Тихо в Лесном Затоне

Глава 2 Ночь в старом доме

Вечер тянулся медленно и уныло. При свете фонаря и пары найденных в шкафу свечей они кое-как распаковали самые необходимые вещи и перекусили привезенными с собой бутербродами. Воздух в доме был неподвижным и спертым, словно его не тревожили долгие годы. Андрей попытался оторвать доски от окон, но без инструментов у него ничего не получилось.

— Завтра при свете дня поищу инструменты и займусь ими, — махнул он рукой. — Все равно на улице уже темно.

Яна не могла отделаться от ощущения, что за ними пристально наблюдают. Ей казалось, что в темных углах комнат, куда не достигал свет, шевелятся тени. Один раз ей показалось, что в коридоре кто-то прошептал ее имя. Она замерла, прислушавшись, но слышен был только голос Ольги, ворчавшей на затухающую свечу.

— Ладно, хватит на сегодня, — наконец проговорил Андрей, с трудом скрывая усталость. — Разберемся завтра. Давайте спать. Сегодня был длинный день и все устали.

Надули пару матрасов. Спальные мешки разложили в самой маленькой и наименее запыленной комнате на первом этаже — бывшем кабинете. Решили, что в первую ночь все останутся вместе.

— Я думала, тут кровати будут, ну на худой конец диваны, а здесь голые стены только, — проворчала Ольга, забираясь в спальник. — И что толку от твоей большой зарплаты, если ее придется тратить на мебель? В старой квартире вся необходимая мебель осталась.

— Не ворчи, мы все устали, — ответила Ирина. — Завтра будем думать, что делать с мебелью. Хорошо хоть кухня есть с холодильником и плитой.

— Угу, нужен этот холодильник, когда нет электричества.

— Всё, хватит, спи, — сердито сказала Ирина. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — откликнулись дети.

— Приятных снов, — громко зевнул Андрей.

Кирилл уснул почти мгновенно, уютно устроившись между родителями. Ольга, отвернувшись к стене, демонстративно надела наушники. Марк же, напротив, был возбужден. Он устроился у самого входа и без остановки щелкал выключателем своего фонаря, выхватывая из тьмы обрывки обоев, трещины на потолке.

— Марк, хватит, — тихо сказала Ирина. — Спи. Свет мешает.

— Ладно, — нехотя буркнул он и, наконец, выключил фонарь.

Комната погрузилась в густой, почти осязаемый мрак. Забитые ставнями окна не пропускали ничего. Яна, прислушиваясь к ровному дыханию родных, долго ворочалась, не в силах уснуть. Сквозь тонкие веки она чувствовала тяжесть темноты, давящую на глаза.

Где-то скрипнула половица, и она широко распахнула глаза, силясь увидеть хоть что-то в темноте. Немного приподнялась, но так ничего не обнаружила.

— Янка, хватит вошкаться, спи давай, ты мне уснуть мешаешь, — шикнула на нее старшая сестра.

— Там кто-то ходит, — тихонько прошептала Яна.

— Мыши там ходят. Дом старый, скрипит весь, еще и на улице ветер шумит, — буркнула Ольга, переворачиваясь на другой бок. — Спи.

Сестра через несколько минут громко засопела, а Яна сильно-сильно зажмурилась. По ногам потянуло холодом. В углу комнаты кто-то принялся скрестись, а затем послышались быстрые шаги.

Яна вжалась в спальник, пытаясь стать как можно меньше. Холодный поток воздуха полз по полу, обвивая её лодыжки ледяной удавкой. Скребущий звук в углу стал отчётливее — будто кто-то острыми когтями медленно и методично царапал штукатурку. Скр-ип… скр-ип…

Ольга перестала сопеть. В темноте послышалось её сдавленное дыхание.

— Ты… ты слышишь? — прошептала она, и в её голосе впервые за вечер не было раздражения, только чистейший страх.

Яна не успела ответить. Быстрые шаги, доносящиеся будто из самого угла, внезапно затихли, а затем из другого угла послышалась возня. Девочка от неожиданности вскрикнула.

Из дальнего угла, где стоял пустой книжный шкаф, донесся отчётливый шорох. Не случайный, а осмысленный — будто кто-то маленький и шустрый перебирал там что-то в темноте. Прозвучал тихий смешок.

— Кто здесь? — дрожащим голосом спросила Яна, вжимаясь в спальник.

В ответ из угла выкатился маленький пыльный мячик, подпрыгнул раз-другой и замер посреди комнаты. Он был старый, облезлый, казалось, его только что нашли в пыльном углу после долгих лет забвения.

Ольга резко села, широко раскрыв глаза в темноте.

— Это что, шутки такие? Марк, это ты?

— Я сплю! — тут же отозвался Марк, но по его голосу было слышно, что он бодрствует и напуган не меньше всех.

Возня в углу прекратилась. Наступила звенящая тишина, которую через мгновение прорезал новый звук — тихое, ритмичное постукивание. Словно кто-то барабанил пальчиками по деревянной стенке шкафа. Тук-тук-тук… тук-тук-тук…

Андрей, наконец, полностью проснувшись, схватил свой фонарь и направил луч в тот угол.

Пусто. Никого.

Но в тот момент, когда свет упал на шкаф, постукивание резко оборвалось. Вместо него раздался короткий, обильный вздох. Андрей снова пошарил светом фонаря по шкафу и выхватил маленькую скрюченную тень. Кто-то из детей вскрикнул. Наверху сидела небольшая крыса и внимательно смотрела на тех, кто потревожил ее покой.

— Мышь! — взвизгнула Ирина. — Какая гадость.

— Это не мышь, — покачал головой Андрей. — Слишком большая.

Крыса не шевелилась, лишь её чёрные бусины-глаза безразлично отражали свет фонаря. Казалось, в этом доме даже грызуны вели себя не так, как положено.

— Фу, крыса! — фыркнула Ольга, но в её голосе слышалось явное облегчение. — Вот и разгадка твоих «привидений». Обычные крысиные бега.

— Большая какая… — прошептал Марк, всё ещё не отводя взгляда от грызуна.

— А ну пошла отсюда, — Ирина схватила тапок и кинула в ту сторону.

Крыса громко фыркнула и чуть сдвинулась с места.

Андрей опустил фонарь, и темнота снова поглотила крысу.

— Видите? Всему есть логическое объяснение. Старый дом, щели, естественно, тут кто-то живёт. Утром всё осмотрим, найдём норы, потравим. А сейчас давайте спать. На нервах можно чего угодно нафантазировать.

— А если она нас съест? - тихо спросил Марк.