Только твоя

Глава 1

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ:

Будет с текло... если вы очень впечатлительны. то лучше не читать) Не надо потом в автора кидать тапками, если вдруг что)

Нежнейшие кружева на рукавах – я их сама выбирала. Ослепительно-белый цвет, от которого режет глаза. Чистейший белый… Он должен быть таким, ведь замуж меня выдают чистой. Такой и должна быть дочь великого народа.

Девочки мечтают об этом дне. Девочки из правильных семей живут эти днём, готовятся к нему всю жизни и в тайне верят в неземную любовь.

Я девочка из правильной семьи, с правильным воспитанием, практически идеальная. Девочка, за которую не стыдно, девочка, что будет украшением любого дома. Меня готовили быть идеальной женой, но я выросла и смотрю на себя в зеркало с одной только мыслью… с мыслью о том, что ненавижу этот день, этот дом, эту чертову суку-жизнь за несправедливость.

Отчаянно хочется сорвать с себя традиционное платье и украшения, смыть макияж, развеять по ветру ненавистную фату, просто сдохнуть где-то, чтобы всё наконец-то закончилось. А ещё, перестать улыбаться - изображая счастье до колик.

Нельзя…

- Ты такая красивая, - Маринет поднимает на меня свои огромные карие глаза, обнимает за ноги, - я тоже хочу такое платье.

Присаживаюсь на корточки, с трудом ловя баланс. Заключаю сестрёнку в объятия. Кудряшки падают на лицо, я улыбаюсь, зарываясь носом, чтобы вдохнуть. Вдохнуть запах свободы, лёгкости, запах глубокого детства. Туда хочу, совсем не замуж.

Специально дышу как ёжик: коротко и часто. Маринет смеётся, отклоняется, смотрит на меня счастливыми глазами. Улыбаюсь, ей нельзя не улыбаться. Самая младшая из нас, самая любимая. Крошка ещё совсем… так много ей пройти до моего статуса и позже тоже…. Надеюсь, сестре повезёт больше.

- У тебя очень красивое, не обманывай меня.

Глажу обильные складки на синем платье. Сестра крутится как юла, показывая себя во всей красе, пока я медленно встаю

- Не-е-ет, у тебя лучше, такое же хочу! – и снова прыгает на подол.

Улыбаюсь, смотря -как барахтается и звонко смеётся.

- Маринет! Так нельзя! Вставай! – мама в одно движение поднимает младшую.

Скупо улыбаюсь, скрывая глаза. Снова «нельзя»… Это слово преследует меня всю сознательную жизнь как наказание.

Нельзя было выбегать из комнаты, нельзя было тайком пробираться к отцовскому кабинету и нельзя было смотреть в щель от приоткрытой двери на мужчин, что пришли к нему. И да, нельзя было безумному сердцу замирать при виде мужчины, что навсегда с кровью содрал мой покой, унося его из отчего дома, оставляя кровавые следы. Я уже тогда знала, что это доставит только боль.

Помню, как была счастлива, как кружилась по комнате, разметая полы сарафана на потеху младшим сёстрам, подпрыгивала и хлопала в ладоши. Я была так счастлива, расцеловала маму в щеки, обнимала Фахриду с Ниям и маленькой Маринет. Аллах, я парила.

Глупая! Какая же глупая была. Верила в то, во что верить нельзя. Я просто не могла себе этого позволить!!!

Но тогда…

- Доченька, что такое?

- Мамочка, - кидаюсь в ноги на пол, обнимаю и кладя голову на колени. - Это сваты?

Мои глаза блестят, мама хмурится, качая головой.

- Ох милая, нельзя так. Ты же знаешь.

Улыбаюсь не скрывая. Маме можно, она нас любит и прикрывает глаза на шалости.

- Знаю! Но мама, они?

- Они, - прикладывает палец к губам и улыбается, словно это наш секрет.

Подскакиваю и кружусь вихрем, счастливо улыбаясь, чтобы через несколько лет все мои мечты разбились вдребезги, в этой самой комнате, когда я узнаю, что сосватана вовсе не тому.

Горечь слёз по щекам. Смотрю в зеркало и ненавижу каждую клеточку тела, что отныне и навсегда не будет ему принадлежать. НИКОГДА!

Мама ласково называет: красавицей… Карие глаза, длинные, чёрные волосы, хрупкая фигура, приличная грудь, правильные черты лица и губы, что лично мне всегда казались ужасными, потому что на нижней ямка по середине. Именно из-за этого кажется, что они не мои, а сделаны посредством косметологии. Смешные. Какой косметолог? Отец бы убил - в нашей семье такое не принято. Папа всецело приверженец традиций.

Когда ты живёшь в этом с детства, всё кажется нормальным, но как только вырастаешь, понимаешь: подруги живут иначе… просыпается бунт. Не открыто – нет, скорее за глаза. В основном: жила, училась, готовилась к поступлению, улыбалась. Вскоре привыкла к такому формату. Но однажды, вечером, произошло «это»:

- Этот сучоныш отказался! От моей дочери! ОТКАЗАЛСЯ!!! Я - ГАЛИЕВ, а никакая-то мразь под забором! Да на моих дочерей очередь! СУКА!!!

Мамин испуганный всхлип и мой удар сердца. Сердце, которое уже пару лет как не билось до этой секунды...

- Что теперь делать? Что же теперь делать. Аза… что я ей скажу.

Замираю прислушиваясь.

- Молчи! Ни слова.