Титулованный Соловей

Глава 5

Экипаж Ольденбургских быстро преодолевал бездорожье. Весенние ручьи, смешавшись с дорожной пылью и грязью, кое-где сделали дорогу почти непреодолимой. Но Клим легко и умело правил своими подопечными, стараясь причинить по возможности как можно меньше дискомфорта пассажиркам.

Убедившись, что отец проводит в спальне Мари и день, и ночь, и что ей значительно легче, Кити сообщила ему о своём желании навестить Анну Лихонину. Так как подруга ужасно нервничает по поводу предстоящего бракосочетания, поэтому просит поддержать её, погостив пару дней у неё.

Без каких-либо подозрений и расспросов князь отпустил дочь и даже обрадовался, когда она сообщила, что и Лили собирается покинуть Ольденбургское. Кити как раз смогла бы подвезти Лилиан к её сестре.

Девушку мучили угрызения совести за неправду, которую она сказала отцу. Прежде Кити никогда не обманывала, именно поэтому у отца никогда не было повода не доверять дочери.

Кити вновь мысленно вернулась к собеседнице, отгоняя прочь тягостные раздумья.

— Конечно же, моя дорогая, ты будешь в маске, но твой голос, твои волосы, фигура, они останутся прежними, — отметив каждый пункт, загибая пальцы, в задумчивости промолвила Ли, — даже твой запах, если твой возлюбленный бывал достаточно близко к тебе… Он узнает.

— Вы правы, — потеряла уж было надежду Кити.

— Ну, хорошо же... Хорошо. Я думаю, сначала мы должны поработать над костюмом. Нам понадобится маска, которая будет скрывать большую часть твоего лица.

— Но как мы попадём в «Будуар»?

— Ты, должно быть, шутишь, Кити! Меня там встретят с распростёртыми объятиями, да ещё и предоставят лучшие апартаменты. Я знаю хозяйку и совладелицу «Будуара». Жадная старая ведьма, но она обязана мне одной любезностью, — Ли подняла уголки своих губ в улыбке, грозившей беспощадной местью, коварством, но, заговорив далее, она вновь стала серьёзной:

— Мужчины, которые являются посетителями подобных вечеров, часто договариваются о встрече заранее, чтобы обеспечить себе комнату для свидания с приглянувшейся особой наедине, — осторожно подбирая слова, начала объяснять Ли, — нас проинформируют, если Щербатский так поступит.

— Вы думаете, он именно для этого?..

— А для чего же ещё?! Не хочется разочаровывать тебя раньше срока, но все мужчины одинаковы, крошка.

— Хорошо, пусть так. Что тогда?.. — спросила Кити с беспокойством.

— Тогда нам нужен план.

— План?

— Да! План действий. Чего ты хочешь от этой встречи, Кити? Ответь мне?.. Какую цель ты преследуешь? — проницательно взглянула Лили на девушку:

— Я могу всё устроить так, что вы останетесь с ним наедине. Мы можем обставить это как случайность. Он войдёт в свою комнату, а там ты. Но что же будет дальше?..

— Я… — неуверенно начала Кити. — Я попробую заставить его признать своё неравнодушие ко мне.

— Как? — уточнила Ли. 

— Я… Наверное, я его поцелую? Да. Точно, так...

Женщина удивлённо взглянула на собеседницу и засмеялась почти басом.

— Ты должна соблазнить его, Кити. Он должен сгорать от желания обладать тобой, понимаешь? — с надеждой в глазах спросила Лили.

— Кажется, да. Но я не уверена, что до конца...

Дива театрально закатила глаза и безнадёжно выдохнула:

— Катастрофа. Ну, ничего. Я постараюсь тебе дать краткий урок искусства обольщения. И да, думаю, «случайное появление» в его комнате — это хорошая идея. Помещение будет освещено лишь несколькими свечами, поэтому он не сможет хорошо рассмотреть тебя и, соответственно, узнать.

— Хоть какое-то время, — растерянно прибавила Кити.

Ли опять вызывающе разразилась густым смехом, полным иронии и сарказма, на что девушка удивлённо вскинула брови, улыбнувшись в ответ.

— Какая же ты смешная, Кити!

— Смешная? — нахмурилась она. 

— О, я не хотела тебя обидеть. Извини. Я только лишь хотела заметить, что ты прекрасна в своей неопытности. Я даже не могу вспомнить, была ли я когда-либо такой же?..

— Такой же глупой? — подсказала ей Кити.

— Нет, дорогая. Совсем нет. Ты юна, невинна и прекрасна в своей неопытности. Я родилась в семье танцовщицы и коммивояжёра… Не знаю, чему я научилась быстрее: петь и танцевать или ходить? — как-то горько рассмеялась Лии. — Мой первый поцелуй был сразу отдан трём мужчинам.

Кити, покраснев, опустила глаза. 

— Это было обычное прикосновение губ, не более того. Отец придумал такой конкурс, по окончании которого каждый победитель награждался поцелуем очаровательной малышки Лилиан. Я не помню момента, когда невинные поцелуи перестали быть невинными. В тот момент я повзрослела, и это уже не казалось мне простым и забавным.

— Это ужасно, Ли, — прошептала Кити.

— Это жизнь, моя маленькая Кэт. Зато я научилась сражаться! Однажды я выцарапала глаза одному мужичку, когда он попытался просунуть мне в рот свой язык. Тебя это шокирует?

Кити отрицательно покачала головой, но глаза её расширились, а щёки лихорадочно пылали.

— Извини. Прости, дорогая. Я увлеклась…

— И что было потом?

— С этим мужчиной?

— С тобой?!

— Да ничего. Я заявила отцу, что более не намерена участвовать в его пошлых конкурсах. Тогда он спросил, что же я буду делать, чтобы заработать себе на кусок хлеба. Я ответила, что буду петь.… Так всё и началось, — Лилиан победно улыбнулась, — я зарабатывала за один вечер больше, чем он мог заработать за неделю. А когда мать устроила меня в театр, родители и вовсе прекратили разъезжать по стране. Я купила им домик в деревне, и они вскоре и вовсе отошли от дел.

— Ты была единственным ребёнком в семье?

— Ох, нет. Есть ещё Марго. Именно моя маленькая сестрёнка всё это время придавала мне силы и заставляла отчаянно думать о нашем будущем. Марго просто неописуемая красавица. Я боялась, что отец мог заставить её заниматься тем же, чем и меня… Я бы этого не перенесла. Сейчас Марго ни в чём не нуждается и даже ходит в школу. Живёт с отцом и матерью в деревне. Она очень умная девочка, и ей более ничто не угрожает.