Тиран, я требую развод!

Глава 29

Возвращение в столицу было похоже на погружение в котел с кипящим, ядовитым варевом после глотка чистого горного воздуха. Дворец, который я покинула как презираемая, сумасбродная королева, встретил меня как диковинного, опасного зверя, которого привезли на показ. Атмосфера была наэлектризована до предела. Моя новая, нежеланная слава «Драконьей Королевы» стала для меня одновременно и щитом, и мишенью.

Придворные разделились на два лагеря. Одни, в основном молодежь и те, кто был в опале, смотрели на меня с восхищением и тайной надеждой. Я стала для них символом перемен, живым доказательством того, что даже в этом прогнившем королевстве возможны чудеса. Они пытались поймать мой взгляд, кланялись ниже, чем требовал этикет, шептали мое новое прозвище, когда я проходила мимо.

Другие же, и их было большинство – старая аристократия, клика герцога де Монфора, все те, кто кормился от прогнившей системы – смотрели на меня с плохо скрываемой ненавистью и страхом. Я была для них угрозой. Непредсказуемой силой, которая нарушила привычный порядок вещей. Я видела, как они собираются в группы, перешептываются за моей спиной, их взгляды были полны яда. Я знала, что они не простят мне ни моего триумфа, ни моего союза с северными лордами, ни, тем более, того удара, который я нанесла по их финансовым интересам, остановив войну.

Лиана была хуже всех. Она больше не играла в святую. Маска была сброшена. Теперь она смотрела на меня с открытой, ничем не прикрытой ненавистью. Она видела во мне не просто соперницу. Она видела ту, что украла ее судьбу. Ее триумф. Ее короля. Ее ненависть была почти осязаемой, она висела в воздухе каждый раз, когда мы оказывались в одной комнате. Она выжидала, как змея, готовая к броску.

И был он. Эдвин.

Наше молчание продолжалось. Но оно изменило свой характер. Это больше не была холодная война. Это было перемирие. Хрупкое, напряженное, как струна, готовая вот-вот лопнуть. Мужчина избегал меня. Мы почти не пересекались. Он заперся в своем крыле дворца, занимаясь государственными делами с удвоенной энергией, пытаясь работой заглушить то смятение, что я посеяла в его душе. Но я чувствовала его присутствие. Он был как грозовая туча на горизонте. Ты ее не видишь, но знаешь, что она там, и что рано или поздно она разразится бурей.

То, что произошло между нами в палатке в ночь перед отъездом, стояло между нами невидимой, но несокрушимой стеной. Король думал, что этим он сломал меня, подчинил себе. Но он ошибся. Мужчина лишь показал мне свою главную слабость. Свою уязвимость. Свою отчаянную, почти безумную потребность обладать мной. И это знание давало мне силу. Но оно же и пугало. Потому что я не знала, что он сделает, когда поймет, что его «победа» была на самом деле поражением.

Я же, вернувшись в свою золотую клетку, с головой ушла в свою тайную работу. Моя финансовая империя росла. Месье Жакоб, мой верный и перепуганный агент, оказался на удивление способным бизнесменом. Под моим руководством компания «Сириус» процветала. Мы наладили торговлю с севером, получив эксклюзивные права от благодарных лордов. Мы инвестировали в новые, рискованные, но перспективные проекты. Деньги текли рекой. Я становилась одной из самых богатых женщин в королевстве, и никто, кроме меня и еще пары человек, об этом не догадывался.

Но все это было лишь средством. Главной моей целью оставалась информация. Я должна была разгадать его тайну. Тайну проклятия золотого дракона. Я была уверена, что именно в ней кроется ключ ко всему. К его жестокости, к его одержимости, к его странной связи с драконами.

Я снова начала ходить в библиотеку. Теперь мне никто не мешал. Моя новая репутация открывала передо мной любые двери. Библиотекари, дрожа от благоговения, сами приносили мне самые редкие и древние фолианты из закрытых архивов.

Я искала. Читала хроники, легенды, изучала генеалогические древа. Но все было тщетно. Официальная история дома Алстад была вычищена до блеска. Ни единого упоминания о проклятии. Ни намека на сделку с драконом. Все, что могло бросить тень на безупречный образ правящей династии, было уничтожено.

Я зашла в тупик. Сидела ночами над пыльными манускриптами, и отчаяние снова начинало подтачивать мою решимость. Я знала, что он что-то скрывает. Что-то ужасное. Но я не знала, как подобраться к этой тайне.

Ответ пришел сам. Оттуда, откуда я меньше всего ожидала.

Это случилось примерно через две недели после нашего возвращения. Была глубокая ночь. Я не спала. Бессонница стала моей постоянной спутницей. Сидела в своем кабинете, разбирая отчеты от Харрингтона, когда услышала это.

Странный звук.

Он донесся из коридора. Глухой, скрежещущий, похожий на стон боли. Я замерла, прислушиваясь. Звук повторился. Он был тихим, но в ночной тишине замка он прозвучал, как удар грома. Он шел со стороны его крыла.

Мое сердце заколотилось. Что это? Нападение? Но кто осмелится напасть на короля в его собственных покоях?

Любопытство, смешанное с дурным предчувствием, оказалось сильнее страха. Я тихонько встала, накинула на плечи темный халат и выскользнула из своих комнат. Коридоры были пусты и темны. Лишь редкие факелы бросали на стены дрожащие, причудливые тени.

Я шла на звук. Он привел меня к его дверям. К дверям его спальни. Отсюда звук был слышен отчетливее. Это был не просто стон. Это был сдавленный, полный муки рев. Рев раненого зверя.

Я прижалась ухом к тяжелой дубовой двери. Я слышала его тяжелое, с хрипом, дыхание. Слышала, как что-то с грохотом упало на пол.

Что там происходит?!

Я обошла дверь. Рядом была еще одна, поменьше. Дверь в его гардеробную, которая соединялась со спальней. Я знала, что он никогда ее не запирает. Дрожащей рукой потянула за ручку. Дверь поддалась, открывшись с тихим скрипом.

Я заглянула внутрь. Гардеробная была пуста. Но дверь в спальню была приоткрыта. Всего на крошечную щелочку. Но мне этого было достаточно.

Затаила дыхание и припала глазом к этой щели.