Тишина в её мире

Глава 3 — Рыцарь

Рыцарь

Марк сидел за своим компьютером, в очередной раз погружённый в игру, и даже не смотрел в мою сторону. Я лежал на кровати, сцепив руки за головой, и пытался смотреть в потолок, но, честно говоря, ничего не видел. Мысли были где-то далеко. Или, может быть, слишком близко.
Марк — мой старший брат, ему двадцать один, и он учится на архитектора. У нас с ним всегда были довольно ровные отношения, хотя иногда он слишком любит поумничать или подтрунивать надо мной. Мы не ссоримся часто, но когда это всё-таки случается, он обычно быстро находит способ свернуть спор в свою пользу. Я всегда знал, что могу положиться на него, но иногда его сарказм просто выводит меня из себя. Особенно сейчас, когда у меня и без него голова идёт кругом.
— Что с тобой? — наконец подал голос Марк, даже не оборачиваясь.
Я молчал несколько секунд, не зная, стоит ли вообще отвечать. Но внутри что-то так сильно клокотало, что мне просто нужно было это озвучить.
— Если ты с девушкой знаком только два дня, но она не вылезает у тебя из головы, это что? — спросил я, стараясь говорить как можно более спокойно, будто это что-то незначительное. — Симпатия или интерес?
Марк резко повернулся на стуле, раздался скрип. Он смотрел на меня так, будто услышал самое смешное, что когда-либо говорил его любимый младший брат.
— Малой, любовь с первого взгляда, что ли? — ухмыльнулся он, слегка наклонив голову.
— Да иди ты, — пробурчал я, чувствуя, как лицо невольно заливается краской.
— Подожди, подожди! — Марк поднял руки, будто защищаясь от моих слов. — Ты это серьёзно сейчас? Это что-то типо она тебе улыбнулась, и ты уже пропал?
Я не выдержал. Подушка, лежавшая рядом, полетела в его сторону с такой силой, что прямо попала ему в лицо. Марк дёрнулся, его наушники слетели с головы и с глухим звуком упали на пол.
— Ты нормальный вообще?! — возмущённо воскликнул он, смахивая с лица невидимые хлопья «оскорбления».
— Идиот, — сказал я сквозь зубы, но уголки губ предательски дрогнули.
— А ты у нас романтик, я смотрю, — не унимался Марк, наклоняясь, чтобы поднять наушники. — Ну, так что? Как зовут твою даму сердца?
— Не твоё дело, — буркнул я, отворачиваясь.
— О, понятно, дело серьёзное, — с усмешкой продолжил он. — А знаешь, если она тебе так в голову въелась, тут два варианта: либо ты просто малой, который впервые увидел красивую девчонку, либо…
— Либо что? — я резко обернулся, пытаясь игнорировать, как у меня пересохло в горле.
— Либо ты влип, братан, — сказал он, усмехнувшись, и вернулся к своей игре.
Я лежал, глядя в потолок, и впервые не мог понять, смеётся он надо мной или говорит серьёзно. А может, и то, и другое.
Я перевернулся на бок, уткнувшись лицом в подушку. Слова Марка цепляли. «Влип». Он произнёс это так, будто знал, каково это, возможно сам однажды был в моей ситуации. Но я не хотел верить, что это правда. Влипнуть из-за девушки, с которой знаком всего два дня? Да ладно, это просто… глупо.
Но воспоминания о том, как Алина смотрела на меня, всё никак не уходили. Её взгляд, смущённый, но такой искренний. Как она говорила тихо, словно боялась нарушить тишину. А её улыбка, такая редкая, но безумно красивая… Словно кто-то включил свет в тёмной комнате.
— Ты там не уснул случайно? — прервал мои мысли голос Марка. — Или мечтаешь о своей «даме сердца»?
Я вздохнул, перекатился на спину и уставился в потолок.
— Ты же знаешь, что я всё равно не отстану, пока ты мне всё не расскажешь, — продолжил он, на этот раз с чуть более серьёзным тоном.
Я знал, что он прав. Марк всегда был таким — не только старшим братом, но и тем, кто выуживает правду, даже если ты сам ещё не готов её признать.
— Она… другая, — наконец выдохнул я.
Марк поднял брови, явно заинтересовавшись.
— Другая, говоришь? Это как? У неё рога или хвост?
— Ты не понимаешь, — пробурчал я, бросив на него сердитый взгляд. — Просто… Она не такая, как все.
— Да, это я уже понял, — ответил он, пододвинув стул ближе. — Но если ты хочешь, чтобы я понял, поясни.
