Только бы не влюбиться

2

И вот Амаралис снова вернулся на остров за очередными запасами. Говорит: «Надо срочно сварить зелье, заживляющее зелье. Скоро одному мальчику очень понадобится моя помощь».
Я всё никак не могу понять, как он это делает? Откуда он точно знает, куда и где нужна будет понадобится его помощь?
- Милли, поможешь мне собрать нужные травы?
- Конечно, дедушка Амаралис.
Я любила, когда он просит меня о помощи. Это всегда увлекательно. Во время этих сборов он всегда рассказывает о своих похождениях. Мы пошли с ним на гору за корнем солодки, листьями молочая, ромашкой и яруткой полевой. Всё это росло только в одном месте на горе, там, где всё это посадили друиды. Потом мы пошли в лес искать листья сумаха и медоносных пчел. Остальное старик собирал без меня. Потом он пошел варить свое зелье, я же пошла собирать свои вещи. Амаралис сказал, что следующий корабль приплывет через три дня. И мне нужно поторопиться, если я собираюсь уплыть отсюда. Как раз через месяц будет очередной набор в королевскую академию. Я уже размечталась, как я буду там учиться, как потом я получу лицензию и открою свою лекарственную лавку. А потом со временем, если получится, то и свой кабинет для приемов пациентов. Планы у меня, конечно, грандиозные, но, как говорится, мечтать не вредно. Но я всё же надеюсь на лучшее.
Мои сестры из Плеяды были против моего отъезда. Говорят, что я еще маленькая, что я не смогу так далеко от дома, что мне там будет плохо, а я думаю, что они просто за меня боятся, так как я всё же самая младшая. И они все эти годы за мной присматривали, и сколько бы мне не было лет, они всегда будут за меня беспокоится. А на меня эта забота уже давит. Все эти годы я мечтала, чтобы родилась еще хоть одна нимфа, но годы шли, и ничего не менялось. Свою маму я никогда не видела. Я не знаю, что произошло, но сестры сказали, что она привезла меня на остров и больше ее никто не видел. Первое время я мечтала, как увижу ее, как она меня обнимет и скажет, что любит меня, скажет, что скучала по мне и расскажет какую-нибудь грустную историю, почему меня бросила. А потом я перестала ее ждать. Сейчас же мне уже все равно.
И вот все же я уговорила сестер, и они решили меня отпустить, но с условием, что я буду им писать. Они помогли мне собраться. У меня были свои накопления, сестры сказали, что моих накоплений мне надолго не хватит и что они мне помогут. Я же отказалась, решила, что пойду наберу редких и целебных трав и продам в целительскую лавку. У меня в запасе есть еще два дня. Мне хватит этого времени, чтобы набрать трав и для себя в академию и на продажу. Сестры пошли мне помогать. Все вместе мы управились очень быстро. Я была рада, что они меня поняли и отпустили. Я рада, что мне не придется бежать с острова, будто я воровка какая-то.
Я уезжала с острова с легким сердцем. Сестры плакали, я же была счастлива. Амаралис был чем-то обеспокоен, я не могла понять, что у него случилось, пока из одной из кают не вышел другой друид почти в черном балахоне. Они о чем-то спорили, стоя на палубе корабля. О чем они говорили, но видно было, что разговор у них неприятный. На фоне Аморалиса в белом одеянии этот неизвестный друид в черном смотрелся жутко.
Как сказал друид: «Цвет нашего одеяния зависит от того, чем занимается друид. Чем светлее балахон, тем светлее его магия. И каждый друид сам выбирает свой путь. Если друид сошел со светлого пути, то его одеяние меняет цвет. Конечно, можно вернуться на светлый путь, но наше одеяние никогда уже не станет белоснежным, максимум серым. Но если оно уже чернее ночи, то это уже всё. У этого друида душа уже стала совсем черной».
- А что у вас случилось? О чем вы спорили?
- Тебе это не нужно знать. Это очень старая история. Иди готовься. Мы уже почти приплыли в Дарнейл.