Точка возврата

2.9

Лена давно поняла, что он тогда струсил. Что он выбрал свое спокойствие и благополучие. Он предпочел свою размеренную и устоявшуюся жизнь. Тогда она была молодая и неопытная. Долго пыталась оправдать его в своих мыслях. Подбирала сама слова, которые он должен был сказать, но не сказал. Но время шло, Лена взрослела. Взрослела и понимала, что это был просто опыт. Печальный опыт, из которого надо сделать выводы, перешагнуть и идти дальше. И она перешагнула.

- В тот же вечер мы с Аней поговорили. Несмотря на то, что между нами не было тех чувств, о которых часто пишут в книгах, разговор был тяжелым. Несмотря на то, что мы договаривались об этих моментах с самого начала, Аня восприняла это, как предательство. В тот день я предал двух самых близких мне людей: мою любимую женщину и женщину, которая родила мне моего единственного сына, - Дима выдохнул, накопившийся в груди воздух.

- Дим, ты же понимаешь, что я большая девочка? Я не знала деталей твоей жизни и того дня, но с тех пор утекло слишком много воды, а я успела сделать выводы. Поверь мне, я перешагнула тот момент и живу дальше. Наверное, твои объяснения немного запоздали. Так получилось, что жизнь свела нас снова. Но это не значит, что мы теперь ежедневно будем мусолить подробности наших прошлых отношений и оплакивать то, что не получилось. У меня своя жизнь, у тебя своя. Но я благодарна тебе за этот разговор, - спокойно подвела итог Лена, давая понять, что она ему не враг.

- Лен, я не закончил. Прошу просто дослушать, - ответил Дима на её предложение закончить разговор.

Лена кивнула головой, после недолгой паузы.

- В моей жизни не было ни одной женщины, которая бы меня предала. Были друзья-мужчины, которые предавали. Были коллеги - мужчины, которые предавали. Но среди них не было женщин. Наверное, в этом плане у вас очень развито чувство ответственности, чувство преданности, чувство любви. Аня не захотела оставаться со мной. Она воспринимала всю эту ситуацию, как удар ножом в спину. Я причинил ей боль... Мы договорились, что я отвезу их в Ростов, - Дима снова облизнул пересохшие губы и сделал глоток вина. Воспоминания ему давались тяжело.

- У меня в голове была только ты. Я сделал больно матери своего сына, своей жене, но меня мало волновало это. Я думал только о том, что отвезу их и обязательно поговорю с тобой, объясню тебе всё, - отчаяние слышалось в его голосе.

Лена не перебивала, ждала, когда он соберется с мыслями. Ей было приятно хотя бы то, что он не отрицал своей вины, своей трусости. Наверное, мужчинам это тяжело дается. Десять лет понадобилось, чтоб он осознал это.

- Я не пытался удержать её, уговорить остаться, хотя бы на время. Напротив, я мечтал об их скорейшем отъезде. Я – единственный взрослый мужик в это ситуации вел себя как подросток. Думал только о своей прихоти, о своих желаниях. Я отвез их. Отвез и без сожаления оставил там. Мне нужна была только ты… И я ехал обратно с твердыми намерениями получить то, что считал своим. Но  получил по заслугам то, что полагается. Получил за все то, что сделал, - Дима прервался и подозвал официанта с просьбой принести воды без газа. Чем дольше он говорил, тем тяжелее ему было.

- Я попал в серьезную аварию. Я упустил тебя, потерял уважение семьи и остался у разбитого корыта.

- Но ты ведь живой. Живой и здоровый, к счастью. Поэтому, оставь все в прошлом. Случилось, как случилось, - с жалостью в голосе попыталась успокоить его Лена, сама не ожидая, что такие чувства могут возникнуть по отношению к нему.

- Лен, ты не понимаешь… До аварии я не собирался отступать. Просто все изменилось… - он не успел договорить, потому что Лена прервала его.

- Что изменилось после аварии? Для меня все изменилось гораздо раньше…

Внезапно Дима встал из-за стола, выпрямился и задрал правую штанину. Вместо ноги под штаниной модных блеснул металлический протез.