Толстушка и красавчик

Глава 23.

Мария

    Неужели это все реальность? Я сижу на коленях у самого красивого парня на нашем курсе и при этом еще и целуюсь с ним? Это невероятно. Как толстушка, Маша Соколова, смогла так близко подобраться к нему? Почему именно я? Понятно, что это не внешность. Тогда что его зацепило? Характер мой, любопытство или простой интерес? Ведь уверена, что о любви тут речь не идет. Хотя, в общем-то, какая разница. Мне хорошо. Нет, нам хорошо вместе и это главное. Не знаю, сколько всё это продлится, но сейчас я счастлива! Я влюбилась окончательно и бесповоротно. Моя первая любовь, мой Сомов. Проверяю внутри себя это словосочетание на вкус. Мне нравится.

       Перед глазами возникает эпизод нашего первого поцелуя. Как я на него решилась? Сама не знаю. Но пообещала себе что выдержу, не сдамся. Это мой шанс. И буду дурой, если его упущу. Я просто встала как вкопанная и попыталась расслабиться. Кстати, это не так легко было сделать. Тогда просто вспомнила сон, где мы так просто и непринужденно целовались. Закрыла глаза и попыталась насладиться моментом. Страх, конечно, сковал всё внутри. Мне показалось, я даже забыла как дышать. Но когда он прильнул к губам, я просто растворилась и стала отвечать ему, как подсказывало мне сердце. Мне понравилось. И вроде, как ему - тоже. Хотелось бы повторить и не раз. Ведь второй раз целоваться с ним уже не страшно. Боязнь прошла, осталось только радостное  предвкушение и приятное послевкусие.

       Во время нашего второго поцелуя, я услышала звук своего мобильного в коридоре. Оторвалась от Сомова и встала нехотя с его колен. Пошла за телефоном.

Звонил Антон. Нажала ответить:

– Привет еще раз. Не устала отдыхать? Может прогуляться сходим? – как он быстро с ходу  заваливает меня вопросами.
­– Привет. Да нет, не устала, – и притихла. Не знаю как быть, обмануть или признаться что я у Сомова? Но ведь если признаюсь, то он засыплет меня вопросами. А как-то совсем не хочется обсуждать Сомова на глазах у самого Сомова. – Антош, может пригласишь Кристи прогуляться? У меня нет настроения. 

   Как тяжело обманывать друга, лучшего и единственного. Но он просто в неудачное время позвонил. Хотя понимаю, что просто ищу для себя оправдание.

– Ты уверена? – как-то печально он это произнес.

– Маруся, ты где там пропала? – крикнул из комнаты Сомов. Черт. Как не вовремя. Или он это специально сделал?

– Кто это там у тебя? Отец? – спрашивает меня Антон.

Нужно поскорее заканчивать разговор, пока не попалась на лжи.

– Да, папа зовет ужинать. Давай завтра созвонимся, хорошо? – нервничаю, не люблю врать.

– Хорошо. Приятного тогда аппетита!

– Спасибо. До завтра. 

Положила трубку, и так противно стало на душе. Какая я дрянь. Мне нет оправдания. Так нельзя с друзьями. Нужно во всем признаться Антону, так будет легче. Только что я скажу? Я ведь не знаю какие у нас отношения? Быть может, это просто разовая акция щедрости Сомова в раздаче своих сладких поцелуев.

– Кто звонил? 

 Сомов вышел в коридор ко мне и вытянул меня из размышлений.

– Антон. Хотел позвать меня прогуляться. 

Не успела поцеловаться с Сомовым, как стала больше доверять ему, чем Антону? Маша, так нельзя. Внутренне отчитываю сама себя. Это неправильно.

– И что ты ответила? 

 Я посмотрела сурово на него. Он облокотился на стену и пристально наблюдает за мной. Я что теперь под «колпаком»?

– Я теперь должна отчитываться? То, что мы поцеловались, в принципе ничего не меняет. 

  Глупости говорю, знаю, но хочется вывести его на разговор. Хочется поставить ясность в наших отношениях. Мы теперь кто? Друзья, которые иногда целуются? Хорошо, даже если так. То целоваться будем только наедине, а на людях даже не здороваться? Хотя я наверно буду согласна на любой вариант. Главное, чтобы быть с ним, но он об этом не должен знать. Конечно, я как влюбленная дурочка хочу отношений: нормальных, привычных, местами романтических. Но вот готов ли Сомов встречаться со мной? Сможет он переступить через порицание общественности? Ведь он красавчик, любимец девчонок. А я? А я - просто Маша Соколова, девушка с лишним весом. Так грустно стало от этих мыслей. Но это суровая реальность и нужно просто принять ее.

– Даже так? Соколова, получается, ты меня сейчас использовала? Нацеловалась, получила удовольствие и бросаешь? Вот прямо так нагло? 

 Он стоит и улыбается. Переводит всё в шутку, а я не знаю, радоваться мне этому или нет. Вопрос-то остается открытым. Я бы с удовольствием пошутила, посмеялась, но дальше то что?

– А что  с тобой еще делать? – стараюсь отвечать ему серьезно, не время для шуток. Он делает шаг в мою сторону. Меня начинает тревожить его приближение. – Мы же договаривались, что поцелуемся и будем просто дружить. 

 Говорю, а сама так боюсь, что он сейчас скажет: "Хорошо, договорились. Дружить так дружить. Забудь о поцелуях и прочей ерунде". Сердце стало быстрее биться. Что же я делаю? Собственными руками, вернее, в данном случае губами, всё рушу. Он подошел ко мне, обнял. Сердце сейчас выпрыгнет из груди. Надеюсь, это не наше прощание.

– Соколова, уговор был - поцелуемся, переспим, – он каждое слово смакует, – и только после этого, будем просто дружить. Пока ты выполнила только первую часть уговора. – Он поправляет мне прядь волос. – Если хочешь сразу к третьему пункту перейти, то придется сейчас переспать со мной. И тогда мы остаемся друзьями.

– А если мы не спим, то что тогда? 

  Как-то я очень пугливо задаю этот вопрос. Замираю. Сейчас он скажет, что тогда расстаёмся и остаемся просто знакомыми одногруппниками. Хочется закрыть уши и не слышать этого ответа. Но не могу, любопытство и надежда не дают этого сделать.

– Тогда мы находимся в подвешенном состоянии. Ни то ни се. – Он заглядывает мне в глаза, смотрит на мою реакцию. Добавляет. – Ни друзья, ни враги. 

Понятно, третьего варианта у него даже нет. А у меня была малая надежда, что я ему нравлюсь. Но видимо, мальчик просто играется. Настроение испортилось. Эйфория резко прошла. Хочется свалить отсюда, от него. И желательно побыстрее. Хочется поплакать и пострадать в сторонке. Одиноко только, без лишних глаз. Я аккуратно попыталась убрать его руки.