Тишина после сирен

Глава №2. Марта

Марта жила в посёлке Филино, на тридцать четвёртом километре Велижанского тракта. Место это было тихое, почти деревенское, но с городскими привычками: газ, электричество, асфальт, детская площадка у въезда, пара магазинов. Отсюда до Тюмени рукой подать — всего полчаса на машине, если без пробок.

Дом достался ей после развода с Тимуром. Когда-то она вселялась сюда с надеждой, что новая жизнь будет лучше прежней. Тимур строил планы, говорил громко, жил жёстко. Его характер казался надёжным, пока не стал тяжёлым. Его сила перестала защищать и начала давить. Каждый день всё сильнее. Скоро с ним стало невозможно дышать. Развод оказался неизбежным.

Но именно этот дом стал её опорой. Сюда она привезла своих дочерей от первого брака. Они выросли: двадцать девять и двадцать шесть. Абсолютно разные девушки, самостоятельные, умные, с собственными характерами. Но потом девчонки вернулись в Тюмени — в самое сердце города. Там был их бизнес, их жизнь, их квартира.

Марта осталась в Филино вместе с матерью. Здесь у неё была мастерская — две швейные машины, аккуратные стеллажи с тканями, мотки ниток, коробки с выкройками. Она зарабатывала тем, что шила: постельное бельё, одежду, заказы для школ и больниц. После Обнуления, когда цифровой мир рухнул, именно такие простые вещи стали бесценными.

Марта умела работать руками и умела объединять людей. В их объединении двадцать лет назад ей доверяли волонтёрское направление: помощь старикам, фронту, праздники. После краха она делала то же самое. Её уважали. Ей верили.

Вечерами они с матерью сидели на веранде. В саду пахли яблони, где-то кричали соседи, дети гоняли мяч на дороге. Казалось, что жизнь устаканилась. Что всё плохое уже позади.

Но утро аварии всё изменило.

Сначала был звук. Непривычный, гулкий. Как будто где-то далеко работал огромный завод. Марта вышла на крыльцо и сразу почувствовала неладное. Над полями поднимался туман, и сквозь него шёл рокот — тяжёлый, с металлическим звоном.

Она прищурилась и увидела:

Колонны техники. КамАЗы, бетономешалки, кран-балки. Солдаты в касках, в бронежилетах. Они выгружали бетонные блоки прямо на трассе. Поднимали их краном, вбивали в землю, закрепляли металлическими скобами. Всё шло быстро, слаженно, как будто эта операция готовилась месяцами.

У неё внутри похолодело. Она сразу поняла: это явно не учения.

Дети! Их лица вспыхнули перед глазами. Младшая — упрямая, с вечной тетрадью и калькулятором. Старшая — улыбчивая, быстрая, с телефоном и незакрывающимся ртом. Они сейчас в городе. В Тюмени.

Марта бросилась в дом. Схватила сумку, ключи, документы. Мать взволнованно попыталась её остановить:

— Куда ты?
— В город! У меня дети там!

Она завела машину и поехала к выезду.

Блок-пост стоял прямо у ворот посёлка. Бетонные блоки, колючая проволока, три БТРа. Солдаты с автоматами.

— Мне срочно необходимо попасть в город! — крикнула она, открывая окно. — У меня дети там!

— Разворачивайся, туда нельзя больше! — отрезал офицер.

— Вы не понимаете! — она почти вывалилась из окна. — Они там одни! Пустите меня!

Офицер поднял автомат. Глаза холодные, как лёд.
— Ещё слово — и останешься здесь. У нас приказ.

— У меня дети! — закричала она.

Солдат подошёл ближе, схватил её за плечо, и засунул обратно в машину. Потом показал двигаться в обратном направлении стволом автомата.

Она дрожала. Хотела броситься снова, но понимала: сейчас её убьют. Это не те года, когда можно было любую несправедливость со стороны государства снять на камеру и раструбить на весь интернет. Время сильно поменялось.

Марта вернулась домой. Села на крыльцо и закрыла лицо руками. В груди горел огонь. Боль, злость, бессилие.

Весь день она не находила себе места. Пыталась связаться хоть с кем-то, кто жил в городе, но на выходе получала лишь «абонент вне зоны действия сети». Сотни звонков. И все в пустоту.

Она ходила из угла в угол весь день с телефоном в руке, пока он не сел. Пробовала заняться какими-то делами, чтобы отвлечься, но всё валилось из рук. О том, чтобы что-то съесть речи вообще не шло, какой к чёрту аппетит?

И тут в один момент её осенило. «Координатор! Точно! Они не общались много лет после того, как развелись с Тимуром. Но он точно продолжал общение со всеми нашими. Он должен хоть что-то знать!»

Она взяла трубку и дрожащими пальцами вбила в поиске «Попов». Гудков было много, но всё-таки на том конце нажали кнопку «ответить»:

— Алло…

— Марта? — голос был узнаваемым. — Это ты?

— Да, это я! — сорвалась она. — Саша, ты знаешь, что происходит?! Они перекрыли всё! Я пыталась выехать, но военные стоят на дороге! Чуть не застрелили меня! А мои девочки… они в Тюмени! Они там!

— Дыши, — сказал он ровно. — Сядь. Расскажи всё по порядку.

— Что рассказывать?! — её голос дрожал. — Я видела, как они строят стену! Бетон, блоки, техника! С самого утра! Они замыкают кольцо, понимаешь?! Я думала, это учения, а они… они перекрыли город!

— Я знаю, — тихо сказал Александр. — Я только что вышел на связь с Павлом. Он остался внутри. Город молчит. Ни связи, вообще никаких каналов. Всё глушат.

— Господи… — она закрыла глаза. — Что мне делать? Скажи, что мне делать! Я не могу сидеть! Там мои дети!

— Ты не прорвёшься через блок-пост, — сказал он. — Это фронт. Попробуешь снова — точно убьют.

— Тогда я пойду через поля! Через лес! Хоть пешком!

— Марта! — его голос стал резким, командным. — Если рухнешь ты — у твоих девочек не останется никого. Услышала?

Она всхлипнула.
— Услышала…

— Я буду искать окно, — сказал он. — Слабое место. Может где бетон не достроили. Где охрана тоньше или вообще нет. Не забывай всё-таки в какой стране живём. Но для этого нужно время. Пока жди. Жди и собирай информацию. Всё, что видишь. Любую мелочь.

— Саша… — её голос сорвался. — Я больше никому не могу позвонить. Все молчат. Я набираю номера — пусто. Ты единственный, кто ответил.