Торговцы Тлеющих Земель

Волшебница Освобождения

Тлеющие Земли, юго-западный тракт. 2 июня 49 года Вторжения, полночь.

– Пухляш, помнишь я говорил, что в повозке вместе с Элькой места слишком мало? – уточнил Ноа у своего товарища. Рыцарь ему в ответ молча кивнул. – Так вот: со всеми этими спасёнными рабами его ВООБЩЕ НЕТ!!!

Пусть у торговца получилось обзавестись ещё одной повозкой, но от этого пространства больше не стало. Люди всегда ехали только в фургоне Ноа, который был закрыт от песчаных бурь, что постоянно бушевали на юге Тлеющих Земель. А весь «хлам» они перебросили во вторую, вместе со спасённым яфийцем.

Елизавета так же была вынуждена перебраться к нему. Её спасённые от рабства атийцы презирали всей душой за один только вид. Да и сама отщепенка предпочла спать под открытым небом, чем с местными – настолько они друг друга ненавидели.

К Ноа они относились с подозрением, и наверняка бы поспешили прирезать его… если бы торговец коллекционировал какое-либо оружие. Но увы: среди товаров встречался сплошной хлам и яфийские технологии. Как им казалось.

Парнишка сумел продемонстрировать им парочку старых артефактов и дать остатки драконьего мяса, оставшегося после пира в Анджаре. Со всем добром он расстался за повозку и пару интересных вещичек, которые бывшие рабы присвоили себе после смерти хозяев. Особенно торговцу приглянулись очки на ремне, что плотно прилегали к глазам и не давали песку пробраться к ним. И потому новый аксессуар уже красовался у него на лбу, а Бо везла вторую повозку с яфийцем и Элькой.

– Слушай, я вот что подумала… – Отщепенка села около костра, подальше от Ноа. – Ты ведь торгуешь всем подряд, так?

– Ну да, – ухмыльнулся парнишка.

– А людьми станешь торговать?

Вопрос повис в воздухе, погрузив лагерь в тишину. Было слышно, как трещит костерок из сухих веточек и как похрапывают атийцы в фургоне Ноа.

Пухляш с подозрением смотрел на своего товарища. Казалось, что он готов за неправильный ответ достать из ножен меч и прирезать его. Елизавета не сводила взгляда с торговца, ожидая ответа. Ей было интересно, как отреагирует Ноа на этот вопрос, и как будут двигаться мышцы его лица.

Но парнишка лишь рассмеялся в своей привычной доброй манере. Элька нахмурилась. Даже сейчас она не чувствовала ни единого признака того, что ему неудобен этот вопрос.

– Я ими уже не раз торговал, – сказал он, широко улыбаясь. – Например, как в той деревеньке под Анджаром. Помнишь, Пухляш? Обменяли жизнь того бандоса на свободу от Агонии для всей деревни. Чем не торговля людьми?

– А продавать людей на опыты яфийцам? – допытывалась всё Елизавета. – Или в рабство?

– Даже если человек мне противен, я не обреку его на такую участь, – произнёс Ноа, подкинув ветку в огонь. – Жизнь в Тлеющих Землях, как я успел понять, ничем не лучше рабской.

– Но всё же…

– Хошь дракона? – Ноа протянул Эльке здоровенный кусок мяса. – На вкус прямо мых!

– Ела я его уже. Жесткий и вонючий!

– Зато питательный. Да, Пухляш?

Рыцарь уверенно кивнул, показав палец вверх. Однако по лицу Елизаветы всё равно гуляло отвращение.

– Всё равно не хочу, – сказала она, морщась.

– А-а… – протянул Ноа, откусив кусок дракона. – Так ты иф этиф?

– Тебя не учили, что разговаривать за едой неприлично? – Девушка отвела взгляд в сторону. Торговец, проглотив пищу, улыбнулся и произнёс:

– Не волнуйся, Элька! Би и Бо поделятся с тобой сеном.

– Че? Сеном?

Ноа залился хохотом, наблюдая за недоумевающей Елизаветой. А та, немного подумав, ахнула.

– Ах ты мелкий козёл… – Её рука скользнула к пистолету. – Сейчас ты ответишь мне за всё…

– Ой-ей-ей… – Ноа подскочил и спрятался за спиной своего друга. – Братан, у неё ствол! Спасай!

Но Пухляш лишь молча поднялся и направился в сторону повозки, оставив парнишку на мушке у отщепенки.

– Ах ты предатель, – рассмеялся Ноа. – Я же тебе припомню!

Выстрел. Торговец подскочил, увернувшись от пули. Впрочем, Элька целилась по ногам, чтобы наказать нерадивого шутника. А тот, словно играючи, поскакал прочь, весело смеясь, будто безумный.

Пухляш молча стоял около фургона, наблюдая за тем, как юный парнишка скачет от пуль, что так бездарно уходили в молоко. Впрочем, на взгляд рыцаря, у Елизаветы не было лица убийцы. Эта девочка казалась больше похожей на…

– Сэр рыцарь, вы позволите им так дурачиться? – уточнила осторожно высунувшаяся Шивила.

Громила молча кивнул, скрестив руки на груди. Русоволосая волшебница выбралась на козлы, кутаясь в одну из меховых шкур, которые Ноа предоставил освобождённым как покрывала.

– Айтен, ты стал более сдержанным, – заметила она, наблюдая за тем, как торговец достал из повозки толстый щит и с трудом его тягает, защищаясь от пуль. – Почти всегда молчишь, никогда ни о чём не говоришь… и ещё терпишь дурацкое прозвище, полученное от яфийского мальчишки. Почему?

Рыцарь повернул голову в сторону, словно избегая зрительного контакта с ней. Шивила подсела на край, поближе к Пухляшу и, пытаясь заглянуть ему в глаза, спросила: