Только не покидай

Глава 19

Вся придворная знать в настоящий момент находилась в столице, ведь готовился большой бал по поводу замужества одной из любимых фрейлин королевы – госпожи де Монтье. Супруги Д´Арси снова на время переехали в свои столичные пенаты. На второй день после их приезда, Сильвии, в очередной раз, ожидавшей к обеду мужа, где-то задерживающегося сегодня, постучала ее служанка Одетта. Мария, преданная камеристка Сильвии, не могла простить себе, что отпустила хозяйку на верную гибель, и как Д´Арси ни уговаривал ее, не осталась в замке и после гибели герцогини уехала на юг, на свою родину. Одетта казалась не похожей на Марию – та была разговорчивой, бойкой, за словом в карман не лезла и умудрялась даже поучать свою госпожу. Одетта же была полной ее противоположностью – тихой, молчаливой и покорной. От нее Сильвия за недели, проведенные вместе, не слышала и пары слов. Служанка принесла корзину пирожных с кремом – любимого лакомства Сильвии. Даже в те месяцы, что она жила с Бернаром, ей иногда удавалось забежать к булочнику и втайне от мужа насладиться этой вкуснотой. Муж не одобрял ее любви к сладкому. Одетта молча поставила пирожные на стол и, сделав книксен, уже собиралась выйти, как Сильвия заметила:

— Я не просила повара ничего сегодня печь. Отчего же такой праздник?

— Это не от нашего повара, сударыня, – тихо прошелестела Одетта, – их доставил посыльный. Подарок для госпожи герцогини.

– Подарок? От кого? Там была записка?

– Не знаю, сударыня, я ничего не видела. Отнести их на кухню? Или выбросить?

– Ну что ты! Конечно, нет. Наверное, господин герцог решил меня порадовать, – улыбнулась Сильвия служанке. – Ступай, благодарю тебя!

Она протянула руку к пирожному – они были малюсенькие, но такие аппетитные, – и откусила сразу большой кусок. – « Ммммм…», – ванили, на ее вкус, было слишком много, и еще привкус каких-то специй, который было не разобрать. В это мгновение в закрывающуюся дверь между ног служанки в комнату прорвался Ромул – любимый кот Патрика де Ланье. Его юноша не стал забирать из дома, пока жил с бабкой. Ромул слыл большим разбойником и делал все с невообразимой быстротой. Напакостил, и через мгновение его уже не было рядом. Кот одним прыжком вскочил на стол, смахнув в полете блюдо с пирожными, часть из которых оказалась на ковре, а часть – в золе камина, который давно следовало бы вычистить. Со стола проказник прыгнул прямо на пол и, проскакав по сладостям и превращая их в крошки, так же быстро ретировался из комнаты, пока Одетта охала и пыталась его изловить. Сильвия быстро забросила в рот единственное оставшееся у нее в руке надкушенное пирожное, а остатки других пришлось собрать и выкинуть.

Д´Арси все же прибыл к обеду, хоть и с небольшим опозданием. За трапезой Сильвия рассказала ему о сладком подарке от неизвестного дарителя и поинтересовалась, не сам ли супруг решил побаловать жену.

Герцог чуть нахмурил брови:

– Нет, я ничего не посылал тебе. В корзине не было записки? И посыльный ничего не передал на словах?

– Нет, от того я и удивилась. Но знаешь, теперь это уже и не важно. Ромул испортил весь подарок – не уцелело ни одного кусочка. Все равно они были не такие уж и вкусные, я успела лишь немного попробовать. Может быть, это прислала госпожа Д´Арси, чтобы напомнить нам о существовании наших детей?

– Моя мать предпочитает напоминать о себе личным визитом, а не какими-то подношениями. Сильвия, я прошу тебя, в следующий раз не принимай незнакомых подарков. Неизвестно, кто и за что может желать нам зла. Я никогда не рассказывал тебе, но однажды меня пытались отравить подобным образом.

Сильвия вскрикнула, прижав руки к лицу:

– Отравить? Пресвятая Дева!

– Не пугайся, – Александр некрепко сжал ее руку. – Для меня все закончилось хорошо. Для отравителя – не очень, но это же совсем другое дело, неправда ли?

История с пирожными была забыта. Вечером, когда супруги уже собирались отходить ко сну, Сильвия вдруг почувствовала резкую боль в животе. Настолько сильную, что, охнув, она практически сложилась пополам.

– Что с тобой?! – Герцог мгновенно оказался рядом.

– Не знаю, вдруг свело живот, но уже отпустило. – Сильвия улыбнулась. – Спокойной ночи, Александр.

– Спокойной ночи, Сильвия, – Д´Арси недоверчиво посмотрел на жену, но та уже безмятежно махала ему рукой на прощание. Супруги спали в разных спальнях. Так пожелала сама Сильвия, а Александр поддерживал любую ее просьбу. Он мечтал о возможности снова хотя бы обнять жену по-настоящему, а не только приложиться к ее руке. Но Сильвия предпочитала пока держать мужа на расстоянии.

Ночью Сильвия проснулась от еще более сильного спазма. Ей казалось, что в желудке ворочают раскаленные угли. Она с трудом поднялась с постели и, держась за живот, дошла до спальни мужа. Ей не пришлось стучать дважды.

Герцог спал чутко и немедленно открыл дверь. На пороге, опираясь о стену, в полусогнутой позе стояла Сильвия. Взглянув ей в лицо, герцог вздрогнул – оно было белым как полотно. А рука, за которую он взялся, чтобы помочь жене, холодна как лед.

– Так больно! – только и смогла произнести она.

Не тратя времени на разговоры, он подхватил женщину на руки и перенес в ее спальню, на ходу зовя слуг. Явившимся на крик хозяина слугам было приказано немедленно разыскать мэтра Тьери,