То, что соткано мечтами

Глава 1

Результаты осенних экзаменов не представляли собой ничего грандиозного. Да и других заслуг на школьном поприще — какой-нибудь стоящей активности — не было и в помине. Том Харпер не казался примером сильно мотивированного школьника. И никто не мог с этим поспорить, а родители и вовсе давно махнули на него рукой.

Внезапный удар снежком прилетел ему прямо в грудь.

— Дарова, мечталка! — заржал местный задира Джексон Скотт. — Еще не научился предметами швыряться на расстоянии? — Он поправил свою цветастую шапку.

— Это телекинезом называется, — буркнул себе под нос Том, не поднимая взгляд от книжки, с которой теперь стряхивал снежные хлопья.

Грэйс Джойс, «Лавка волшебства».

— Чудик! — Джексон снова засмеялся и пошел со своими приятелями дальше по улице — задирать кого-нибудь еще.

Том возвращался из школы пешком, попутно заглянув в книжный. Там он, как всегда, завис минут на сорок, изучая полки с фэнтези и фантастикой. А сейчас он шел мимо витрин, безразлично глядевших на него холодными стеклами. Все было пусто, неправильно, безжизненно.

Его не зря называли «чудиком» и «мечтателем» — с детства он был бессилен перед тягой к сверхъестественному: от одноименного сериала до настоящих книг по черной магии, найденных в самых темных уголках интернета. Только это и держало его на плаву в таком маленьком и скучном городке, как Литтл-Филдс.

Мечты и фантазии всегда придавали ему силы — даже сейчас, когда будущее рисовалось в мрачных тонах.

«Если я не поступлю в университет», — как всегда угрюмо размышлял Том. — «меня ждет еще один год работы в местном магазинчике и бесконечная череда дней, полных тоски и отчаяния. Ну и еще жалостливые взгляды соседей».

Может, это и не трагично, но… Что, если он никогда не поступит? Что, если так и останется работать в магазине всю жизнь, как Джон из лавки электроники?

Том остановился как раз рядом с этой лавкой. С витрины на него глядели самодельные рекламные плакаты со смартфонами и прочей техникой.

Жизнь в городке, затерянном среди лесов, казалась чередой бессмысленных событий; лица людей — хороводом бледных красок; дома и машины — глухими ящиками, в которых все чахнет. Здесь нечем было заняться и некуда пойти. Никакого движения, развития, зато умереть можно было легко — в основном от скуки. Все нормальные люди давно уехали отсюда, а тот, кто остался, либо был уже слишком стар для переезда, либо просто боялся перемен. А Том… Он был бы и рад уехать, да только мешали сомнения:

«Я не смогу… Кому я там нужен?.. А что я там буду делать?» — терзался обычно он.

Но кое-какой шанс для себя он все же видел. Как раз перед собой: новый смартфон Universal X, специально разработанный каким-то богачом-филантропом для того, чтобы облегчить тинейджерам процесс подготовки к поступлению в вузы. Хотя родители Тома такой подход и не считали выходом. Они всегда были реалистами.

Конечно, лучше было бы купить новый компьютер или ноутбук, но на это у него точно бы не хватило денег, а родители бы своими не поделились — они считали, что и старого ноутбука для учебы достаточно:

— Ты просто ленишься, Томас, — сказал как-то отец, наслаждаясь собственноручно сваренным кофе. — У меня вот в твоём возрасте не было всяких гаджетов. И что? Поступил же!

Том вздохнул, наглядевшись на смартфоны в витрине лавки Джона, и пошел дальше. Вернувшись домой, он скинул темно-синюю парку и поднялся в свою комнату. Поставил новую книгу на полку стеллажа в один ряд с другими томами о магии и волшебстве, которые считал своими главными «учебниками».

Уроков сегодня задали немного, но Том все равно долго провозился с ними. Он учился, как мог, как позволяли способности, но всегда чувствовал, что уступает другим. Не то, чтобы он был тупым, но нечто очень важное и неуловимое все же отличало его от одноклассников. И это нечто никак нельзя было восполнить. Несмотря на природную находчивость юноши, школьная программа давалась ему нелегко. Возможно, ему просто не подходили методики, которыми пользуются учителя. А может, он просто был безнадежен?..

Закончив, он оглядел комнату. По телевизору вряд ли показывали что-то интересное, да и проходить старую видеоигру не хотелось. Вместо этого он завалился на кровать и мечтательно уставился в потолок, словно это было полотно в кинотеатре.

«Мечтать, мечтать» — как пелось в известной песне The Everly Brothers, — все, что сейчас оставалось Тому.

«Если я начну серьезно заниматься, у меня появится шанс хорошо пересдать экзамены и поступить в престижный университет. А там еще четыре года — и полная свобода!»

И Чикаго — город, казавшийся Тому построенным из изумруда. Настолько он отличался от Литтл-Филдс, и настолько много в нем виделось потрясающих возможностей. Сейчас, в этом состоянии мечтательной неги, ему казалось, что большой город встретит его объятиями старого друга.

Конечно, накопленных денег хватит лишь на первое время, но Том очень надеялся, что после университета сможет найти работу в городе так же легко, как и подработку в магазине на площади.

Тому мечталось, что в большом городе он сможет получить то, чего так желает: любовь всей жизни, дружбу на века и еще… Он обязательно найдет там свое настоящее призвание. Остальное в этот хрупкий момент фантазии казалось несущественным. Главным было выбраться из этого захолустья, где он чувствовал себя жучком в спичечном коробке из бетона и кирпича, окруженного деревьями.

Том считал, что нет такого молодого человека, живущего в маленьком городке, который не хотел бы куда-нибудь сбежать.

«Кому-то побег удается легко», — принялся рассуждать Том. «У них есть эффектная внешность, яркий талант, — и связи, в конце концов, — другим же приходится шевелить лапками».

Том знал, что принадлежит ко второму виду. Таким, как он, надо много учиться и работать, чтобы выбраться отсюда. И его план с покупкой смартфона давал ему маленькую зыбкую надежду на то, что у него «все обязательно получится!»