Только моя принцесса

Глава 42

Игнат

Когда выхожу из душа, и вижу перед собой Принцессу, меня буквально парализует.

На несколько долгих секунд я охрененно безжалостно выпадаю из реальности.

И не то, чтобы сильно удивляюсь ее бесцеремонности, сейчас мне важно лишь тормознуть, и справиться с собой.

Заставить себя стоять, а не сорваться с места в тот же момент.

Не сгрести в охапку и не наброситься, словно умалишенный, на…как минимум, на ее губы.

Что еще сказать.

Чем отчетливее я понимаю, что мы не можем быть вместе, тем сильнее меня тянет к Алисе. И противостоять ее дерзкому обаянию и ее воле мне дико, просто невероятно…

Едва не срываюсь…Но я держусь.

Делаю, что должен, то есть отправляю Принцессу в ее номер, а когда возвращаюсь, мечусь по комнате, точно загнанный в клетку на пожизненное без права помилования зверь.

Естественно, ни о каком сне в эту ночь не может быть и речи.

Знаю только одно, что бы ни натворил ее дед, или другие родственники, я никогда не смогу причинить боль Принцессе и ни за что не стану мстить через нее.

Когда наутро я вижу ее, немного помятую, но все равно невероятно и до мурашек красивую, стараюсь сделать вид, что все точно так, как и всегда. Точнее, как было до сближения.

В итоге, всю дорогу в автобусе гипнотизирую ее затылок.

А потом, когда она спит в купе, свернувшись калачиком у стены на верхней полке, я, как помешанный, ошиваюсь в тамбуре. Под дверью, словно прирученный навсегда своей хозяйкой верный пес.

А может, оголодавший волк.

Готовый в любую секунду бросить все к хренам, и растерзать…

…

Но вот поездка подходит к завершению, мы разъезжаемся, и кажется, я должен быть дохрена доволен.

Дальше лучше...

Проще удавиться...

…

Немного поразмыслив, я собираюсь с силами, еду в офис к отцу Гора, а едва Демьян приглашает меня в кабинет, сообщаю, что знаю о том, что его семья причастна к гибели моих родителей.

На это Демьян Валерьевич только пожимает плечами.

- Если тебе хочется так думать…, - медленно произносит он, словно выигрывая время.

- Не вы, я думаю, ваш отец. Замял дело…Заказчика так и не нашли.

Он тяжело вздыхает.

- Ты же понимаешь, Игнат, я не стану наговаривать на своего отца. Ни на кого из членов своей семьи.

И разводит руками.

- Понимаю, - киваю я. – Отлично понимаю.

- Ты лучший друг моего сына, а значит, также почти член семьи. Думаю, стоит…

- А что бы вы сделали, если бы узнали, что определенный человек заказал кого-то из ваших родственников? – перебиваю, и спрашиваю в лоб.

Демьян хмурится, бросает на меня недовольный взгляд.

Хорошо видно, как он не хочет озвучивать.

Я усмехаюсь.

Ясно, что он не оставил бы это просто так.

- Мой отец совершенно определенно не заказывал твоих родителей, - отвечает наконец.

- Но замял дело, - давлю снова.

Он молчит, только пальцы выстукивают по столешнице мелодию.

- Я не хочу работать на вас, - говорю я. – Просто не могу. И не хочу бросать выпускной класс. Но мне необходимо отдать долг. Те деньги, что вы потратили на мое обучение. Пока не знаю, как, но…

Сглатываю, в бессилии сжимаю кулаки.

- Я понимаю тебя, – кивает Демьян, - и не настаиваю. О деньгах не думай, со временем отдашь, если так хочешь.

- Что вы знаете о Капланове? – выпаливаю я без перехода, и внимательно наблюдаю за реакцией.

Вот тот вопрос, что вертелся на языке все это время.

- Он умер, - спокойно произносит Демьян Валерьевич.

Выходит, он был с ним знаком, хорошо осведомлен о положении дел, и даже не отрицает этого.

Ищу признаки беспокойства на его лице. Но…

Он не увиливает и не вскидывает брови в притворном удивлении с вопросом, кто это такой. В общем, не выказывает хоть маломальского волнения.

- Что-то с сердцем, - добавляет таким же равнодушным тоном.

- Я слышал о другом диагнозе.

- Да? Ну…может и так.

Демьян снова пожимает плечами.

- Я думаю, он мог быть заказчиком той аварии, - говорю я и снова цепко всматриваюсь в лицо отца Гора.

Он поднимает взгляд и несколько секунд внимательно смотрит на меня, словно пробирается под кожу.

- На то и нужны мозги, чтобы думать, - произносит, наконец, по-прежнему не уводя взгляда.

Пауза затягивается.

Я понимаю, что это был тот максимум, который он согласился мне рассказать.

Встаю.

- Стой, Игнат, - тормозит меня Демьян Валерьевич уже на выходе. – Откуда знаешь о Капланове?

Но мне отчего-то не хочется говорить о внезапно нашедшемся друге родителей, и я, на манер него самого просто жму плечом.

Не настаивает.

- Не хочешь говорить? Ладно, - отступает. – Как знаешь. Только…будь осторожнее. И еще, насчет того клуба, в котором ты дрался…Хоть его и закрыли...Не суйся больше к тем людям, не стоит...

- И не собирался, - отвечаю я.

Демьян еще несколько долгих секунд сверлит взглядом. Затем кивает, и, наконец, отпускает. Ухожу.

…

- Тут это…спрашивали тебя, Игнат. Привет.

Тот самый паренек, которого я не так давно отбил у банды Михея ловит за локоть и тормозит на самом подходе к общаге.

- Привет. Кто спрашивал?

В голову приходит самое очевидное, следователь. Адвокат Горских предупреждал, что могут еще сунуться, выдал мне подробные инструкции, что и как отвечать.

- Ну, парни какие-то. Двое. Взрослые, опасные. Они одного из наших тормознули, спросили. Но Гошик сказал, ничего не знает. Отпустили. А потом на горизонте Михей нарисовался, махнул им рукой, ну, и они сразу к нему.

Сплевывает с чувством, совсем как это делают у нас взрослые парни. Мелкие всегда стараются подражать.

- Сейчас ушли. Ну, просто, чтобы ты знал. Ты…Я…ты только свистни, и я, и мои друзья…Мы...

- Спасибо, эммм Максим, - благодарю паренька, с трудом, но все же вспоминая имя.

На что он начинает сиять, выражая полную готовность быть для меня полезным и дальше. Только я против того, чтобы эксплуатировать.