Точки соприкосновения. Поцелуй Снежинки

4.

Глава четвёртая

Пока костюмы не были готовы, мы репетировали в трико, некоторые девочки надевали сверху юбки, парни не заморачивались: рубашка, брюки и достаточно.

Куратор спокойно относилась к внешнему виду во время репетиций.

Я собрала волосы в элегантный пучок на затылке, надела танцевальные туфли и вышла на сцену.

Девочки уже разминались, парни повторяли сценарий, Людмила Эдуардовна бойко руководила процессом.

– Сегодня небольшие изменения в плане репетиции из-за отсутствия Островской и Самсонова. Пройдёмся по общей сцене и… прогоним встречу сестры Снежной Королевы с Гердой.

Герду играла Виктория – близкая подруга Островской. Вообще неудивительно, что главные роли достались им. Звёзды университета, негласная элита. И, если честно, они достойны этих регалий, как и достойны стоять на сцене.

Из Лины вышла прекрасная Снежная Королева, а из её подруги – Герда. Самсонов Женя отлично справлялся с ролью Кая.

Какими бы ни были наши отношения за пределами театрального зала, на сцене все вели себя профессионально, отыгрывали на все сто процентов. И хотя по сценарию у меня и у Лины, как у сестёр были сложные отношения, к которым добавилось соперничество за сердце Кая, мы ни разу не поругались по-настоящему.

– Начнём с танца в саду роз, – куратор хлопнула в ладони и села за рояль.

Играла она виртуозно. Музыка цепляла за душу, пробуждала эмоции, что помогало полностью погрузиться в вымышленный мир…

В этой сцене Герда пела песню. И я могла только завидовать чистому мелодичному голосу Вики. Тому, как она легко брала высокие ноты. Потрясающая Герда. Жаль только по сценарию Людмилы Эдуардовны, она останется с разбитым сердцем. Кай же уйдёт «в закат» со Снежной Королевой. Но это не худший вариант, честно.

В первом варианте нашего блестящего руководителя – бедный юноша погибает от моей руки… Нам стоило огромного труда переубедить склонную к излишнему драматизму женщину переписать концовку.

Пока все танцевали я репетировала встречу с Гердой. Там у нас диалог в стихотворной форме, обмен любезностями, скажем так. После чего я насылаю на несчастную влюблённую девочку злую пургу.

Уже под конец репетиции в зале появилось новое действующее лицо.

– Прошу прощения, занимайтесь, – виновато улыбнувшись, произнёс Нестеров, протискиваясь между рядов. – Я подожду. – Он опустился в кресло и невозмутимо уставился на сцену, сцепив пальцы в замок.

– Чего подождёшь? – не поняла Людмила Эдуардовна. Спустила на нос очки и деловито посмотрела на нежданного «зрителя».

Вообще куратор не любила, когда мешают нашим репетициям, поэтому в душе я понадеялась, что она выставит мажора за дверь.

– Не «чего», а «кого», – обворожительно улыбнулся тот. – Вашу Снежку. У меня к ней важное дело, касающееся нашего совместного проекта.

Я скептически приподняла бровь. Нашего проекта? Когда он успел у нас появиться? В шкафу зародился? Какое магическое место, однако…

– Хм… – задумчиво протянула преподавательница. – Руслан, вы танцуете вальс?

Губы мажора задрожали от едва сдерживаемого смеха. И что он задумал, что смотрит на меня с таким хитрым выражением лица?

– Давно не практиковался, но думаю, это как с ездой на велосипеде, вряд ли можно разучиться.

–Тогда… сейчас все разойдутся, подменишь Самсонова в сцене признания. Сможешь? – бойко предложила куратор. Хотя скорее приказала.

Мажор подобрался, словно хищник перед прыжком.

– Прошу простить… А кто кому будет признаваться?

Преподавательница повела рукой с зажатым в ней сценарием.

– Наша прекрасная Адель, – взмах рукой в мою сторону, – после танца с Каем, – выразительный взгляд, направленный на Руслана, – на балу своей сестры – Снежной Королевы, выходит с ним на балкон и признаётся в своих чувствах.

Улыбка мажора стала шире. И хитрее. Приобрела зловещий окрас.

Я наблюдала за этим представлением бесстрастно, но не желала принимать в играх Нестерова никакого участия. Пусть развлекается вдали от меня.

– Людмила Эдуардовна, – произнесла ровно. – Уверена, Самсонов завтра выйдет, и мы всё отрепетируем, не стоит втягивать посторонних.

– Я согласен! – с энтузиазмом заявил мажор, уже спеша к сцене. Ловко запрыгнул на неё и встал рядом со мной. – Я мимо проходил… Клянусь своей кредиткой… – прошептал наглец, вплотную ко мне придвинувшись. – Но раз выпал такой шанс...

– После того как Кай отвергает Адель, она сбрасывает его с балкона, – равнодушно вымолвила я, перебив парня.

– Правда? – опешил он.

– Нет, – хмыкнула и отошла, с неким удовольствием наблюдая за метаморфозами на его нахальном лице.

– Итак, начнём с танца, – куратор снова села за рояль. – И Рита… девочка моя… ты хоть и сестра Снежной Королевы, но помни, что ты влюблена, в твоём сердце пожар. Добавь в свою игру… огня. Глаза должны гореть при взгляде на Кая. Понимаешь?

– Я постараюсь, Людмила Эдуардовна, – сдержанно произнесла я, абстрагируясь.

Неважно кто передо мной: Самсонов или Нестеров… это лишь игра. Отыграю роль и вернусь в реальность. Нет смысла переживать из-за чего-то столь незначительного.

… заиграла музыка.

Руслан приблизился, пронзительно глядя в мои глаза, медленно опустил ладонь мне на спину…

И если в классическом танце голова партнёрши чуть откинута и повёрнута в сторону, то здесь мы были вынуждены не отрывать глаз друг от друга.

Шаг, ещё шаг, поворот… Нестеров держал легко, но в то же время уверенно. А его взгляд… дьявола, искусителя… прожигал насквозь.

В танце с Самсоновым мне казалось, что веду всё-таки я, но сейчас… у меня не было и шанса.

«Давно не практиковался? Серьёзно? Вот лжец…» – подумала, глядя в затягивающую меня бездну светло-ореховых глаз.

Нестеров подчинял даже во время вальса. Как он умудряется? Что за секретная техника обольщения такая? Ему бы курсы пикапа преподавать, давно бы озолотился…