Я замялся. Рассказывать про Алину было странно. Как будто я делился чем-то слишком личным, чем-то, что пока даже для меня самого не до конца понятно.
— Она… милая, — начал я, подбирая слова. — И… настоящая. Она не пытается что-то из себя строить. Она просто… она.
Марк на секунду задумался, а потом хитро прищурился.
— Ну, знаешь, если ты уже так о ней думаешь, то, может, и вправду влип.
Я хотел что-то возразить, но слов не нашлось. Вместо этого я просто повернулся к стене, чтобы не видеть его довольного лица.
— Слушай, малой, — услышал я его голос снова. — Если она такая особенная, то, может, стоит что-то сделать?
— Что ты имеешь в виду? — спросил я, не поворачиваясь.
— Ну, не знаю, — задумчиво произнёс он. — Может, хотя бы просто быть рядом, как ты говоришь? Не париться о том, что будет дальше, а просто… быть.
Его слова задели меня. Но наверное, это было именно то, что я хотел услышать.
— Ты же не собираешься сидеть тут и пялиться в потолок всю ночь? — добавил Марк с усмешкой.
Я усмехнулся, но ничего не ответил. Может, он и прав. Может, мне просто нужно быть рядом.

***
Утро началось с хаоса. Я проснулся от грохота кастрюль на кухне и громкого смеха Марка. Ему всегда удавалось создавать шум, словно это был его персональный способ сказать: «Доброе утро».
— Вставай, спящий красавец, — прокричал он, заглянув в мою комнату. — Завтрак на столе, а я уже опаздываю!
Я поднялся, потерев глаза. Марк стоял в дверях, одной рукой застёгивая рубашку, а другой пытаясь забросить рюкзак на плечо.
— Ты почему всегда такой активный по утрам? — пробурчал я, пытаясь прийти в себя.
— Просто я взрослый и ответственный человек, — с усмешкой ответил он, нагло подмигнув. — Учись, малой.
Я только покачал головой, провожая его взглядом, когда он исчез за дверью. Через несколько секунд хлопнула входная дверь, и тишина вернулась в дом.
Я спустился на кухню, где на столе лежала тарелка с недоеденной яичницей. Марк всегда был таким: готовил что-то, ел пару кусочков и убегал по своим делам. Я уселся за стол, уткнувшись в тарелку, и вдруг заметил, как мысли снова возвращаются к Алине.
Её голос, её взгляд, как она смущённо улыбалась. Всё это всплыло передо мной, как будто это было вчера. Ах да, это и было вчера.
— Дима, ты идиот, — пробормотал я себе под нос, чуть не уронив вилку.
Звонок телефона выдернул меня из мыслей. Это был Марк.
— Ты уже проснулся? — спросил он с таким тоном, будто сомневался в моих способностях подняться с кровати.
— Ага, — ответил я, поднося телефон ближе. — Что тебе надо?
— Сегодня планы? — коротко спросил он.
Я замялся. Планов не было. То есть… они могли бы быть.
— Не знаю. Почему ты спрашиваешь?
— Да так, подумал, может, тебе пора вытащить свою задницу из дома, — сказал он, и я услышал, как он смеётся.
— Ты слишком много говоришь, — ответил я, закатив глаза.
— Ладно, ладно, — отмахнулся он. — Не забудь, ты всё ещё мне должен за вчерашнее.
— Должен? — переспросил я.
— Ну, ты же бросил в меня подушку. Это обязывает тебя к искуплению. Мои наушники чуть не пострадали. — заявил он с важным тоном.
Я только вздохнул и сбросил вызов. Марк был неисправим.
Добив завтрак, я решил, что действительно не стоит сидеть дома. Может, прогуляться. Или… вдруг снова повстречать Алину? Эта мысль заставила меня улыбнуться, хотя я и пытался убедить себя, что это было просто совпадение.
После завтрака я долго сидел за кухонным столом, вертя в руках телефон и лениво пролистивая ТикТок, который не особо помогал отвлечься. В квартире было тихо — родители ушли на работу еще рано утром, Марк убежал на учебу. Вчера всю ночь рисовал свои чертежи, будущий архитектор. а я всё не мог найти себе занятия. В какой-то момент я просто встал, накинул толстовку и решил выйти в парк. Обычно я с моими тусуюсь на выходных в парке.
Это место всегда было для меня чем-то вроде убежища. Здесь я мог отвлечься от всего — дома, школы, даже собственных мыслей, которые с недавнего времени слишком часто блуждали в одном направлении.
Я знал, что ребята уже будут там. Они всегда приходили раньше, занимали нашу любимую скамейку под старым дубом и начинали свои бесконечные разговоры о школе, спорте и всем, что казалось им важным.
