправил свою рубашку, поднимая с пола дорогой пиджак.

​Фарид: Отдыхай, Алиса. Завтра мы начнём действительно нашу жизнь заново. Без лжи и детских игр. Я хочу, чтобы ты хорошенько обдумала все, что я тебе сказал.

​Он направился к двери, открыл ее и обернулся в последний раз. На его губах играла та самая циничная, холодная улыбка.

​Фарид: И не пытайся сбежать. Даже если тебе это удастся, Макар доказал: всегда найдется тот, кто поставит на кон твою свободу. Ты от этого не избавишься.

​Он вышел, тихо, но окончательно закрыв за собой дверь. Его довольство было ощутимо, как запах победы.

Алиса не двигалась. Она осталась прижатой к холодному стеклу, чувствуя, как её тело постепенно остывает после схватки. Она не плакала. Слёзы не могли вместить ту пустоту и боль, которую только что оставил Фарид.

​Он не просто унизил её – он разрушил её воспоминания. Он вернул её в тот самый момент, который она старалась стереть из памяти: Макар.

​Её бывший парень, ее первая любовь, не просто бросил её или предал. Он продал её. Он использовал её, как фишку, как последнюю, отчаянную ставку в игре, в которой проиграл. Это был самый горький вкус предательства.

• ​Я — собственность. Выигрыш.
• ​Я — не человек, а актив, который передали по рукам: от Макара – к Фариду, от Фарида – к Захиру, и теперь – обратно к Фариду.