Толстушка в пролете? Как бы не так!

Глава 4

Кажется, я слишком прохладно оделась. Выскочила в легкой дутой курточке и кроссовках. Вроде бы пятнадцатое мая, птички во всю поют, травка зеленеет, а с утра такой холод, что даже насморк начался – пока еду в маршрутке, без конца шмыгаю носом.

Выскакиваю на остановке и в который раз лезу в сумочку за зеркальцем – не потекла ли тушь? Вроде все в порядке. Только нос красный, от того, что я его без конца терла. Пригладила волосы, поправила выбившиеся пряди. Ну, вроде ничего, не так уж плохо я выгляжу.

Сверяю адрес и верчу головой. Странно, конечно. Я здесь сто раз проезжала, да и постоянно с девчонками раньше гуляли до института. Не припомню здесь никаких частных объектов. Может, они недавно сняли помещение в аренду? Откуда мне знать, что тут изменилось, последние несколько лет, я полностью посвятила себя дому, и весь мой мир был сосредоточен только на работе и на Кирилле. Кирилл…

Сглатываю вязкую слюну и чувствую, как волной накатывает отчаяние. Конечно же, я решилась на риск и отправила деньги на этот марафон под влиянием спонтанных чувств. Просто решила, что пора действовать, да и вообще, поверила в чудо…

Сделала несвойственный поступок больше от того, что сейчас нахожусь в полном раздрае, меня гнетет абсолютно все, и этот марафон красоты – хоть какое–то занятие, что–то, что сможет отвлечь меня от мыслей о вчерашнем расставании. Сейчас у меня стойкое ощущение, что вчера ночью я купила волшебный лотерейный билетик, и теперь мне повезет. Обязательно повезет!

Пока иду по асфальтированной дорожке вдоль подстриженных кустарников и рассматриваю здания и магазинчики, думаю о том, что уж кто–кто, а я точно не заслуживаю всех бед, которые свалились мне на голову, да еще так внезапно.

Да я была идеальной женщиной! Через день пекла пироги и булочки, постоянно надраивала квартиру, и это после непростого рабочего дня. Я приходила домой, но не жаловалась на то, что устала, а улыбалась и заботилась только о Кирилле. Я ценила каждый день, проведенный вместе, потому что отпуск быстро заканчивался, и потом я вновь оставалась одна. Вот только были ли эти командировки на самом деле? Что, если Кирилл обманул меня и в этом?

Останавливаюсь перед большим желтым зданием сталинской постройки с нелепым колоннами и читаю надпись:

«Областной кожно–венерологический диспансер № 7».

Хмурюсь, читаю еще раз, сверяюсь с табличкой на углу дома. Тот самый адрес, который прислали девочки в чате. В этом нет сомнений, я же не слепая. Впрочем, может с обратной стороны есть какой–нибудь закуток с вывеской? Не отгрохали, же они, в самом деле, целый филиал для своего марафона…

Но, и с обратной стороны дома ничего нет – я обошла здание несколько раз, и убедилась, что оно полностью принадлежит больнице и с одной стороны даже огорожено забором.

Достаю телефон и ищу в списке наш чат. Кручу ползунок до самого низа, но среди всех моих переписок нет никакого чата. Он просто исчез! Сердце резко ухает куда–то в желудок, а я на ватных ногах доползаю до лавочки и пытаюсь отдышаться. В голове что–то звенит и одновременно нарастает гул. Вокруг меня никого – но, даже если бы тут устраивали хороводы, мне было бы все равно.

Дрожащими пальцами открываю журнал звонков и набираю номер Ангельского Максима Борисовича. Но даже гудков никаких нет – мой звонок тут же сбрасывается. Только спустя несколько минут до меня доходит, что, скорее всего, это был одноразовый номер.

Это что же получается, меня снова обманули? Провели, как какую–то лохушку? И ладно бы, у меня были деньги, но – нет же! Отдала последние копейки, как последняя дура!

Поднимаюсь с лавочки, и иду в сторону стеклянных дверей – не могу же я уйти просто так? Может, хоть в вестибюле кто–то слышал про этот марафон?

В просторном больничном холле – светло и просторно. Слева регистратура с окошками, прямо в центре – блестящий турникет, справа коридор, а чуть дальше лестница на второй этаж и раздевалка. Подхожу к окошку и склоняюсь в три погибели:

– Здравствуйте. Извините, пожалуйста, а вы не знаете, где тут марафон красоты проводят?

– Вы о чем, девушка? – женщина за стеклом поднимает голову и подслеповато щурится, – у вас карта с собой или у нас?

– Вы не поняли, я пришла не на примем. – Внезапно, я понимаю, как глупо выгляжу и теряюсь, – по этому адресу проводят марафон красоты. Он называется «Покори мужика на раз–два», а его основатель – Ангельский Максим Борисович. Может, вы слышали о таком?

– Ангельский…Максим… – я вижу, как насмешливо на меня смотрит эта незнакомая женщина, и радуюсь, что соседнее окошко пустует, – вы, знаете, фамилия, конечно, очень красивая, и я бы сразу ее вспомнила, но, – увы. А что это за марафон такой? Какие–то курсы по соблазнению?

– Не совсем… – бормочу дрожащим голосом и с усилием сдерживаю слезы, – впрочем, неважно. Извините за беспокойство.

Я вылетаю из здания пулей и целую остановку иду быстрым шагом – мне кажется, что под ногами горит земля – хочется просто исчезнуть, испариться. Но, даже добравшись до дома, я не чувствую себя спокойно: и, как выясняется, не зря.

– Надя?

Услышав, как с тихим щелчком захлопывается входная дверь, из кухни появляется Алевтина Григорьевна – хозяйка квартиры. Я замираю с пакетом на локте и едва дышу: пришла на мою голову, без предупреждения!

Привычки своей арендодательницы я успела прекрасно выучить – она может зайти в квартиру в любой момент, и никогда не позвонит и не сообщит о приходе.

Наверное, ей нравится создавать эффект неожиданности и ставить людей в неловкое положение. Прямо как сейчас. Стоит, и рассматривает меня, уперев руки в бока: брови сведены к переносице, глаза ощупывают каждую морщинку на моем лице, а накрашенные яркой помадой губы изгибаются в легком высокомерном презрении:

– И где тебя черти носят? Чего такая всклокоченная, пьяная что ли?

– Здравствуйте, Алевтина Григорьевна. – Я стараюсь не потерять остатки самообладания и улыбаюсь, – я выходила по делам. А почему вы не позвонили, не сказали, что придете?