Толстушка и красавчик

Глава 28.

Евгений

     Я приехал и припарковался на парковке, рядом с памятником. Повесил два шлема на руль и отправился к лавочке. Взял запасной шлем, так как надеюсь, что увезу потом Марусю к себе домой. Нужно провести воспитательную беседу по поводу ее тет-а-тета с Антонио. Я не хочу, чтобы они оставались наедине. Мне этот тип не нравится! Он не такой простой, каким хочет казаться.

     Сел на лавочку в ожидании. Мимо проходили парочки, крепко взявшись за руку. Они улыбались, смеялись. Так беззаботно, так легко. Интересно, а у нас с Соколовой когда-нибудь будет также? Или мы с ней только противостоять умеем. Напротив меня сели девушки, а я словил себя на мысли, что мне не хочется изучать их, наблюдать за ними. Сейчас меня только интересует, почему Маруси так долго нет? Почему она сейчас рядом с ним, а не со мной?

     Наконец, я увидел их приближающие фигуры вдалеке. Вот она идет, приближается ко мне моя девочка. А этот кузнечик слишком близко с ней идет. Они почти соприкасаются рукавами. Меня это напрягает! Но стараюсь держать себя в руках, смотрю только на Марусю. Она, увидев меня, улыбнулась. И я в ответ тоже расплылся в улыбке. Подскочил с лавки, и пошел к ней навстречу. Она покрылась румянцем. Стесняется моя малышка, боится, что я начну целовать ее у всех на глазах. Правильно боится. Именно это я и хочу сделать. Я слишком долго ее ждал. Соскучился. Когда оставалось пару шагов, я ускорил шаг и бросился к ней с объятиями. Она не давала волю своим чувствам, зажалась. Но я нашел ее губы и стал жарко целовать, показывая, как я соскучился. Услышал за спиной как этот «друг» тихонько сказал нам: «Я вас на лавке подожду». Маша попыталась оторваться от меня, но я лишь сильнее обнял ее. Никуда теперь не денешься. Я настойчиво искал и ждал отклик от нее на мой поцелуй, и она сдалась. Стала отвечать мне, как только она умеет. Со всей нежностью, отдачей и страстью. Страстью? Ммм. А это что-то новенькое. Наши отношения развиваются, и это радует.

 Не хотелось отрываться от ее сладкого поцелуя, но она первой сделала это.

– Женя, неудобно перед Антоном. Пошли, а то мы уже и так надолго задержались.

Не хочу расцеплять свои объятия, не хочу отпускать ее.

– Слушай, может вообще свалим отсюда? Пусть твой Антонио посидит один, подышит свежим воздухом, примет солнечные лучи, а? – она улыбнулась.

– Женя, Антон – мой друг. Пойдем, я вас познакомлю. 

Она взяла меня за рукав и потянула. Но я перехватил ее и притянул к себе.

– Маруся, иди ко мне! Напоследок хочу снова ощутить твой поцелуй, а то опять потом Антошка твой будет тебя смущать. 

  И я накрыл ее губы своими губами. С каждым поцелуем я все больше тону, растворяюсь в ней. И понимаю, чем чаще я целую ее, тем сильнее мне хочется повторить это снова.

    После поцелуя я взял ее за руку, она посмотрела на меня и улыбнулась. И я в ответ улыбнулся. Мне кажется, я в жизни еще столько не улыбался, сколько раз уже сделал это за два дня наших отношений.

Мы подошли к лавочке, на которой уже сидел ее друг.

– Ребята, познакомьтесь, – Маша посмотрела на меня, – это мой друг Антон, – перевела взгляд на Антона, – это Евгений.

Я нехотя отпустил руку Маруси и протянул ему со словами:

– Ну давай знакомиться, друг, – выделил это последнее слово интонацией, сразу указывая ему на его место, – для тебя Джон.

– Ну тогда и я для тебя - Антон Павлович.

 Смешно, на что он надеется? Хочет взять Марусю на жалость? Ну точно мутный тип!

   Посмотрел на Марусю, она закатила глаза. А чего она хотела?Ждала, что мы будем друг другу улыбаться и делать вид – мы все дружим, мы счастливы. Надеюсь, это первая и последняя наша совместная прогулка. Я после рукопожатия сразу вернул руку Маруси в свою. Так мне спокойнее. Сел на лавку и потянул ее к себе на колени. Но она покачала головой и села между нами. Тогда я обнял ее одной рукой, а во вторую руку взял ее ладонь. Отгородил ее от этого чудика, Чехова, блин. Точно! Теперь он будет Чехов.

– Хорошая сегодня погода, да? – Маша хочет снять напряжение, которое витает в воздухе.

– Ага. 

    Мы одновременно с Чеховым ответили. Маша улыбнулась. Я наклонился к ней и шепнул в ушко: «Люблю, когда ты улыбаешься». Она засмущалась, покраснела. Словно я сказал ей что-то эротичное. Мне понравилось. Пусть Чехов чувствует себя лишним на нашем празднике жизни. 

– Машуля, а ты помнишь, в прошлый раз когда мы с тобой тут гуляли, то видели, как парень на скейте крутые трюки делал? – обратился к Маше наш друг Антонио. 

Машуля? Сучонок. Не должен он так ее называть. Для него она Маша, а не Машуля. А он не промах. Переключает внимание на себя. Я его недооценил.

– Да, помню. Женя, знаешь, так классно было! Он столько зрителей вокруг себя собрал, – она повернулась ко мне, привлекая мое внимание. – Ему даже аплодировали, – Маша бодро подключилась поддерживать его беседу.

– Круто, повезло вам, не часто такое увидишь, – произношу сквозь зубы.

– Да нет, нам с Машей постоянно везет, – пропищал, но довольно уверенно наш Чехов. – Мы, когда гуляем с ней вдвоем, то постоянно что-то удивительное происходит. 

Он меня реально начинает бесить. Я сам не замечаю, как сильнее сжимаю ладонь Маруси. Она посмотрела на меня и взглядом показала «Перестань».

– Да я вижу, что вам всегда везет. Вот сегодня повезло - встретили меня!

    Я нагнулся и поцеловал Машу в щечку. Она глубоко вздохнула. Видит, что наша борьба «яйцами» только еще больше разгорается и никто не собирается сдаваться.

– Мальчики, а пойдемте букет из листьев сделаем! Смотрите, какие сейчас листья красивые и разных цветов. 

Она ловко подскочила, наши руки при этом  расцепились. Быстро сделала пару шагов вперед и показала рукой на одиноко стоящие деревья в метрах сто от нас.

 – Давайте догоняйте, будет весело! 

Она ускорила шаг и быстро отдалялась от нас. Мы с Чеховым остались сидеть на лавочке. Почему-то у нас не возникло такого же энтузиазма, как у Маши.