Тиран, я требую развод!

Глава 13

Ужин с Эдвином, точнее, то, что произошло в его финале, стало для меня новым видом пытки. Его прикосновение, этот единственный, демонстративный, интимный жест, преследовал меня. Он не просто коснулся моей руки. Он вторгся в мое личное пространство, в мою крепость, которую я так тщательно выстраивала, и оставил там свой след. Невидимое клеймо, которое горело на моей коже, напоминая о его власти. Власти не только физической, но и чувственной. Он нашел новую трещину в моей броне, и теперь методично, с жестоким наслаждением, пытался ее расширить.

Я заперлась в своих покоях, отказываясь кого-либо видеть. Я терла палец пока он не покраснел, пытаясь смыть фантомное ощущение его губ, его языка. Но это было бесполезно. Воспоминание въелось в память, и каждый раз, закрывая глаза, я видела его лицо, его хищную, торжествующую усмешку. И самое страшное, самое унизительное было то, что мое тело помнило. Оно помнило этот постыдный, предательский трепет, который прошел по венам в ответ на его прикосновение. Я ненавидела себя за эту слабость. Я ненавидела его за то, что он заставил меня ее почувствовать.

Эта ненависть стала моим топливом. Я с удвоенной энергией погрузилась в работу. Ночи напролет я проводила над документами, которые приносил мне дрожащий Харрингтон. Моя теневая империя «Сириус» росла. Я перехватывала контракты, вкладывала деньги в рискованные, но прибыльные предприятия, плела свою собственную паутину в ответ на ту, что опутала двор. Каждая удачная сделка, каждый мешок золота, поступивший на мои тайные счета, был маленькой победой. Это было единственное, что давало мне ощущение контроля. Я строила свой ковчег, свою крепость из денег и влияния, готовясь к тому дню, когда мне придется либо бежать, либо дать открытый бой.

Именно в разгар этой моей тайной деятельности по дворцу разнеслась новость: его величество король объявляет Великую Осеннюю Охоту.

Это было не просто развлечение. Это было важнейшее политическое событие. На охоту съезжались все самые знатные и влиятельные вельможи королевства. Здесь, в неформальной обстановке, решались судьбы, заключались союзы, плелись интриги. Не явиться на охоту для члена королевской семьи было равносильно признанию в немощи или опале. Я знала, что должна там быть.

И я знала, что это ловушка.

Память оригинальной Кирии услужливо подбросила мне нужный эпизод из романа. Именно на этой охоте должен был произойти «несчастный случай». По сюжету, Лиана, желая избавиться от соперницы, подстроила падение королевы с лошади. Но в книге запуганная, слабая Кирия в последний момент отказывалась ехать, сославшись на плохое самочувствие. Ее место рядом с королем занимала, разумеется, «случайно» оказавшаяся рядом Лиана, и план сорвался, лишь добавляя «святой» очков в глазах короля, который видел в этом очередное доказательство трусости и никчемности своей жены.

Но теперь все было иначе. Теперь на охоту поеду я. И я поеду не на смирной кобылке. Я поеду на Демоне.

Эта мысль родилась мгновенно, острая и ясная. Это будет не просто поездка. Это будет заявление. Я покажу им всем – и Лиане, и Эдвину, и всему двору – что я больше не жертва.

Подготовка к охоте превратилась для меня в подготовку к битве. Я проигнорировала портних, которые предлагали мне сшить роскошный дамский костюм для верховой езды из бархата и кружев. Вместо этого я заказала у лучшего мастера в городе мужской костюм, но сшитый по моим меркам. Узкие, плотные штаны из оленьей кожи, идеально облегающие ноги. Высокие сапоги из мягкой, но прочной кожи. Простая льняная рубашка и короткая куртка из темной замши, не стесняющая движений. Я выглядела не как королева, а как профессиональный охотник. Или наемник. И мне это нравилось.

В утро охоты я сама пошла на конюшню. Гюнтер, увидев меня, лишь молча поклонился. Слухи о моем «ведьмовстве» сделали его на удивление покладистым. Я сама проверила Демона, сама его оседлала, используя то же легкое кавалерийское седло. Конь встретил меня тихим, радостным ржанием, ткнувшись мордой в мое плечо. Мы были союзниками. Два зверя, готовящиеся к схватке.

Когда я выехала во двор, где уже собралась вся знать, на меня уставились сотни глаз. Я видела шок, недоумение, осуждение. Но под всем этим я видела и новое чувство – страх. Они боялись меня. Они боялись огромного вороного жеребца подо мной, который нетерпеливо бил копытом, и его глаза горели огнем. Они боялись женщины, которая посмела его укротить.

Мой взгляд нашел Эдвина. Он стоял в стороне, разговаривая с герцогом де Монфором. Он тоже был в черном, и на фоне своего огромного боевого скакуна выглядел как темный бог войны. Он обернулся и посмотрел на меня. Его взгляд скользнул по моему костюму, по моей фигуре в седле, по моим рукам, уверенно держащим поводья. На его лице не дрогнул ни один мускул, но я увидела, как в глубине его золотых глаз на мгновение вспыхнул тот самый, знакомый мне огонь. Огонь собственника, который видел нечто принадлежащее ему, но при этом абсолютно непокорное.

Рядом с ним, разумеется, была Лиана. Сегодня она была в образе лесной нимфы. На ней был изящный костюм из темно-зеленого бархата, который идеально гармонировал с ее каштановыми волосами. Она сидела на изящной гнедой кобылке и смотрела на меня с выражением ангельской жалости. Но я видела, что скрывается за этой маской. Я видела холодный блеск в ее глазах, видела предвкушение. Она была уверена, что сегодня ее план сработает.

Раздался звук охотничьего рога. Громкий, протяжный, он разорвал утренний воздух. Свора собак, нетерпеливо скуливших на поводках, залилась лаем. Охота началась.

Мы двинулись в лес. Шумная, пестрая кавалькада всадников, слуг, псарей. Я держалась немного в стороне, не позволяя никому приближаться к Демону. Конь был напряжен, он не привык к такому скоплению людей и шуму. Я успокаивающе поглаживала его по шее, тихо ему нашептывая. Я была начеку. Каждое мое чувство было обострено до предела. Я следила за каждым движением, за каждым взглядом. Особенно – за Лианой.