Подойдя ближе, я заметил их — Толик, Ромка и Сашка уже сидели, громко смеясь над какой-то шуткой.
— Эй, Дим! Где пропадал? — крикнул Толик, махнув мне рукой.
— Да дома был, — отозвался я, усаживаясь рядом и стягивая капюшон.
Так началось наше обычное утро. Ребята рассказывали свои тупые истории, Толик в очередной раз изображал героя дня, а я просто слушал, иногда вставляя пару слов. Всё было привычно и обыденно, пока Ромка не вытащил из кармана маленькую коробочку, которая сразу привлекла внимание всех, кроме меня.
— Эй, пацаны, гляньте, что я купил, — вдруг раздался голос Ромки.
В его руках была маленькая упаковка с надписью на каком-то иностранном языке. Он с довольной физиономией достал оттуда электронную сигарету — одноразку с яркой, кислотно-голубой раскраской.
— Что это? — лениво спросил я, хотя ответ и так был очевиден.
— Это, Дим, — сказал он, делая паузу, как будто открывал нам тайну вселенной, — одноразка. Вкус манго, между прочим.
— И что? — спросил я с явным безразличием, наблюдая, как он щёлкает кнопкой, и сигарета загорается мягким голубым светом.
— Давайте попробуем, пацаны! — оживился Толик.
Я сидел, глядя на всю эту сцену, как будто со стороны. Ромка первым затянулся, сделал серьёзное лицо и выдохнул облако дыма.
— Блин, реально вкус манго! — заявил он с гордостью, будто открыл новый континент.
— Дай сюда! — Толик вырвал у него сигарету и начал неуклюже повторять его действия.
На меня тоже попытались свалить это дело. Ромка сунул мне одноразку в руки с вызовом в глазах.
— Ну, давай, Дим, не стесняйся.
Я покрутил её в руках. Лёгкая, почти невесомая, с приятной матовой поверхностью. Даже запах от неё был ненавязчиво сладким.
— Нет уж, обойдусь, — ответил я, вернув ему эту штуку.
— Чё, боишься? — подначил Толик, весело ударив меня по плечу.
— Нет, просто не хочу, — сказал я спокойно, смотря прямо на него.
Ребята переглянулись, но я знал, что никто не осмелится меня упрекнуть всерьёз.
— Ладно, ты у нас святой, что ли? — буркнул Ромка, затянувшись ещё раз.
Я лишь пожал плечами, откинувшись на спинку скамейки. В такие моменты мне казалось, что я стою где-то отдельно от всех, наблюдая за их привычной жизнью. Их разговоры продолжались, но я снова улетел мыслями куда-то далеко.
Сашка вдруг встрепенулся, заметив что-то вдалеке, и, ухмыляясь, подал всем знак.
— Это разве не наша новенькая?
Парни сразу обернулись, следуя его взглядом. Ромка, чуть прищурившись, спрашивает:
— Кто?
Толик, как всегда, был чем-то занят, не особо вникая в разговор. Я же, с едва заметным напрягом в глазах, следил за тем, куда смотрел Сашка.
И вот она, Алина.
Шла одна, как будто не замечая никого вокруг, держа в руках пакетик, так крепко, как будто он был чем-то важным для неё. Шаги её были тихими, а её волосы, падая на плечи, придавали ей вид загадочности. Она не спешила, не суетилась, словно весь мир подстраивался под её спокойное присутствие.
Сашка, увидев, что все глаза обращены на Алину, усмехнулся и, глядя на парней, продолжил:
— Это реально она, наша новенькая. Знаете, она такая тихая, не лезет в коллектив. Всё делает по-своему, вон и сейчас одна. Хорошо учится, всегда за учебой, не возникает проблем. Димка с ней сидит, повезло ему. Она ему списывать даёт.
Ромка только хмыкнул, но не особо заинтересовался. Сашка добавил с легкой насмешкой:
— Может, и не лезет к кому-то, но зато по-настоящему умная.
Я почувствовал, как внутри меня что-то ёкнуло. Вот она, опять передо мной, как бы случайно, но точно в моём поле зрения. Молчаливая, одна, поглощённая своими мыслями. Вроде ничего необычного, но что-то в ней тянуло моё внимание.
И вот тогда, вдруг не раздумывая, я встал с места. Парни ничего не заметили, их мысли были заняты совсем другими вещами. Я даже не сказал им ни слова, просто направился к Алине. Ноги будто сами вели меня к ней, не было страха, не было смущения. Только ощущение, что я должен подойти. И вот, когда я оказался рядом с ней, все остальное вокруг перестало существовать.
