Толстушка для мажора

Глава 1.

— Нет, мам, — вздыхаю. — Не опоздаю я на твою четвёртую свадьбу.

— Евстигнея Дмитриевна! Не ёрничай! Порадуйся лучше за мать. Он прекрасный мужчина.

— Да‑да. Предыдущие тоже ландышами пахли — до развода.

— Так, всё. Опоздаешь — вычеркну из наследства. — Вешает трубку.

Вот так всегда. Чуть что — сразу Стеша виновата.

А я, между прочим, на жертвы пошла ради этой свадьбы. Отпуск перенесла.

А это, между прочим, дело не простое: столько бумажной волокиты и уговоров прошла! Босс меня чуть на холодец не разобрал из‑за этого.

Даже огромный контракт, который я закрыла, не прикрыл мою попку. Теперь придётся идти с ним на свидание.

Главное — грамотно с него съехать, не оказавшись с ним в койке. Мой босс — тот ещё ходок по женщинам.

Очень напоминает мне одного неприятного персонажа из молодости. Тот только и умел, что женщин покупать и использовать. Со всеми так было — кроме меня. Меня не купили, а влюбили, как дуру.

Хорошо, что это в прошлом. Я больше не вздрагиваю от имени Андрей и не ищу угол для нытья. Теперь я взрослая женщина, которая преодолела свои страхи. Я выросла. Я могу идти вперёд.

Перелёт дался мне легко. Частые деловые поездки сделали своё дело: я не чувствую усталости или дискомфорта.

Я, можно сказать, большую часть своей работы делаю в небе. Все сделки успешнее проходят в самолёте — за бокалом вина.

Захожу на рейс с задачей продать участок, выхожу — с проданным участком и виллой как бонус.

Мужики, как выяснилось, действительно любят глазами. Если трясти сиськами, пока они читают бумажки, то шанс на продажу — о‑го‑го! — даже того, что им, может, и не нужно вовсе, возрастает.

До нового дома матери добираюсь быстро.

Скажу честно — охренеть домик. Не удивлюсь, если мужик будет похож на тухлый лимон. С таким домом он может выглядеть как угодно. Судя по всему, денег у него не просто много, как сказала мама, — космически много. В таком случае — ладно. Совет да любовь.

Может, хоть теперь я выдохну. Мне больше не придётся оплачивать мамины походы по магазинам, и я наконец устрою свою жизнь. Всё, что она отсудила у бывших мужей, промотано было за считаные дни. Эта женщина не любит думать, откуда берутся деньги. Ровно так же, как и дети.

У меня есть братья и сёстры, рождённые после меня. Я старалась их найти, когда выросла, — но, увы, не вышло. Новые семьи увезли их в разные страны. А я не настолько богата, чтобы найти хоть какую‑то информацию за деньги.

Мне кажется, она и меня бы сдала куда‑то, — но отец, царство ему небесное, не позволил бы. А вот младшим от прошлых браков повезло меньше: ни матери нормальной, ни отцов.

У дома стоит охрана. Амбалы — выше, чем шкаф в моей квартирке. Мило улыбаюсь им. А они не в глаза смотрят, а на титьки мои зырят. Ну вот, как всегда. Приматы. Другого слова и не подобрать.

— Добрый день. Я…

— Ага… — кивает лысый мужик. — Проходи. Ждут тебя.

— Только быстрее и через чёрный вход, — рявкает второй. — Чтоб хозяйка не запалила.

— Что это значит? — стою, непонимающе смотрю на них, хлопая ресницами.

— Серый, — ржёт первый. — Может, скажем хозяину, что не приехала? Сами её в домике поимеем.

— Вы что, совсем страх потеряли, псины?! — рычу сквозь зубы.