Тиран на завтрак

Глава 2

Спустя пять лет

Мира

День выдался тяжёлый. На практике попался довольно сложный случай, и пришлось выложиться по полной. Даже моему куратору досталось — его сильно ранило, и мне пришлось самой догонять преступника.

Нет, не подумайте, я не жалуюсь. Я люблю свою работу по поимке злодеев, и пусть я только курсант, но мой руководитель говорит, что у меня неплохие шансы стать кем-то большим, нежели простым оперативником. Ещё бы, с моим-то даром! Ведь я мастерски умею раскалывать недобросовестных граждан, коих не так уж и мало на улицах нашего небольшого города.

Иногда бывают дни, когда всё раздражает, и хочется побыстрее оказаться дома, обнять пальцами чашку согревающего напитка и долго-долго смотреть на огонь в камине. И плевать, что сейчас лето и жара. Хочу домой — и всё тут.

В итоге после заполнения отчётов и их согласования с руководством, домой я пришла словно выжатый лимон и устало плюхнулась в кресло. Для приготовления напитка не было ни настроения, ни сил. Я почти задремала прямо в мягком кресле, когда услышала резкий звук магфона, который громкой трелью известил о новом сообщении.

Вставать не хотелось, решила — обойдутся без меня. Но когда надоедливая трель раздалась в третий раз, пришлось сдаться.

— Да чтоб вас всех! — медленно, растягивая каждое движение, поднялась и взяла в руки мигающую трубку.

Магфон — изобретение во всех смыслах полезное. Можно только похвалить наших артефакторов, что придумали такую забавную штуку. Но был и минус: теперь, где бы я ни находилась, меня можно было найти.

Иногда я скучала по бумажным письмам и запискам. Было в них нечто такое таинственное, когда вначале берёшь хрустящий конверт в руки, ножом для писем осторожно срезаешь край и с нетерпением достаёшь вложение. Разворачиваешь сложенный листок, осторожно нюхаешь его и читаешь. А потом, если сообщение любовное, носишь его при себе, и сердце замирает каждый раз, когда пальцы ненароком касаются заветного клочка бумаги.

Эх, жаль это осталось лишь в романах!

Отбросив ненужные мысли, открыла сообщение: одно, а затем уже второе. И если после прочтения первого у меня ещё оставалась надежда, что новость будет из приятных, то она разбилась в прах, стоило мне увидеть первые строки второго.

Одно сообщение гласило, что мой непосредственный руководитель завтра выходит на пенсию. Да-да, так внезапно и неожиданно! А вместо него будет назначен новый куратор.

Это была совсем плохая новость. Мы настолько сдружились и сработались, что иногда казалось, что Ричард Харрис мне как дедушка, которого у меня никогда не было в реальности. Он давал дельные советы, поддерживал все эти годы, и что самое главное — видел во мне не просто будущую рабочую единицу, но и личность.

Когда его ранили, я восприняла это как личную трагедию, настолько всё было неожиданно и странно. Чтобы оперативника его уровня смог достать магией очередной воришка, пусть и неуловимый? Да быть такого не может! Но факты вещь упрямая, и сколько бы я потом ни анализировала произошедшее, вердикт был один: Ричард потерял свою сноровку.

Отложив мысли о руководителе, с надеждой открыла второе.

— Да вы шутите!? — магфон внезапно показался настолько тяжёлым, словно весил целую тонну. Я смотрела на него как на что-то особо опасное и ядовитое несколько секунд, а затем грохнула о стену. Аппарат рассыпался на мелкие детали, которые уже через несколько секунд начали собираться воедино, возвращая своё первоначальное состояние. Полезная доработка наших сотрудников — мало ли, что может произойти в рейде, а связь нужна всегда, где бы ты ни находился.

Мне не хватало воздуха, словно я вдруг оказалась в пустыне. Закрыла глаза, медленно досчитала до десяти, выравнивая дыхание, восстанавливая свои мысли, и пошла дочитывать сообщение.

— Да уж, Мира, выдержка у тебя ни к чёрту. А ещё профессионалом себя считаешь.

Был за мной грешок разговаривать сама с собой в минуты сильного нервного напряжения. Как правило, это случалось во время экзаменов, либо при выступлении на публике, да и то довольно редко. Мне всегда казалось, что я умею себя контролировать. Но едва дело касалось моей семьи, вся выдержка летела к демонам, и я снова становилась маленькой девочкой без права голоса.

Отложив на всякий случай в сторону магфон, подошла к окну и долго смотрела на кроны деревьев, глубже и глубже погружаясь в себя.

***

Утро, к сожалению, не принесло облегчения, и на практику я шла в смешанных чувствах. С одной стороны, очень хотела увидеть Ричарда и справиться о его здоровье, с другой — пыталась оттянуть момент прощания как можно дольше.

Здание службы безопасности встретило меня угрюмыми серыми окнами без единого отблеска солнца. Не знаю, в чём тут дело, но даже в самую ясную погоду здесь царила атмосфера грусти, печали и безысходности. Не иначе, чтобы всякий попавший сюда преступник сразу потерял хоть какую-либо надежду на благополучный исход.

Вспомнился момент, когда я появилась здесь впервые. Шло распределение на итоговую практику, которая должна была показать, что мы вынесли за шесть лет обучения в Академии. Не могу сказать, чтобы я сильно волновалась, но сомнения всё же имелись.