Тихо в Лесном Затоне

Глава 12 Одноглазый мишка

Все вместе они распаковали в гостиной самые большие коробки.

— Это что? — с удивлением спросила Ольга.

— Это угловой диван, — прочитал, что было написано на коробке, Марк.

— Его ещё собирать надо?

— Угу, и, судя по тяжести, нам придётся ждать папу, — вздохнул брат.

— Ну ладно, и так я рада, что у нас есть мебель. Мы вон с Янкой даже тумбочку собрали и каркас для одной кровати. Осталось только планки прикрутить, - похвасталась Ольга.

— Вот вы, девчонки, даёте! — с восхищением проговорила Ирина. — Какие же вы молодцы у меня!

— Я бы тоже что-нибудь собрал, — проворчал Марк. — Но я один, и мне никто не помогает, и инструменты кто-то все утащил.

— Уж тумбочку ты мог и один собрать, — фыркнула Ольга.

— Я маме помогал, — нахмурился он.

Вдруг в дыре кто-то зашуршал. Все притихли и устремили свои взгляды в тёмный проём.

— И надо было ему своей толстой жопой сломать нам стену, — процедила Ольга сквозь зубы. — Там, наверно, крысы живут.

— Я крыс не видел, — подал голос маленький Кирилл. — Зато нашёл вот это! — И он показал всем того самого мишку, которого видела под утро Яся.

— Ты туда лазил? — с испугом спросила Ирина. — Не делай так больше, там может быть опасно. Кирпичи обвалятся или крыса нападет. Никто не знает, чем они болеют.

— Я просто заглянул, — мальчик нахмурился и прижал к груди свою находку.

— Мишку надо выбросить, — чётко проговорила Яна.

— Я тоже так считаю, — кивнула мать. — Кирюша, отдай маме мишку.

— Нет, — насупился мальчик. — Я нашёл, это моё.

— Но, зайчик, мишка грязный, его нужно постирать и пришить ему второй глазик, — стала уговаривать его Ирина.

— Я сам пришью! — упрямо заявил Кирилл, крепче сжимая игрушку. — Он мне нравится.

Ирина вздохнула, понимая, что сейчас не время для битвы. Обстановка и так была накалена.

— Ладно, — сдалась она. — Но ты моешь руки с мылом. Сразу же. И мишку потом в стирку. Договорились?

Кирилл, довольный своей победой, кивнул и побежал в ванную.

Яна смотрела ему вслед с растущей тревогой. Она чувствовала, что это неправильно. Что нельзя оставлять в доме эту вещь, принесённую из тёмного угла самим домом.

— Мама, — снова попыталась она возразить. — Может, всё-таки…

— Хватит, Яна, — устало перебила её Ирина. — Мы уже всё решили. Давайте лучше закончим с мебелью. Марк, принеси, пожалуйста, инструменты, будем кровать дособирать. Пусть хоть кто-то из нас этой ночью спит на кровати, а не на полу.

Разговор был закрыт. Все снова засуетились, погрузившись в привычные хлопоты. Но Яна заметила, как Ольга украдкой бросила встревоженный взгляд на дверь ванной, за которой скрылся Кирилл с мишкой.

Старшая сестра что-то понимала. Может, не всё, но достаточно, чтобы испугаться. Она отошла к окну и сделала вид, что смотрит на улицу, но Яна видела — её плечи были напряжены.

В этот момент из ванной донёсся весёлый голосок Кирилла. Он что-то рассказывал. Сначала все подумали — себе под нос. Но потом стало ясно — он разговаривал с кем-то.

— …а мы тебе новый глаз пришьём, и ты всё увидишь… — неслось из-за двери.

Ирина замерла с планкой от кровати в руках. Марк перестал копаться в ящике с инструментами. Ольга медленно обернулась от окна.

Яна первая подошла к двери и приоткрыла её. Кирилл сидел на полу, прислонившись к стиральной машине. Он держал мишку перед лицом и вёл с ним односторонний диалог.

— …и мы тебя никому не отдадим. Ты теперь наш…

Всё было бы просто мило, если бы не одно «но». Выцветшая тряпичная лапа мишки, которую Кирилл держал в своей руке, качалась в такт монологу.

— Кирюша, положи мишку, не надо его к себе прижимать, — заглянула в ванную комнату Ирина. — И вымой ручки, пожалуйста.

— Мама, ты это видела? — тихо спросила Яна у неё.

— Что? — не поняла её Ирина.

— Игрушка качала лапкой.

— Дочь, тебе всё привиделось. Это Киря ей махал, играл с ним, — устало проговорила мать и вошла в ванную комнату.

Она поставила на ноги младшего сына, аккуратно вытащила из его рук мишку и кинула его в тазик.

— Я потом постираю, — пообещала она, слегка поморщившись. — Надеюсь, он не расползётся.

— А теперь руки с мылом, — твёрдо сказала Ирина, направляя Кирилла к раковине. — И лицо тоже.

Пока малыш с недовольным видом мылся, Яна не отрывала взгляда от тазика. Мокрый мишка лежал на дне, его единственный глаз-бусинка тупо смотрел в потолок. Он казался совершенно безобидным — просто старая игрушка.

— Ну что, продолжим? — Ирина вышла из ванной комнаты, подталкивая младшего сына.

Из гостиной раздался грохот.

— Вот чёрт! — чертыхнулся Марк.

— Что случилось? — в комнату вбежали Ирина с Яной.

Из-за спины матери выглядывал Кирилл. Ольга стояла около окна и растерянно смотрела на обвалившуюся стену.

— Она сама, — с испугом проговорил Марк. — Я ничего не трогал.

— Ну, никакого покоя! То света нет, то связи, то вода ржавая идёт, то крысы по дому носятся, а теперь ещё и стена рухнула! — истерично воскликнула Ирина.

— Мама, успокойся, — подошла к ней Ольга. — Ничего страшного ведь не случилось. Она же не на улицу рухнула, и не на новую мебель, и не на кого-то из нас.

— Но я как-то не планировала делать тут капитальный ремонт, — чуть не плача ответила Ирина. — Это сколько денег надо будет на это всё потратить…

— Мама, не переживай, всё образуется, — Оля обняла её за плечи и прижала к себе. — Просто мы все устали с поездкой, и дом не такой идеальный, как хотелось, и погода такая.

— Ой, а это оказывается не технический коридор, — с удивлением проговорил Марк. — Кто-то заложил печку.

Все подошли ближе, забыв на мгновение о панике. За обвалившейся перегородкой действительно виднелась старая, основательная печь из тёмного кирпича. Она была аккуратно сложена, но её дверца и верхняя часть были наглухо замурованы тем же кирпичом, будто кто-то спешил скрыть её от посторонних глаз.