Точка просчета. Необременские музыканты

История 2 По следам необременских музыкантов

Уже при сотворении первой женщины эти ее недостатки были указаны тем, что она была взята из кривого ребра, а именно – из грудного ребра, которое как бы отклоняется от мужчины. Из этого недостатка вытекает и то, что женщина всегда обманывает, так как она лишь несовершенное животное.

Якоб Шпренгер, Генрих Крамер «Молот ведьм»

– Ты издеваешься?

– Вовсе нет. Погоня, конечно, плохо, но без еды мы далеко не уйдем.

– Нам нужно спешить, а тебе к тому же требуется помощь лекаря.

Олдер поморщился и стер с рассеченной губы подсыхающую кровь. От режущей боли в правом предплечье осталась ноющая пульсация. К счастью, меч наёмника прошел по касательной, повредив мышцы, но не кость.

– Это наш шанс узнать обстановку. И мы не перестали быть мешками из плоти, которым требуется пища. Ты-то можешь поститься по полгода, а я сдохну без мяса через пару дней.

Елент решил не спорить с раненым королем. Тем более – с голодным.

Ночь уже шла на убыль. За кромкой леса на небе среди смешавшихся темно-фиолетовых, синих, багряных тонов, еще виднелись поблекшие звезды и тонкий месяц, обрамляющий землю ажурным светом. Мужчины, затаившись в тени деревьев, наблюдали за дорогой. Впереди призывно горели факела трактира. Доносился гул, будто бы постояльцы засиделись, отмечая какое-то событие, да так и не разошлись по комнатушкам. К прелому запаху опавшей листвы примешивались ароматы жареного мяса, табака и эля. И Олдер, вместо того, чтобы изучать местность, кидал в сторону добротного строения жадные взгляды.

Елент, убедившись, что дорога чиста и никакой припозднившийся обоз не спешит к ночлегу, а также признав, что им нужна информация, кивнул – можно идти.

– Только на двор заглянем и проверим черный выход.

– Изверг. Хорошо, потешим твою паранойю.

Олдер сам понимал, что это необходимо. Если наемники с подкупленным отрядом драгун в трактире – их лошади найдутся у коновязи.

Пересчитав пять смирных кобыл и двух породистых жеребцов (судя по не задвинутой щеколде в стойле одного из них, коня уже пытались неудачно увести) и проверив заднюю дверь, которая удобно выходила к лесу, мужчины зашли в трактир.  Еще от дороги они услышали громкий одобрительный гул и смех. Войдя же в переднюю, король и инквизитор, наконец, поняли, почему в обычный день трактир шумел, как в праздник. Из общей залы сквозь выкрики звучали громкие женские голоса…

– Все мы знали – в тебе спит ураган,

Который лучше бы нам не будить.  

В твоих глазах такой океан –

Вряд ли мне его переплыть.

Елент прищурился. Голоса были крайне знакомые. Несмотря на то, что он слышал их всего лишь раз, ни с какими другими бы не спутал. Особенно один – звонкий, с какими-то особыми, переливающимися смехом интонациями. 

Олдер тоже прислушался и хмыкнул, проходя в залу и занимая стол у стены.

Ну точно эти девицы!

– Когда искал неугодных Господу, они как сквозь землю провалились, а теперь вот тебе, Елент, любуйся на ведьм! – проворчал себе под нос инквизитор.

В трактире выступали девушки, переполошившие столицу полгода назад. Одна – та, что пониже и меньше, с непотребно распущенными вьющимися волосами и оголенными плечами, подобрав юбки, сидела прямо на барной стойке, подвинув кружки с элем, и скользила пальцами по струнам, словно лаская музыкальный инструмент. Именно она на дворцовой площади дерзко пела про ведьму, не страшась гнева инквизиции. Вторая – высокая и мощная, разительно отличающаяся от прочих женщин статью, стояла рядом, расслабленно облокотившись на стойку, и дополняла звонкий, чарующий голос подруги своим – низким, бархатным.

– Настоящие мужчины плачут навзрыд…

Елент отчетливо заскрипел зубами. Кажется, ведьмы издевались над ними!

– …у твоих окованных смехом дверей,

Настоящий мужчина всегда инвалид,

Раненный в сердце болью твоей.[1]

Кто-то из людей, сидящих за соседними столиками, расхохотался. Другие поддержали девушек восторженным ревом, соглашаясь с выводами о настоящих мужчинах. Особенно старался крепкий детина ростом под два метра, размахивая аккуратной культей с прицепленным на конце кривым кинжалом.

– Вот это женщина, м-мм! – Олдер оценил, как натянувшаяся ткань платья обрисовывает крупную грудь высокой девушки.

– Девчонка как девчонка, – пожал плечами Елент. Кинув еще один долгий взгляд на сидящую на стойке ведьму, он попытался понять, что так восхитило короля.

– Ты про мелкую? Ну смотри, смотри, – ухмыльнулся Олдер.

Пока Елент мысленно сжигал менестрелей, его величество успел заказать молодого поросенка с хреном и яблочный сидр и теперь облизывал взглядом свой заказ, который уже подтаскивали к столу.

***

– Что здесь делают Елент и Олдер?

Джемма закончила петь и теперь усиленно изображала, что настраивает гитару.

– Я тебе не орбитал – не знаю, – ответила Бейн, потуже затягивая шнуровку корсажа. – Одни, без гвардейцев, сопровождения… неофициально.

– Олдера, кажется, избили по дороге, – добавила Джем, аккуратно разглядывая мужчин, – смотри, у него плащ на правом предплечье в крови. Делать-то что будем?

– Елент тоже выглядит пожеванным, хотя… судя по взгляду твоего инквизитора, нас уже успели сжечь, а пепел – развеять.

– Свалим-ка.

Бейн не нужно было предлагать дважды – она тут же поспешила к валяющимся в стороне сумкам. Джемма спрыгнула со стойки, оправила юбки и потянулась к чехлу от гитары, как от одного из столиков к менестрелям подошел старик