Толстушка Ли Эр

Глава 17

На рассвете Ся, в сопровождении небольшого отряда, покинул Приграничье. Через три дня, мчавшийся налегке, нигде не задерживающийся отряд, добрался до столицы и Ся направился к императорскому дворцу, где и доложил евнуху - главе Привратной Службы о своем прибытии, приготовившись к долгому ожиданию аудиенции. Он был уверен, что император не сразу примет его, а потому пошел обходить прилегающие к дворцовому городу улочки, не в силах унять своего беспокойства и нетерпения. Он понимал, что после его доклада о победе над Кровавым Орлом император непременно потребует отчета о восстановление заставы Хэбин и, обдумывая ответ, измысливал, как ненавязчиво, не раздражая государя, узнать, что с женой.

Неожиданно для себя он вышел к усадьбе Минь, на чьих воротах на крест-накрест приклеенных бумажных лентах, стояла грозная печать Тайной Канцелярии, запрещающая вход в усадьбу. Постояв немного, молодой генерал свернул в переулок по которому дошел до тайного лаза в ограде, которым они с Ли Эр когда-то украдкой пользовались. Но и он оказался заколочен, и ему ничего не оставалось, как повернуть обратно. Вдруг он обнаружил, что идет по улице, которой вел его когда-то брат младшей Минь, обещая свести с «некими мастерицами». Каким же наивным он был тогда! И вот он вновь стоит у широкого крыльца украшенного красными фонарями и гирляндами цветов, как будто ничего и не менялось с той поры. Разве только в этот раз на крыльце толпились сами обитательницы дома утех, со смехом зазывая посетителей в павильон, где обещали им тонкого вина, танцы и другие услады на которые так падки мужчины.

И вот среди яркой толпы грациозных «цветочков» Ся с удивлением увидел младшую Минь. Хотя ничего удивительного в том и не было. Эта девица упрямо шла к подобному концу, по какой-то неразумности и душевной слепоте разрушая все хорошее, что имела, лишь потому, что это было совсем не то, чего она так жаждала для себя и чего, по ее мнению, заслуживала. Она точно знала что то, что она хотела заполучить, ускользало из ее рук стараниями ее старшей сестрицы. Потому заметив, смотревшего на нее Ся и тотчас узнав его, выкрикнула:

- Видишь, до чего ты довел меня!

Ся жестом подозвал ее подойти к нему, и когда она, не спеша, соблазнительно покачивая бедрами, приблизилась, показал ей на дешевую чайную, под чьим тростниковым навесом были расставлены столы и скамейки. Заняв один из столов, Ся заказал все, что захотелось младшей Минь. Сама она производила удручающее впечатление. Ее свежеть и красота поблекла настолько, что ее потасканность не спасала даже яркая косметика, наоборот, делала ее вульгарной, а щедро набеленное и накрашенное лицо приобрело что-то лисье. Когда Ся пододвинул ей поставленную на стол разносчиком миску лапши, она тут же принялась жадно есть. Он ни о чем не спрашивал, она сама сказала с полным ртом как о незначащем пустяке:

- Это я перехватывала твои письма сестре, а потом передала их в Тайную Канцелярию. Я вскрывала и читала их все до единого, - говорила она мстительно. - То, что ты писал Ли Эр, ты должен был писать мне. Никак в толк не возьму, что ты нашел в моей неуклюжей сестрице. Это до сих пор приводит меня в бешенство… и вот до чего дошло. Ты нам обеим сломал жизнь. Я стала дешевой шлюхой, утехой для мимолетной похоти, она же гниет в тюрьме, потому что всех предала и тебя тоже. Ты ведь не знал об этом, да? Но она сказала, что это ты подбил нашего отца на измену. Все свалила на тебя и меня, решив, что ты не пишешь ей из-за того, что тебе стала нравиться я. Она сама мне жаловалась на это. Но она до того хитра, что ее не смогли уличить во лжи, потому и не казнили вместе с моим бедным братом. И после всего этого ты примешь ее обратно?

- Да.

- Ты на самом деле дурак! – Швырнула на стол палочки младшая Минь у которой от его скупого ответа пропал аппетит. - Она стала еще страшнее, чем была. Разжирела так, что дальше некуда. Она не ест, а жрёт все подряд, как свинья помои, - и сипло рассмеявшись, потребовала: - Купи мне вина. Я тут, следуя сестринскому долгу, навещала ее в темнице, но она мало того, что стала жирнее, так еще умом тронулась. Не оценив моей доброты, требовала еще больше еды. Тебе лучше забыть о ней и взять меня своей наложницей. Ты же знаешь, я всегда любила тебя и я, в отличие от Ли Эр, верна тебе сердцем и помыслами. Ты стал мужчиной и тебе нужна настоящая женщина.

- Мне все равно предала она меня или нет, - вздохнул Ся, безмолвно благодаря Небо за то, что Ли Эр выжила не смотря ни на что. - И мне нет дела до того, как она выглядит сейчас.

- Ты… - потрясенно прошептала младшая Минь, - ты… на самом деле так любишь ее?

- Тебя не должно это больше беспокоить, позаботься лучше о себе, - сказал Ся, поднимаясь из-за стола.

У него не было желания разговаривать с золовкой дальше. Он чувствовал себя отвратительно, будто и впрямь влез в помои.

После разговора с ней Ся был подавлен и все не находил себе места. И не мудрено. Кому как не ему знать, через какой ад проходишь, когда теряешь близких. Но он вытащит Ли Эр, главное, что она жива и с его помощью сумеет справится с ужасной потерей.

С таким вот настроением он встретился с дворцовым евнухом, что ждал его в гостинице на окраине Лияна, где Ся со своими людьми встал постоем.

Их сразу же пропустили в воротах императорского города, за которыми приведшего Ся евнуха, нетерпеливо ждал главный евнух Привратной Службы, объявив, что князя примут немедленно.

Первое, что сделал император, после того как милостиво выслушал изложенный сюньчаши Лао на официальном свитке доклад, и милостиво взглянул на дар - лакированный ящик с отсеченной головой Шохэна, - это сухо объявил об измене семьи Минь.