Точка невозврата. Книга вторая: Апокалипсис

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Немного отдышавшись и придя в себя, Питер перевернулся на спину. Он упёрся взглядом в белый потолок. «Где я?» – тихо прошептал он и осмотрел помещение. «Этого не может быть», – промолвил он с ужасом.

Джексон поднялся на ноги и поправил одежду. Он ещё раз окинул взглядом комнату. Он насчитал 24 двери. Питер посмотрел на наручные часы. Было около девяти вечера. Неожиданно включилась жидкокристаллическая панель, и Джексон кинул взор на экран. Он отказывался верить собственным глазам.

Питер Джексон увидел свою комнату, увидел себя, лежащего в кровати. Вскоре в спальню вошёл сын. «Пап, пошли завтра в кино», – произнёс мальчик оживлённо. Питер как заворожённый наблюдал за происходящим на экране.

Не дождавшись ответа, мальчик подошёл к кровати и посмотрел на Питера. Убедившись в том, что отец спит, сын укрыл его одеялом, убрал дистанционный пульт на прикроватную тумбочку и вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.

Прошло пятнадцать часов. За это время Питер несколько раз пробовал найти выход из лабиринта, но всё тщетно. Он всякий раз возвращался в комнату со множеством одинаковых дверей.

Осознав бесполезность своих усилий, Питер сел в кресло. Он смотрел на экран, размышляя над своим положением. Телевизор по-прежнему показывал спальню. «Это полный бред. Такого не может быть», – бурчал он себе под нос, отвернувшись в сторону.

Пятая дверь бесследно растворилась в воздухе. Питеру Джексону стало жутко не по себе. Он ощутил лёгкую слабость в теле. «Мне нужно срочно проснуться», – произнёс он вслух и сильно ударил себя по лицу. Но пощёчина не помогла. Питер по-прежнему находился в заточении.

Питер Джексон сделал несколько больших глотков воды. Поставив стеклянный стакан на журнальный столик, он посмотрел на экран телевизора.

В комнате мальчик пытался разбудить отца. «Папа, проснись. Уже день», – сын теребил Питера за плечи. Отец спал мёртвым сном.

Мальчик внимательно следил за Питером Джексоном. Он вытер ладонью капли пота со лба Питера. Через пять минут сын тихо что-то прошептал и медленно слез с кровати.

Время шло, каждые три часа исчезала одна дверь. Питер Джексон со страхом посмотрел на пустые места, затем на оставшиеся двери и сказал: «Надо что-то делать».

– Папа, проснись. Проснись, ты слышишь меня, – говорил мальчик сквозь слёзы. Он положил голову на грудь Питера Джексона. Мальчик услышал слабое биение сердца. – Папа, почему ты не просыпаешься?

Сын вытер слёзы и подошёл к телефону. Взяв визитку из записной книжки, мальчик набрал номер.

– Алло, – произнёс мягкий женский голос.

– Позовите к телефону Джима Кёртиса.

– Как вас представить?

– Скажите, что звонит сын Питера Джексона.

– Одну минутку, пожалуйста, – в трубке послышался шорох.

– Да, я тебя слушаю.

– Папа не просыпается. Он уже второй день спит. Я не знаю, что мне делать.

– Оставайся дома, я сейчас приеду.

Дверной звонок нарушил мёртвую тишину. Мальчик открыл дверь. На пороге стоял психотерапевт Джим Кёртис.

Кёртис прошёл в комнату и сел на край кровати. Он скинул одеяло с Питера Джексона. Быстро проверив пульс и дыхание, Джим повернулся к мальчику.

– Рассказывай, что случилось.

– Вчера папа вернулся с работы домой. Он принял душ, мы поужинали, фильм посмотрели. Потом я пошёл к себе. Через час я зашёл в комнату. Я хотел с папой обсудить планы на завтра. А он уже спал. Больше он не просыпался. Сначала я подумал, что он устал. Поэтому я вчера не стал его будить. Сегодня я несколько раз пытался его разбудить, но у меня ничего не вышло. Вообще он чутко спит, от малейшего шороха просыпается.

– А ты пробовал нашатырным спиртом разбудить?

– Да, пробовал.

– А что вы ели?

– Салат, курицу, кофе, хлеб. Ничего особенного.

– У тебя живот болел? Может, тебя тошнило?

– Нет, ничего такого у меня не было.

– Твой папа таблетки какие-нибудь принимал?

– Вроде нет. Я не видел нигде никаких таблеток.

– Аптечка есть? – мальчик кивнул головой. – Покажи.

Джим Кёртис внимательно осмотрел медикаменты. Все упаковки были практически целыми.

– А какой фильм вы смотрели?

Мальчик потянулся к прикроватной тумбе.

– Вот, – произнёс он, передавая диск Кёртису.

– Последняя фантазия. Духи внутри нас. Фантастический боевик. Теперь понятно, почему он не явился на сеанс, – Джим Кёртис задумался. – Где у вас телефон? Скорую вызывать надо.

Питер Джексон сидел в старом рваном кресле и наблюдал за происходящим по телевизору. Его сердце разрывалось на части от нестерпимой боли.

– Мой мальчик, – произнёс Джексон, дотронувшись пальцами до экрана. Слеза потекла по щеке. – Это нужно остановить, – сказал он громко, потирая шею. – Я не могу и не хочу умирать. Если мечта – это единственная возможность остаться живым и быть с сыном, то я приму её. Я люблю сына и сделаю это ради него. – Питер Джексон поднялся на ноги. – Ваша взяла, показывайте дверь.

Питер Джексон встал посреди комнаты, он вертелся вокруг себя, смотря на оставшиеся девять дверей. «Я принимаю мечту», – произнёс Джексон и закрыл глаза.

Загорелся яркий свет. Питер почувствовал, как что-то проникло в его тело, сливаясь с ним в единое целое. Тепло распространялось по его венам, проникая в каждую клеточку его организма.

Через несколько мгновений Питер Джексон очнулся в своей постели. Он жадно глотал воздух. Открыв глаза, Питер увидел нечёткий мужской силуэт.