Алина шла так тихо, что я мог бы не заметить её, если бы не сосредоточился. Её шаги едва касались земли, а взгляд был куда-то в пустоту. Я шёл рядом, пытаясь не выделяться, но, несмотря на это, не мог оторвать глаз. Зачем-то я решил, что это будет подходящий момент для того, чтобы подойти, и сделал шаг в её сторону.
— Привет, — сказал я, слегка наклоняя голову и улыбаясь.
Но Алина даже не взглянула в мою сторону. Шаги её не сбавились, она будто не слышала, а может, и не хотела слышать. Я чуть-чуть приостановился, не зная, что делать. Подождал.
— Эй, Алина, — сказал я чуть громче, пытаясь привлечь её внимание.
Тишина. Ни ответа. Ни взгляда. Я на секунду почувствовал себя немного глупо, но, не сдаваясь, решился на крайний шаг. Лёгким движением руки я коснулся её плеча.
Она вздрогнула, как если бы её вырвали из каких-то своих мыслей, и отступила на шаг назад. Повернулась, глаза её встретились с моими. Ближе не подходить, но не уйти. Её взгляд был немного растерянным, будто она не ожидала меня рядом.
— Дима? — прошептала она, как будто не веря, что это я.
Я мгновенно почувствовал себя виноватым. Сразу извинился, не зная, что ещё сказать.
— Прости, я не хотел тебя напугать, — сказал я быстро, чувствуя, как неловкость переполняет меня. — Я звал тебя, а ты не услышала.
Алина опустила глаза, будто пытаясь скрыть смущение. Чуть прикусив губу, она произнесла, почти шепотом:
— Извини, это со мной часто бывает… я как-то не обращаю внимания.
Что-то в её словах заставило меня улыбнуться. Мне хотелось разрядить ситуацию, хоть немного. Я помахал рукой, как будто это не имеет значения.
— Да не переживай, всё нормально, — сказал я, стараясь не звучать слишком серьёзно. — Я вообще не обижен.
Она взглянула на меня с лёгким удивлением, как будто не знала, что и думать. Но её глаза, хоть и слегка смущённые, теперь стали чуть более расслабленными. Я заметил, что она стояла в красивом длинном платье, которое хорошо ложилось на её фигуру, но выглядело несколько необычно для такого дня. А на голове белый платочек.
— Ты как-то необычно одета, — сказал я, не скрывая любопытства.
Алина на мгновение замерла, как будто не ожидала такого вопроса. Она сжала пакет в руках, и я заметил, как её пальцы слегка дрожат. Она опустила взгляд и долго не могла найти слов, будто не совсем готова была открыться.
— Я была в церкви, — сказала она наконец, тихо, почти шепотом.
Что-то в её голосе было таким искренним и мягким, что я на мгновение не знал, что ответить. Она явно старалась не акцентировать внимание на себе, но я почувствовал, что для неё это важно.
Она сжала пакет ещё сильнее, и в какой-то момент я заметил, что в нём лежат просфоры — маленькие круглые хлебцы, которые обычно дают в церкви.
— Для меня это важно, — продолжила она, стараясь объяснить.
Она подняла взгляд, и в её глазах было что-то такое, что я не мог понять, но чувствовал, что она не хочет, чтобы я задавал лишние вопросы. Я просто кивнул, осознавая, что ей нужно пространство для таких вещей.
Алина протянула мне один из просфор, и я заметил, как её рука слегка дрожала. Она выглядела немного смущённой, но я не мог не улыбнуться, принимая её дар. Я поблагодарил её, аккуратно взяв просфору, ощущая, как в этот момент всё вокруг будто замедляется.
Она вдруг спросила:
— А ты зачем здесь? Ты же от нескольких остановок отсюда живешь.
Я пожал плечами и усмехнулся.
— Да, но здесь с друзьями встречаемся. Чисто по выходным, знаешь, чтобы отвлечься от всего.
Алина задумчиво кивнула, как будто переваривала мои слова, и потом вдруг спросила:
— А часто ты сюда приходишь?
— В парк? — переспросил я, и она кивнула.
— Ну да, — сказала она.
Я с интересом посмотрел на неё, когда она снова сжала пакетик с просфорами. Она выглядела как-то… уязвимой, но в то же время сильной.
— А ты часто ходишь в церковь? — спросил я, стараясь не звучать слишком любопытно, но в голосе чувствовалась искренняя заинтересованность.
Алина взглянула на меня, её лицо мягко потемнело от мысли, и она тихо ответила:
— Да, я там почти каждое воскресенье. Это важно для меня. Я молюсь, пытаюсь не пропускать дни. Для меня церковь — это не просто место для молитвы. Это как… место, где я могу быть сама собой. Все эти суеты, эти люди — это всё как шум, который мешает услышать что-то важное. А когда я там, всё как-то спокойно. И я чувствую что там меня слушают.
