Тьма твоего сердца

Глава 2.

Как только Кимберли оказалась на улице, её лёгкие наполнились свежим воздухом. После дня, проведённого в новом доме, так и норовившем укутать в запах пыли и древесины, из которой была сделана, по крайней мере, половина новой мебели, запах свежескошенной травы казался просто навесом золота. На соседнем участке темноволосая женщина с короткой стрижкой была занята поливкой газона. Видимо от него исходил этот насыщенный влагой чистый воздух. Завидев Ким, женщина приподняла вверх соломенную шляпку в знак приветствия.

Выйдя за железные ворота, Кимберли двинулась по улице, смотря по сторонам и стараясь запомнить здания, как ориентиры к обратному возвращению. Как только она завернула за угол дома вверх по улице, что-то болезненно резануло её по боку и сшибло с ног, словно её сбил железный зверь. Она рухнула на асфальт, содрав кожу с ладоней. Бок горел от неожиданного удара и пульсировал. К счастью, хотя бы джинсы на коленях не пострадали.

В глазах прояснилось лишь через несколько секунд, и она увидела девушку со светлыми волосами в розовой кепке с жар-птицей на голове. Блондинка выглядела рассеяно. Из коричневой старой сумки, больше похожей на полотняный мешок, висящей у неё на боку, вывалились какие-то штуковины, выглядевшие как детали и разнообразные неизвестные механизмы. Рядом лежал неестественно изогнутый старый велосипед.

- Прости меня. Сильно ушиблась? – Спросила она, не глядя и продолжая возиться со сбором своих драгоценных штуковин. – Всегда не любила эту чёртову гору, да ещё и цепь с велика слетела!

Ким медленно поднялась на дрожащие ноги, поморщившись от боли. Она задрала край футболки (и плевать, что она стояла на оживлённой улице) и осмотрела ушиб. Прощупав пальцами рёбра, она выдохнула. От этой жёсткой встречи её максимум ожидает ушиб и кровоподтёк, который уже начал образовываться.

Блондинка убрала сумку на бок и развернула кепку козырьком назад. Быстрыми движениями она придвинула свой механический бьющий людей монстр к стене, накинула цепочку на шестерёнки и затянула её. Пальцы вымазались в чёрном, и неизвестная вытерла их о джинсовые бриджи, словно те ничего не стоили.

- Я бы ответила, что просто царапина, но ты чуть не сломала мне рёбра, дорогуша! – Рассвирепела Ким.

- Кажется, я зацепила тебя рулём, - без интереса пробормотала девчонка, - Вот от чего его так перекосило.

- Не думала, что меня так встретят в этом городе. – С явной долей неприязни в голосе продолжила Кимберли себе под нос, отряхивая джинсы, а сама с любопытством краем глаза продолжила наблюдать за девушкой, которая не смогла сдержать усмешки.

- Мм… не местная! Сочувствую. Поможешь?

Девушка отодвинула от опоры велосипед, руль которого перекрутился. Она зажала переднее колесо коленями и почти приказала:

- Держи велик!

Кимберли ненавидела велосипеды, потому что последняя её поездка на нём закончилась падением и содранным коленом, из которого ещё несколько дней сочилась прозрачная обеззараживающая жидкость, но, сама не зная почему, она крепко взялась за седушку и раму. Каждый шаг, сделанный к этой штуке, отдавался неприятной ноющей болью в боку. Блондинка умелыми движениям вернула руль на место.

- Ну, раз ты в порядке, то прощай! Я спешу.

Она отстранила Кимберли от своего покалечу-бесплатно-велика и уже закинула на него ногу, когда Ким недовольно воскликнула:

- И всё? Ты вот так вот просто возьмёшь и уедешь?

Девушка повернула голову. На лице отражалось замешательство. Она явно не привыкла, чтобы с ней так разговаривали.

- Вообще-то я уже извинилась! Чего тебе ещё нужно? Вытереть сопельки и пожалеть? Прости, я не такая!

Ким покачала головой.

- Ясно, почему ты посочувствовала мне, приезжей. Если Нью-Ченс полон таких грубиянок, как ты, то мне и вправду не стоило приезжать сюда! – Она скрестила руки на груди. - Не стоило моему отцу вообще умирать, тогда бы мне не пришлось встретиться с тобой!

Кимберли хотела было развернуться и уйти домой, но не собиралась доставлять собеседнице такого удовольствия. Она продолжила прожигать её взглядом.

- Прости, - тихо проговорила незнакомка, - Со мной порой бывает трудно, но я правда спешу. Просто ты оказалась не в то время и не в том месте, и я надеюсь, твой бок быстро заживёт.

Блондинка надавила ногой на педаль и уехала, оставив Ким в смешанных чувствах. Она хотела было двинуться с места, но в глаза бросилось что-то еле заметное. Казалось, что у асфальта у самого края дороги изъян, словно деталь пазла была не на своём месте на общей картинке.

Девушка опустилась на корточки, превозмогая боль в боку. На шероховатой дороге лежала одна из деталей, что были в сумке незнакомки. Она имела серебристо-глиняный цвет, по форме напоминала кусочек пиццы и была толщиной и длиной с указательный палец. Геометрические выемки располагались почти по всему периметру детали. Она была больше тех, что Ким видела на асфальте.

Кимберли огляделась. Вряд ли она теперь сможет найти ту девушку. Но эта деталь, скорее всего, важна. Она выглядела дорогой.

«Заберу её, и может быть однажды смогу отдать её владелице… или продать». Ким скорыми движениями спрятала находку в свою чёрную испачкавшуюся во время падения в дорожной пыли сумку и огляделась вокруг, убеждаясь в том, что прохожие не заметили ничего подозрительного.

Пройдя ещё несколько кварталов, Кимберли очутилась перед зданием городской библиотеки. Оно было огромным и выглядело величественно.

- Ух, ты! – с улыбкой выдохнула Кимберли и неторопливо, чтобы лишний раз не тревожить ушибленное место, поднялась по лестнице, чтобы забыть все свои проблемы и переживания, окунувшись в чтение.

***

Первым делом в библиотеке она нашла туалет и промыла щиплющие ссадины на покрасневших ладонях. Смотреть на бок не хотелось, чтобы ещё больше не портить впечатление о первой вылазке в новом городе. Впервые за долгое время ей выпала возможность увидеть собственное отражение в зеркале. Было заметно, что за прошедший месяц, наполненный подготовкой к переезду, она сильно повзрослела. Рыжеватые непослушные волосы выросли на добрых три сантиметра, хотя по длине по-прежнему кончиками доставали до середины груди. В ореховых глазах не была заметна прежняя жизнерадостность, присущая девушке до смерти отца. В них таились только раздражение и усталость. Казалось, они даже потемнели и приобрели зеленоватый болотный оттенок. В напоминание об уходящем лете, веснушки засеяли курносый нос и всё близ него, а на лбу появилась смешная еле заметная светлая полоса, оставшаяся от постоянно задумчивого выражения лица на фоне загорелой за последние месяцы кожи. Раньше Ким скрывала веснушки тональным кремом, но с недавних пор перестала пользоваться косметикой и решила, что в новом городе нужно перестать быть куклой и краситься, как это делала прежняя подруга Элис. Тем более что большая часть косметики осталась далеко отсюда, в поместье в Стат-Плэйс.