Тихоня из 11 "Б"

23.2.

Домой возвращаюсь поздно. Мама пару раз звонит и спрашивает, где я. А мы просто стоим у моего подъезда и не можем разойтись, крепко держась за руки. Ни слов, ни действий. Просто стоим и смотрим друг на друга. А потом, когда я уже готова расцепить наши пальцы, парень притягивает к себе и обнимает. Крепко и в тоже время нежно. А я хватаюсь за его куртку, чтобы не упасть. Господи, как же хорошо-то!

- Лёв, - отстраняюсь первой. - Мне пора, - говорю тихо, почти шепотом.

- Угу, - кивает.

- Спокойной ночи, - отступаю на шаг, разрывая наши переплетенные пальцы.

- Споки, - хмыкает, скривив губы.

Вижу, как хочет казаться обычным. Обычным Ермолаевым. Но глаза его выдают. И от понимания этого, улыбаюсь как дурочка. Махнув ему рукой, скрываюсь за дверь подъезда. А когда дверь закрывается, я прислоняюсь спиной к стене и ударившись затылком о твердую поверхность, блаженно закрываю глаза. И продолжаю улыбаться.

Дома мама встречает на пороге. Не ругается, а настороженно за мной наблюдает. Я раздеваюсь быстро и скрываюсь в ванной. Там умываюсь и даже умудряюсь почистить зубы. А потом уставляюсь на свое отражение в зеркале. Глаза лихорадочно блестят. Щеки горят. Уши между прочим тоже. А на губах гуляет шальная улыбочка. Сумасшедшая. И это диагноз.

Выйдя из своего укрытия, мама зовет на кухню. Предлагает попить чай. Я удивленно кошусь на настенные часы. Там первый час ночи стрелки показывают.

- А не поздно… - хочу спросить, но мама не дает мне договорить.

- У тебя все хорошо? - спрашивает, внимательно за мной наблюдая.

- Угу, - делаю глоток горячего чая, морщусь, обжигаясь и отвожу свой взгляд в сторону.

- Я не хочу быть навязчивой. И я ни в коем случае не против твоего общения с этим мальчиком, - я готова закатить глаза, но гашу этот порыв. Мы никогда не разговаривали с мамой на подобные темы. Мальчики… у них одно на уме, нельзя то, нельзя это. Так и хочется прервать ее монолог и сказать, что поздно.

- Но? - смотрю на нее и жду этого жуткого “но”. Обычно ведь так бывает?

- Я хочу, чтобы ты была счастлива. Я знаю, что вы с отцом уже говорили на эти темы.

- Да не-е-е-т, - тяну обреченно. - Он тебе все рассказал? - вздыхаю.

Мама улыбается. По-доброму так, открыто.

- Я многое упустила из твоей жизни. Ты быстро выросла, - говорит то, что может быть я подсознательно и ждала. Но точно не сейчас хотела это слушать. - Я не хочу тебя предупреждать, что может быть если… Ты все знаешь. Ты девочка умная у меня. И голова у тебя на месте. Просто наслаждайся этим временем, - ошеломляет меня.

- Э-м, - уставляюсь на родительницу.

- Мы с твоим папой познакомились еще в классах средней школы. Дружили, гуляли, встречались. Влюбились. Потом родители наши даже умудрялись препятствовать нашим отношениям. Мы же не об экзаменах думали, - хмыкает, улыбнувшись. - Выпускной класс. А мы допоздна гуляем. Ох, - качает головой. - Отец мне тогда выволочку такую устроил и Виталю спровадил пригрозив. Да вот только твой отец оказался решительнее чем мог казаться на тот момент… Залезал ко мне в комнату через окно по вечерам. Хорошо мы жили на втором этаже, - смеется, вспоминая то время.

- И что вы делали? - смотрю во все глаза на маму. Эту сторону их жизни с па я и не знала. Он не рассказывал.

- Зубрили билеты, - отвечает. - Да-да, - кивает. - Никто и подумать не мог, что такое может быть. Отец правда нас застукал. Мы зачитались и не услышали, как подходил к двери моей комнаты. И вот картина, он входит. И видит: я сижу на ковре у своей кровати, вытянув ноги с книгой в руках. Рядом лежит Вит, положив голову мне на ноги и тоже пялится в книгу. Мы друг друга проверяли. Оба же собирались поступать на один факультет.

- И что тогда?

- Ничего, - пожимает плечами. - Он заявил Виталику, чтобы впредь он входил в дверь, а не в окно. Но в тот раз попросил его покинуть мою комнату. Так время уже было много.

- И он его выпустил живым из квартиры?

- Ага, только снова через окно. Аргументирую это тем, как вошел, так и вышел, - мам улыбается.

- Мам, - все же решаюсь спросить. - Почему вы разошлись? У вас такая любовь была, - спрашиваю, а самой становится неудобно за свой вопрос.

- Так бывает, Лис, - в глазах любимой и родной женщины появляется мимолетная грусть. - Бывает, что взрослые решаются на такой шаг. И я не знаю, как тебе объяснить это. Думаю, и не нужно тебе этого знать. Просто так сложилось.

- Ты бы вернулась? - знаю, вопрос жуткий. Но я должна была спросить.

- Нет, - отвечает предельно честно и меня этот ответ не расстраивает. - Я счастлива сейчас. И с отцом твоим была счастлива, ты не подумай. Но свою семью я люблю. И ты моя семья тоже. Прошу не держи на меня обиды и зла. Я хочу наверстать упущенное в нашем с тобой общении.

- А папа? Он…

- Он тебя завтра ждет. После школы разумеется, - добавляет. - Надеюсь не будешь прогуливать?

- Не буду, - улыбаюсь.

Теперь даже и мысли такой нет. Ведь мы сидим вместе с Ермолаевым. А между нами что-то происходит.