Тортерия попаданки, или, Дракон, будь человеком!

Пролог.

Металлическая клетка шаталась из стороны в сторону из-за неровностей дороги. Маленькую обречённую пленницу внутри то и дело подбрасывало на очередной кочке, а безучастная голова её ударялась о железные прутья. Но ничего этого бедняжка не замечала. Её не радовала ни изящная причёска, которую ей соорудили по такому случаю, ни богатое платье, которое её заставили надеть специально для церемонии. Что за радость от тряпок и драгоценностей, если уже знаешь, куда и зачем тебя везут? Камилла знала, но до сих пор едва ли могла поверить.

Невидящими глазами она смотрела на процессию позади. В первых рядах в открытом экипаже следовала госпожа Алесандрина Вальтер, по обеим сторонам от которой находились Тилли и Милли — близнецы. Камилла услышала голос Тилли:

— А можно я заберусь на гору и посмотрю, как дракон сожрёт Ромашку?

«Ромашка» — домашнее прозвище Камиллы. Её передёрнуло от нелепости звучания такого милого имени в данном контексте. Впрочем, стоило ли удивляться? С тех пор, как слёг по болезни Димитриус Вальтер, отец Камиллы, в родном доме ей совсем житья не стало.

Но одно дело — постоянная ругань Алесандрины, второй жены Димитриуса, это ещё можно было как-то понять. Однако понимать последующие события Камилла отказывалась, просто отказывалась.

— Нет, нельзя, — отрезала Алесандрина и пришпорила коня, дабы не отстать от клетки, что ехала впереди.

Алесандрина управляла экипажем самостоятельно. Дела в семействе Вальтеров шли всё хуже и хуже, поскольку Димитриус больше не мог полноценно управлять лесопилкой. С прислугой пришлось попрощаться, что для Алесандрины наверняка стало ударом. Она ведь выходила за состоятельного мужчину-вдовца, а теперь оказалась женой инвалида ещё и с двумя восьмилетними детьми на руках. Камилле пришлось выполнять роль служанки, чтобы выхаживать отца и поддерживать дом в порядке. Но она и в самых страшных мыслях предположить не могла, что её ждёт подобная участь.

— Ну, ма-а-ам! Ну, пожалуйста! — заныла Милли и принялась дёргать Алесандрину за рукав её лучшего платья.

Разумеется, госпожа Вальтер надела сегодня свой лучший наряд. А какой же ещё наряд надеть, когда провожаешь свою нелюбимую падчерицу на съедение дракону?

— Мы хотим посмотреть, как сожрут Ромашку! Ну, пожалуйста-а-а! Пожа-а-луйста! — выли Тилли и Милли в один голос.

— Он ведь сначала разорвёт её на кусочки, да? — с надеждой спросил мальчик.

— Или первым делом откусит ей руку или ногу? — поинтересовалась девочка.

— Не знаю, дети, — негромко ответила Александрина и прижала указательный палец к губам. — Давайте потише. Мы ведь должны уважать древнюю традицию. Наша Ромашка будет принесена в жертву дракону. Хоть какой-то с неё прок, — почти неслышно добавила мачеха и поглядела прямо на Камиллу, не сомневаясь, что та всё прекрасно слышит. И эта мысль её нисколько не опечалила. — Но увидеть мы ничего не сможем, дети, — вздохнула Алесандрина и погладила близнецов по светлым головкам. — Нам придётся остаться внизу, а Ромашку сбросят в жерло вулкана с горы. Подозреваю, что он умрёт раньше, чем встретится с драконом.

Милли и Тилли явно огорчились такому раскладу. Камилла не знала, что им меньше понравилось: то, что они не увидят столь «прекрасное» зрелище собственными глазами, или то, что несчастная будет не так сильно страдать, как они рассчитывали.

В любом случае Камилла и так уже настрадалась достаточно. Её обряжали к будущей церемонии, как настоящую невесту, и относились даже с почтением. И всё равно она ведь знала, к чему её готовят. Однако самым страшным ударом для неё стало вчерашнее появление в доме Распорядителей. Камилла даже в страшном сне не могла представить, что подобное произойдёт именно с ней.

— Камилла Вальтер! — заявил Главный Распорядитель. — Вам оказана великая честь в этом году стать почётной гостьей Дракона!

Почётной гостьей… В Синувале, да и во всём Королевстве Майкар, все прекрасно знали, что означают эти слова. Это не честь и не почёт, это верная смерть.

Каждый год одного жителя Синуваля отправляли к Драконьей Горе и сбрасывали в жерло вулкана, где и жил всем известный Дракон. Делалось это для того, чтобы предотвратить нападения. Считалось, что жертвы задабривают древнего зверя, и он не станет донимать простых жителей, воровать скот и устраивать погромы.

Официально заявлялось, что всегда находятся добровольцы на такой случай. Неофициально ходили слухи, что будущий «драконий обед» избирают случайным образом. Но Камилла собственными глазами видела, как вчера Алесандрина что-то передала из рук в руки Главному Распорядителю — кисет с чем-то тяжёлым. Может, Ромашка и не была ещё умудрённой огромным жизненным опытом, но даже она поняла, что в кисете наверняка деньги.

Её продали. Её предали. Её послали на смерть.

И никто уже не мог ей помочь. Никто.

Какая-то женщина отбилась от общей пешей толпы горожан и быстро двинулась к клетке. Она протянула Камилле какой-то камешек.

— Вот, девочка, возьми! — зашептала женщина.

Её тут же погнали прочь стражники, но Камилла всё-таки успела забрать из дрожащих пальцев незнакомки этот странный дар.

Сахар… Женщина подарила Ромашке комок сахара, самого обычного, не волшебного. Не зелье и не оружие. Но для простых людей в Синувале такой кусок стоил немалых денег. Женщина могла бы подарить эту сладость своим детям, но предпочла угостить юную смертницу в её последний час. Должно быть, у незнакомки было доброе сердце, в отличие от той женщины, что жила с Камиллой под одной крышей последние десять лет.

Ромашка сжала сладкий комочек покрепче в кулаке. Ей хотелось плакать, но она кое-как держалась. Слёзы уже ничем не помогут ей…

Наконец, процессия подобралась к горе. Зрители, коих всегда собиралось немало на подобные события, остались у подножья, а Камилле предстояло подняться на гору в сопровождении Распорядителей. Она в последний раз глянула на мачеху и близнецов. Дети едва не скакали от радостного возбуждения, а лицо Алесандрины оставалось холодным и отстранённым. Но наверняка этот вид скрывал под собой не меньше радости, чем у её детей.