Только не покидай

Глава 22

Герцог уже ушел, когда в библиотеку спустилась из своего добровольного заточения госпожа Монфор д´Анвиль. Ей уже успели доложить о визите Д´Арси, и сейчас она с замиранием сердца ожидала, какими же словами ее встретит дочь.

– Что ты делаешь здесь, Габриэлла? – поинтересовалась она. – Неужели в тебе проснулась любовь к чтению?

– А что вы делаете тут, матушка? Решили ненадолго отвлечься от своих молитв? Отчего вы вдруг сделались такой набожной?

– Не твое дело, Габриэлла. Что значит набожной! Тебе следует почаще молиться и нижайше просить Всевышнего, чтобы он даровал тебе хорошую партию. И чтобы поумерил твою дерзость! Жена должна быть кроткой и покорной, а ты грубишь матери с отцом и позволяешь себе разного рода вольности! – несмотря на внутренний страх, герцогиня разозлилась на непокорную дочь.

– О каких вольностях вы изволите говорить, матушка?

– Ты не ответила на мой вопрос о том, чем ты тут занималась.

– Я беседовала в библиотеке с господином Д´Арси. Он только недавно ушел. Вам наверняка уже доложили, иначе вы не стали бы приставать ко мне с такими расспросами. Что же странного в том, что я сижу в библиотеке.

Герцогиня сделала вид, что не заметила колкости.

– Так отчего герцог явился с таким неожиданным визитом? Без записки? Вероятно, что-то произошло, – Маргарита старалась говорить как можно тверже, но ей это не очень удавалось, голос слегка подрагивал.

– Отчего вы решили, что что-то должно было случиться? У его светлости был ко мне разговор. Но я не могу вам его передать.

– Как это не можешь? Вы даже не помолвлены, и это неприлично встречаться с женатым мужчиной без ведома родителей.

– Матушка, – Габриэла была тверже скалы. – Господин герцог не может меня ничем скомпрометировать. Он слишком хорошо воспитан. Я горда тем, что его светлость видит во мне друга, которому он может доверять. И я не предам его доверия.

– Ну, хорошо, что ты, – отступила герцогиня. – Храни свои тайны, мне они неинтересны. – Маргарита заставила себя улыбнуться и потрепала дочь по руке.

– Я, пожалуй, вернусь к себе. А после обеда мы же собирались навестить портниху. Наши наряды уже должны быть готовы.

– Конечно, матушка, – Габриэлла была рада, что мать перестала выпытывать детали ее разговора с Д´Арси. Она никак не могла остановить внутреннюю дрожь после беседы с герцогом.

Маргарита Монфор д´Анвиль, выйдя из библиотеки, прислонилась к стене и глубоко вздохнула. Если бы герцогиня Д´Арси умерла, вряд ли герцог явился бы сюда. А если яд не подействовал? Или она вообще не попробовала ни кусочка? Зачем же тогда Александр приезжал к Габриэлле? – Маргарита снова разозлилась. Дочь была упряма и своенравна, именно сейчас, когда ее матери так важно знать правду! Женщина не могла более находиться в таком напряжении и ожидании новостей из дворца Д´Арси.

Вернувшись, герцог тут же поднялся к жене. Мэтр Тьери встретил его у дверей спальни:

– Не торопитесь, ваша светлость, госпожа герцогиня спит. Новых приступов не было. Мы даже убедили ее выпить немного бульона.

Д´Арси заглянул в приоткрытую дверь. Сильвия – бледная почти до синевы, дышала ровно, будто бы в обычном сне. Герцог вздохнул, испытав некоторое облегчение.

Изабелла Д´Арси получила письмо сына уже на следующее утро. Женщина многое повидала на своем веку и еще помнила лицо короля Шарля, за несколько дней до своей смерти появившегося на балу. Помнила госпожу Лазье, которую, как известно, отравила любовница мужа, начинив ядом румяна. Герцогиня положила письмо на стол и несколько раз прошлась по комнате, туда и обратно, так ей лучше думалось.

По правде сказать, отношения ее с невесткой были не самыми теплыми. Когда ее бывший зять выбрал в жены Сильвию Дюбуа, он, безусловно, не ставил в известность Изабеллу. Но когда Александр спустя всего чуть больше года после смерти де Ланье сообщил матери, что берет в жены вдову Ричарда, Изабелла Д´Арси была немало удивлена. Однако не дело герцогини было осуждать сына за его выбор. Сильвия была женщиной хоть и из захудалого дворянского рода, но наследник у Александра уже имелся, к тому же, повлиять на сына мать уже давно не могла. Когда Сильвию посчитали погибшей, герцогиня даже пролила скупую слезу – все-таки такой судьбы она любимой женщине Александра не желала.

Сейчас же речь для нее шла не столько и не только о жизни невестки, сколько о дерзости самой попытки отравления! Герцогиня потерла переносицу. Что-то важное она упускает. Тут на ум ей пришел визит Маргариты Монфор д´Анвиль. Уж не этой ли благородной даме взбрело в голову устранить вероятную соперницу дочери? Она так кричала на Изабеллу, называла ее невестку чуть ли не убогой. Монфор д´Анвили никогда не были замечены в интригах, и уж не дай Бог, убийствах, однако, кто знает... Изабелла крикнула слугу и приказала немедленно собираться. Она предполагала добраться до столицы не медленнее почтового курьера. Лучше мать сама сообщит сыну о своих подозрениях, чем доверит их бумаге.

Изабелла Д´Арси прибыла в столицу на следующий день – она приказала гнать карету без остановок. Немолодой уже герцогине такой долгий переезд выдержать было нелегко, но ей важно было немедленно поговорить с Александром. Д´Арси доложили о приезде матери, когда тот только собирался немного поспать. За весь прошедший день и ночь Сильвии попеременно становилось то лучше, то хуже. Сначала она почувствовала в себе достаточно сил, чтобы даже встать и самостоятельно совершить туалет, однако после, к вечеру, потеряла сознание прямо в своей комнате. К счастью, герцог оказался рядом. Желудочные боли более не возвращались, и Д´Арси, продолжал молить Бога, чтобы Сильвия выздоровела.