Тихуша

16

Стилус касался сенсорного экрана с легким приятным стуком. Отрывистые штрихи постепенно вырисовывались в более чёткие, продолговатые и осмысленные линии. Я погрузилась в рисунок с головой, перестав замечать всё вокруг. На разлинованных страницах старого блокнота мелким почерком были тезисно перечислены главные пожелания заказчика по поводу внешности персонажа на обложке, но я давно уже туда не смотрела. Наверное, именно поэтому заказанное узкое лицо неожиданно приобрело широкие скулы, бледные брови выделились, едва заметная светлая щетина испачкала теперь уже не впалые щеки, угрюмый изначально взгляд вдруг заискрился весельем, а в мочке уха появилась круглая серёжка-гвоздик. Очнулась, только когда рука потянулась нарисовать на плече у самой шеи начало узорчатой татуировки. Мелькнувшая мысль, что я лишь знаю о её наличии, но понятия не имею, как она выглядит, отрезвила меня.

Рука дрогнула, стилус оставил на рисунке неаккуратную линию, а я удивленно хлопнула глазами. Вместо заказанного мрачного герцога-вампира на меня смотрел хитро улыбающийся Марк. Я даже сама удивилась, насколько похожим получился портрет, хотя был всего лишь черновым наброском.

Сначала я улыбнулась ему в ответ, но уже через секунду испуганно вздрогнула. Сердце сковало странное ощущение, которое только на первый взгляд показалось приятной теплотой. Уже через пару мгновений оно превратилось в испуганный жар и разошлось по всему телу, обжигая кожу неприятным зудом. Снова нестерпимо зачесался шрам, и я отбросила от себя стилус и прижала к шее ладони.

- Ася, что ты творишь?! - собственный шепот застал снова вздрогнуть.

Я закусила губу и быстро нажала на кнопку "удалить рисунок" в углу программы. Лицо Марка тут же исчезло, и снова появился чистый белый лист, а я испуганно моргнула.

В горле пересохло, и я потянулась к стакану с водой, что стоял на книжной полке. Пока пила, снова подняла блокнот и вчиталась в описание персонажа. Сейчас уже два часа ночи, рисунок нужно было закончить к десяти, а меня унесло в далекие дали. Решив немного перезагрузить мозг, я отложила блокнот и, тихо скрипнув дверью, вышла на балкон.

Желтый свет от фонарей освещал пустую дворовую улицу, а ласковый теплый ветер застревал в молодых ещё листьях и приветливо шумел. Я полной грудью вдохнула ночной воздух и улыбнулась. Облокотилась о перила и опустила взгляд вниз, на козырек подъезда. Там спал большой белый кот, домашний питомец жильцов одной из квартир на втором этаже. Вот уже несколько лет в теплую погоду он по ночам перепрыгивал из форточки на карниз подъездного окна, а потом перебирался на козырек и спал там. Меня его вид всегда успокаивал и умиротворял. Животное слышало чутко, и не один громкий звук не мог обойти его стороной, а, значит, если оно спокойно спит – то я могу чувствовать себя в безопасности. Я знала, что это обманчивое ощущение: тишина спального района, лишь изредка нарушаемая стрекотанием кузнечиков, не означала, что спал весь мир. Даже наш город не спал. Ближе к центру в этот час всегда гудела ночная жизнь, а летом эта жизнь была особенно яркой, подвижной и дышащей молодостью.

Пока я задумчиво смотрела на тёмные ветви берёзы, что мягко шевелились на ветру, снова погрузилась в себя. Вышла, чтобы проветриться и выгнать из мыслей непонятно как появившегося там Марка, а в итоге вспомнила день, когда мы впервые встретились. Это же тоже произошло такой же ночью. Три месяца назад, когда я искала потерявшегося отца по тёмным улицам.

Чтобы не случалось, папа всегда приходил ночевать. Пусть он был в ужасном состоянии, пусть его приносили на себе «друзья», но до той ночи ни разу не бывало, чтобы он не спал дома. Я сильно перенервничала, когда часы уже показывали три, а у двери по-прежнему никого не было. В больнице его не было, в полиции - тоже, поэтому я, сходя с ума от волнения, искала его сама, проверяя адреса квартир "приятелей", с которыми он иногда проводил время. В тот день я была не в себе, и напрочь забыла обо всех страхах - их вытеснил один: потерять последнего близкого человека. В ту ночь я впервые с восьмого класса выбежала на улицу в футболке и даже не распустила по-домашнему убранные в хвост волосы. Мне было плевать, что кто-то увидит огромный рубцеватый шрам, покрывающий всю правую сторону шеи от подбородка до ключицы. Прежде, как бы не волновалась, я не забывала скрывать его за волосами и капюшоном, но в ту ночь мне было не до этого.

Отца нигде не было. В поисках я ушла в совершенно незнакомый район, достигнув такого отчаяния, что осматривала каждую лавочку у каждого подъезда. Тогда-то я и встретила компанию девушек примерно моего возраста. Их было трое, и они, судя по яркому праздничному макияжу и красивой одежде, возвращались из клуба. Мы бы прошли мимо друг друга и не заметили, но в тот момент, когда я буквально плечом к плечу столкнулась с одной из них, появилась еще одна компания - сильно подвыпившие парни, которым захотелось приключений и любви. Девушки напряглись, когда раздался довольный свист и пошлый хохот, а я застыла от ужаса. Незнакомки ускорили шаг, а одна из них неожиданно схватила меня за руку.

- Ты куда? – испуганно шепнула мне: - Пойдем с нами!

Она вынудила меня развернуться и потащила за собой. Я была благодарна девушке, ведь это они с подругами шли к парням спиной, а мой путь лежал наперерез. Сердце колотилось в груди, а в голове строчка за строчкой всплывала смутно знакомая молитва. Незнакомка, которую, как выяснилось потом, звали Олеся, так и не отпустила мою руку. Мы вчетвером затихли и шагали стремительно, но это не помогло. Шуточки раздавались все громче, а парни не просто шли за нами, они начинали бежать. Даже вспоминать не хотелось о том, в каком мы были страхе, когда они загнали нас в тупик между гаражами и недостроенным домом. Чудо, что одна из девушек успела сбросить кому-то из знакомых свои координаты и сообщение с мольбой о помощи. Вот в числе вовремя прибежавших на выручку друзей и оказался Марк.