Тишина и Гром

1 глава

Глава 1 — "Тишина рисует лица"

Ночь. Школа. Он рисует.

Я не слышу тишину. Я вижу её.

Когда город засыпает, и остаются только фонари, лужи и одинокие кошки, я выхожу. У меня с собой старая тканевая сумка с баллончиками. В ней — мой голос. Мой крик. Моя боль. Никто не понимает, что я говорю, когда молчу. Но если смотреть — можно услышать.

Всё просто. Время — 02:13. Я знаю, когда охранник в школе уходит покурить и сколько у него длится перекур. Школа тёмная. Только дежурный свет над входом. Но мне не туда. Мне — на задний двор.

Вдоль стены спортзала уже стоят мои старые работы. Вчерашний цветок с человеческими зубами. Глаз в форме сердца. Маска, у которой вместо рта — стена из кирпичей. Они все здесь — мои мысли. Всё, что не смог сказать, — сказано в цвете.

Сегодня я не знаю, что рисую. Просто чувствую: нужно. Внутри всё гудит, как вибрация без звука. Сердце — барабан. Пульс — метроном. Я выбираю тёмно-синий. Потом серый. Потом охру.

Линия за линией. Контур лица. Сначала грубый. Потом плавный. Потом черты становятся резкими, как лезвие.

Лицо. Чужое. Грозное. Лоб морщинистый, брови нависают, взгляд — как будто смотрит на меня сквозь стены. Я не знаю, откуда оно. Просто внутри. Рука рисует быстрее, чем мозг успевает понять. Как будто кто-то говорит через меня.

Я отхожу на шаг, смотрю. Краска стекает вниз по подбородку. Будто он… плачет.

---

Появляется она — новенькая

Щелчок.

Не из мира звука — из мира движения. Я чувствую, что кто-то рядом.

Оборачиваюсь.

Тень. Капюшон. Девушка. Стоит, не двигается. Смотрит.

В руке у неё ведро — откуда? Вода летит в стену — шшшхх! — и краска начинает стекать вниз по кирпичу. Я делаю шаг вперёд — шок, ярость, паника.

— Ты что творишь?! — мысленно кричу, но губы не двигаются. Я просто в шоке.

Но потом… я вижу.

Лицо на стене начинает искажаться. Потоки воды прорезают цвета, смывают контур, и теперь изображение будто живёт. Оно стало больным, живым, прекрасным в своей разрушенности.

Она стоит и смотрит. Не бежит. Не извиняется. Просто смотрит. Я делаю шаг к ней. Медленно. Достаёт руку.

Жест.

Один. Потом второй. Я замираю.

Она знает язык.

Медленно, неуверенно, но жестом показывает: «Ты нарисовал его».

Я моргаю. «Кого?» — показываю руками.

Она указывает на стену. Потом на себя. Потом — жест страха. Резкий, как удар.

Я не понимаю. Но чувствую: что-то не так.

---

Фигура в тени

Она оборачивается. Я вижу, как её глаза сужаются. Она замирает, тянет меня за рукав. Взгляд в сторону — у входа в школу стоит фигура. Мужчина. В капюшоне. Я не вижу лица, но чувствую взгляд.

Он видит нас.

Она начинает жестикулировать быстро: «Бежим. Опасно. Он следит». Я не успеваю спросить кто. Она хватает меня за руку и тянет прочь.

Я хватаю сумку с баллончиками. Мы бежим. Ноги по асфальту. Холод в лёгких. Мысли путаются.

---

Круглосуточный магазин. Новый персонаж

Свет яркий, как пощёчина. Дверь звенит, мы влетаем в круглосуточный. Продавец даже не поворачивается — в наушниках.

На полу сидит парень в тёмной куртке с банкой энергетика и пакетом чипсов. Узнаю его — Тимур, учится со мной, балагур, весь из мемов и иронии.

— Йоу, художник. Что за сюжет: "Немой и девчонка в капюшоне спасают ночь"?

Я не отвечаю. Соня тяжело дышит. Тимур замирает.

— Что за лица у вас? Кто-то умер, или это флешмоб такой?

Она поворачивается к нему. Потом ко мне. Жестами: «Ты нарисовал его лицо. Он был там. Это он. Он следил за мной до этого. Я… я видела… убийство.»

Мир перестаёт быть тихим. Даже без звука он кричит.

---

Утро. Новая встреча.

Утро. Глаза режет от света, тело ломит от недосыпа. Я прихожу в школу на двадцать минут позже — и, как обычно, никто ничего не говорит. Никто не ждёт от меня прилежности. Я — фон. Тень. Немой. Пустое место на задней парте.

Когда я захожу в класс, внутри уже суета. Все о чём-то шепчутся, кто-то смеётся, кто-то пялится в телефон. Я сажусь на своё место, рядом с окном, кладу капюшон на глаза и ложусь, как всегда.

И тут появляется она. Учительница.

Молодая. Строгая. С прямой спиной и уверенным голосом. Слишком яркая для утренней тишины.

— Доброе утро, 10-Б. Сегодня у нас новенькая, — говорит она, и в класс входит она.

Соня. Та самая. В дневном свете её глаза ещё светлее, волосы собраны, лицо закрыто отрешённостью.

— Соня будет учиться с вами этот год. Она, как и ваш одноклассник Илья, не говорит. Она глухонемая. Прошу быть внимательными. Она только переехала в наш город.

Тишина. Сначала шок. Потом — ропот. Я чувствую взгляды. На неё. Потом — на меня.

Кто-то фыркает. Кто-то шепчет. Кто-то уже набирает что-то в чат.

— Да ну нафиг, вторая… — раздаётся сзади.

Я не смотрю. Отвожу взгляд. Становлюсь камнем. Сплю дальше. Или делаю вид, что сплю.

Она садится рядом. На парту возле моей. Не говорит. Просто достаёт тетрадь и начинает писать конспект.

А я — лежу, слыша как глухота наполняет класс. Не её глухота. А их. Всех остальных.
Урок продолжается. Первая попытка связи.

Она сидит с прямой спиной, как будто чувствует на себе каждый взгляд. А их много. Я это знаю. Я тоже через это проходил. У них целая система: вначале — шок, потом — раздражение, потом — насмешки. Иногда шёпотом, иногда прямо в лицо. Особенно когда ты не можешь ответить.

Я краем глаза вижу, как она что-то пишет на бумажке. Медленно, чётко. Потом откладывает ручку и осторожно подвигает лист к краю стола.

"Ты не помнишь меня?"

Я притворяюсь, что сплю, но пальцы дрожат. Конечно, помню. Только не знаю, кто она — тогда, в темноте, под стеной. Или сейчас, среди белых дневных теней.

Она снова пишет:

"Это была я."

Я открываю глаза. В полсилы. Смотрю на неё. Она не улыбается. Она просто… есть. И этого достаточно.

---

Ночь вторая. Дом. Привычки. Тайны.