Я слушал её, и мне казалось, что время замирает. В её голосе была такая искренность, такая спокойная сила, что я почти забыл, где нахожусь. И несмотря на её скромность, я чувствовал, что в её словах скрыто нечто гораздо большее — глубина, которая шла куда-то в самую душу.
Она продолжила, не отрывая взгляда:
— Когда молишься, становится легче. Ты как бы… приходишь к себе, понимаешь, что не один. И всё, что ты переживаешь, теряет свою тяжесть. Поэтому мне так важно там быть. Я просто не могу иначе.
В её словах было что-то трогательное, искреннее, и, признаюсь, я немного растерялся. Никогда бы не подумал, что буду стоять рядом с такой девушкой, которая так открыто и уверенно говорит о таких важных для неё вещах. Она не пыталась выглядеть лучше, не притворялась. Она была просто Алина, и это привлекало.
— Это… здорово, — сказал я тихо, пытаясь подобрать слова. — Мне нравится, что ты так серьезно относишься к этому. В наше время это редкость.
Алина немного покраснела, опустив взгляд, и сжала пакетик в руках ещё крепче. Но я заметил, как она немного расслабилась, как будто мои слова дали ей почувствовать себя немного увереннее.
— Спасибо, — прошептала она, улыбнувшись так, что мне показалось, что этот момент был как маленькая искорка, зажженная в её глазах.
И вот, в этом непростом разговоре, я вдруг понял, что это именно те моменты, которые я буду запоминать. Её простота, её искренность. Всё это заставляло меня думать, что возможно, в мире, полном суеты, всегда есть место для чего-то настоящего.
Я не знал, что ещё сказать, и, чтобы как-то заполнить паузу, невольно продолжил:
— А я не хожу… точнее, никто у нас как-то не углублялся в эти темы, — сказал я, пытаясь объяснить, но в голосе звучала странная неуверенность, будто мне вдруг стало неудобно, что я не мог поделиться чем-то более важным.
Алина тихо кивнула, а я не мог понять, почему вдруг стало так сложно продолжать разговор. Может быть, мне не хватало слов, или она говорила что-то настолько глубокое, что я даже не знал, как продолжить.
И в этот момент я услышал, как издалека меня позвал Сашка:
— Эй, Дим! — его голос прорезал тишину. — Ну чего там, жужжишь? Пойдём, нас все уже ждут!
Я быстро обернулся, и сразу понял, что мои друзья не собирались оставлять меня в покое. Сашка уже широко улыбался, а за ним стояли Ромка и Толик, которые с любопытством заглядывали в мою сторону. Пару секунд я размышлял, не зная, как поступить, но вскоре мои друзья не оставили мне выбора.
— Ну что ты там с девчонкой стоишь, всё крутишь? — подмигнул Сашка, явно видя, что мне некомфортно. — Алин, дарова! — помохал Алине, ей явно тоже было некомфортно от этого.
— пойдем уже! — добавил Ромка с ехидной улыбкой, и я почувствовал, как они слегка толкнули меня в спину.
Не хотелось, чтобы она почувствовала себя неловко, поэтому я резко повернулся к Алине и сказал:
— Извини, мне нужно идти… Друзья зовут.
Алина, казалось, немного удивилась, но быстро поняла, что это просто ситуация, не требующая больших объяснений. Она кивнула и тихо сказала:
— Всё в порядке, Дима. Хорошего дня вам.
Я немного застыл, наблюдая, как она сдержанно улыбается и начинает отходить. А потом, как всегда, один из моих друзей решил вставить своё слово.
— Ты что, её на свидание пригласил? — с усмешкой заметил Толик, и вся компания рассмеялась.
Я с лёгким раздражением покачал головой. Ну конечно, всё, что мне нужно было — это ещё больше внимания на себе. Я пытался игнорировать их, хотя в какой-то момент, все-таки вырвалось:
— Эй, не смейте так шутить. Я не пригласил её на свидание, просто разговаривал.
Ребята, конечно же, не унимались, но я уже не обращал на них внимания. Я махнул рукой Алине на прощание, и когда она повернулась, я увидел, как её глаза немного потускнели от лёгкой грусти. Возможно, ей было не совсем комфортно с тем, что всё это произошло так быстро и неожиданно. Но она всё равно снова улыбнулась, и это было нечто.
— Пока, Алина, — сказал я, в ответ она тихо произнесла:
— Пока, Дима.