То молодость была всему виной.

6.

Мода, есть мода.

Годы брали своё. Мы возмужали, за плечами были уже не малые годы (лет по пятнадцать). Наше творчество в народном ансамбле приносило свои плоды. Из-за частых выступлений на концертах, боязни сцены практически не было совсем. Одеждой для выступлений служила просто пионерская форма, а вот для игры в ВИА (вокально-инструментальном ансамбле), наши брючки и рубашки не подходили. Вырвавшись из-за границы, в моду стали входить джинсы и приталенные гипюровые рубашки. Тем более сцена и желания обязывали.

После восьмого класса, мы с Севой записались в подростковый стройотряд. Существовали такие на базе педагогического института. В основном, в них собирали проблемных детей, которые состояли на учете в детских комнатах милиции. Командиром и комиссаром отряда были студенты последних курсов института. После собеседования с начальниками стройотряда мы были приняты, чему сильно обрадовались. Предстоял месяц труда по сбору плодово-овощной продукции в одном из колхозов Тамбовщины. Это отдельный рассказ, который к теме творчества, практически, не имеет отношения, за исключением исполнения песен под гитару вечерами у костра.

Когда мы " отмотали" срок в стройотряде и получили расчёт, радость в наши души не ворвалась. Зарплата составила по 46 рублей. О джинсах и батниках можно было просто забыть. Рубашки ещё кое-как влезали в заработанную сумму, но главное — это же джинсы! (Голубые, красивые, вытертые, фирмовые!).

— Ну и что будем делать? — спросил Севка.

Выхода, казалось, нет. Переспав с негативными мыслями, утром Гримас пришёл ко мне.

— Есть идея! У тебя в сарае на топчане застелен матрас. А ты видел, какой материал идет на его "шкурку"? Это просто то, что надо! Есть у вас ещё такой, только без самого матраса, чтобы только чехол один?

— Сева, есть! И не один,— воскликнул я.

— Мы сами сошьем джинсики.

— Офигеть! А как?

- У тебя есть старые штаны, драно- рваные?

— Найдем.

— Тащи. Мы их распорем и из чехлов матрасных вырежем части брюк, а Майка нам сошьет.

— Ага, сейчас ей только покажи, она сразу на хвост сядет. А чехлов только два. Сами сошьем.

Работа закипела. Штаны распороты, матрасы разделены, швейная машинка ни фига не берёт. Нет, ну берёт иногда, но с третьего-четвёртого раза. Самая сложное оказалось в шитье ширинки. Ну никак она не хотела вшиваться ровно, становилась как молния у современной "косухи". На пошив ушло почти три недели, так как приходилось всё делать потихоньку. Но всё равно в конце концов мы "спалились" моей маме. Она, конечно, погоревала о безвозвратно ушедших наматрасниках, помогать не стала, но ругать тоже.

Проблема окраски штанов в джинсовый цвет решилась просто. Синька в больших количествах решила эту проблему. Но стабилизация цвета нам не давалась долго (сказывалось отсутствие интернета). После нескольких консультаций мы пришли в итоге к фиксации цвета простой поваренной солью

. Джинсы получились замечательные, но синие. А для нас потертость была целью. Мы терли пемзой, пробовали на клочках материала использовать хлорку, но краска ,прочно пропитав материал, не уступала нашим попыткам придать модный вид. И вот решение нашлось! Мы стали тереть колени свежим мясом (know-how).

Потертость наоборот приняла более темный вид, но частичные изменения окраски произошли. Вот и всё! Мы надели свои шедевры и с гордым видом пришли в школу. Зависти не было конца. Где? Как? Сколько стоят? Лейблы странные? ( Пуговицы нам заказала матушка на заводе. С выгравированным названием " Wrangler ", а лейблы вышила на машинке подруга мамы Севы.

Секрет производства подпольной фирмы мы поведали только одному человеку. Это наш друг и одноклассник Тимур Белов. Но он - кремень, поклялся, что эта тайна будет храниться вечно. О "вечно" он немного преувеличил. Но держался долго. А Ярику повезло больше. Джинсы ему привёз папа из заграничной командировки. Он работал лётчиком в нашем аэропорту.

Наши музыканты и вокалисты, Мишка и Вадим, тоже где-то обзавелись модной одеждой. Группа практически была готова.

Первое наше выступление было назначено в актовом зале Дворца пионеров, где мы должны были играть на танцах на вечере с названием " Осенний бал". На это мероприятие пришли все от десяти лет и до десятиклассников. Начало выступления было немного робким, но с каждой новой песней приходила уверенность и расслабление.

Когда в следующий раз мы пришли во Дворец на репетицию, нам уже вслед девчонки и мальчишки, которые занимались в других кружках, но присутствующие на осеннем празднике, при встрече говорили: " Смотрите, вон те пацаны из группы."

И это было первое моё признание...