Только моя.

Только моя.

// Ты жена короля мафии, Чонгука, который невероятно ревнив. На одном из деловых ужинов гость перешёл все границы. И Чонгук пообещал впредь уничтожить любого, кто только посмеет дотронуться до тебя//

Вечер был пропитан ароматом дорогого вина и приглушенных голосов. В роскошном зале ресторана собрались сливки общества, все те, кто держал в своих руках нити власти и богатства. Среди них Чон Чонгук – король мафии, чье имя шепталось с трепетом и страхом. Рядом с ним, словно драгоценный камень, сидела ты, Т/и в элегантном черном платье, ты приковывала взгляды всех присутствующих. Чонгук, как всегда, держал тебя подле себя, его рука покоилась на твоей талии, словно невидимая цепь. Он наслаждался твоим присутствием, твоей улыбкой, тем, как ты отвечала на его тихие слова. Но за этой внешней безмятежностью скрывалась бушующая стихия – его безграничная ревность.

Ужин проходил гладко, пока за соседним столиком не появился он. Пак Чимин, соперник Чонгука, и тоже из клана крупной мафии. Он уже не раз пытался привлечь твое внимание, и сегодняшнее мероприятие не было исключением. Чонгук моментально заметил его, приближающегося к вам. Он видел, как Чимин, с наглой ухмылкой, наклонился к тебе, что-то говоря. Ты вежливо улыбнулась, пытаясь сменить тему, но Пак не унимался. И вот, в самый неподходящий момент, его рука скользнула по твоей, задержавшись на мгновение дольше, чем следовало.

Ни секунды немедля Чонгук резко встал, игнорируя удивленные взгляды. Он подошел к Чимину, и его голос, обычно ровный и мелодичный, теперь звучал свирепо и ужасающе.

- Господин Пак, – произнес Чон, и в этом простом слове было столько скрытой мощи, что Чимин невольно вздрогнул - полагаю, ты забыл, с кем имеешь дело.

Чимин, пытаясь сохранить лицо, усмехнулся.

- Господин Чон, дорогой. Просто любезность. Твоя жена так прекрасна, что невозможно не восхититься.

- Восхищаться можно издалека. А касаться… - Чонгук наклонился ближе, его глаза сверкали, - касаться ее может только один человек.

Он сделал паузу, давая своим словам проникнуть в сознание Пака. Затем, его голос стал еще тише, но от этого еще более устрашающим:

-Я хочу, чтобы ты запомнил это. И чтобы все здесь запомнили. Любой мужчина, который посмеет прикоснуться к моей жене, будет иметь дело со мной. И, будь уверен, пощады не будет.

Чон выпрямился, его предупреждающий яростный взгляд скользнул по всем присутствующим. Затем он повернулся к тебе, взял тебя за руку, его хватка была крепкой, почти болезненной.

-Пойдем, – произнес Чонгук, его голос был ровным, но в нем звучала сталь. Ты, слегка ошеломленная, но привыкшая к его резким перепадам настроения, поднялась.

Вы вышли из ресторана, Чонгук усадил тебя в машину, его движения были резкими, но не грубыми. Он сел за руль, и в течение нескольких минут вы ехали в полной тишине. Ты чувствовала, как напряжение витает между вами, и как невысказанные слова повисли в воздухе. Наконец, когда вы подъехали к вашему особняку, Чонгук остановил машину и повернулся к тебе.

-Ты в порядке? – спросил он, его голос был спокойнее, но все еще с оттенком скрытой ярости.

- Да, Чонгук. Все хорошо, - ты кивнула, пытаясь улыбнуться.

- Я не люблю, когда кто-то проявляет к тебе такое неуважение. Особенно когда это касается прикосновений, - Чон провёл рукой по твоей щеке, - ты вся и полностью принадлежишь лишь мне.

- Я знаю, – тихо сказала ты. – но ты же знаешь, я не обращаю на это внимания. Это просто… элемент вежливости.

- Именно поэтому я должен быть рядом, - Чонгук сжал твою руку, - чтобы никто не забывал, кому ты принадлежишь. Я сказал ему, и я скажу это тебе, Т/и. Любой мужчина, который посмеет дотронуться до тебя, будет иметь дело со мной. И это будет его последнее дело. Я не шучу.

Его слова были холодными и окончательными, как приговор. Ты знала, что он говорит это серьёзно. Тень его ревности всегда будет витать где-то рядом, напоминая всем, что ты – его, и только его. И ты, в свою очередь, была готова принять эту тень, потому что знала, что за ней скрывается его безграничная любовь и забота.