Тору: Путь в Коссхоэн

Глава шестая. Чужак.

Глава шестая. Чужак. 

Магические светильники мигнули несколько раз тревожным алым светом, заставив Тору оторваться от книги и недовольно пробурчать:
- Опять кто-то возле башни крутится. Отвлекают только. 
- А ты не отвлекайся. – Посоветовала Сэй, поднимаясь из кресла, в котором сидела до этого, закинув ноги на подлокотник. – Пойду, посмотрю, кто там набрел на отводящий полог.
Мальчик проводил ее взглядом и вернулся к чтению довольно потертого фолианта – единственного из немногих, написанного на языке Единого Королевства. В остальном же, в библиотеке башни все книги были на квирре – наречии магов Коссхоэна.
За прошедший год Тору узнал от Сэй больше, чем за всю свою предыдущую жизнь. Раньше он не особо задумывался о том, что же находится там, за пределами Великого Королевства: весь его мир ограничивался стенами приюта, да рассказами отцов-настоятелей о столице и тринадцати крупнейших регионах, входящих в состав страны.  Здесь, где власть фактически делилась между королем и Сынами Единого, в народе колдуны давно уже считались чем-то сродни страшной сказке – их малочисленная каста, некогда подвергшаяся гонениям со стороны священнослужителей, много лет назад покинула эти земли, отправившись за море в поисках лучшей доли. Именно так когда-то возник Коссхоэн – последний оплот магии в этом мире. И пусть, официально магам было запрещено появляться в Королевстве, некоторые из них (как, например, хозяин этой башни) не могли устоять перед искушением, припасть к местным магическим источникам, силу из которых можно было черпать бесплатно и в неограниченных количествах. Конечно, существовала опасность попасть в руки Сынам, или Охотникам – магам, призванным отлавливать нелегалов и возвращать их в Коссхоэн для дальнейшего суда, но всегда находились те, кто готов был рискнуть.
Так, видимо, когда-то сюда попали и родители Тору, так как искра (по словам Сэй, это такая врожденная способность преобразовывать магическую энергию) могла появиться лишь у ребенка магов. Правда о том, куда они делись, и как он оказался в приюте, мальчик, увы, до сих пор не знал, но, по крайней мере, у него появилась зацепка – Коссхоэн. Именно туда он мечтал отправиться с тех самых пор, как впервые узнал о нем, и именно там он надеялся отыскать своих родителей. Сэй к его планам и стремлениям относилась с недоверием, заявляя, что без должных знаний и умений, делать ему среди магов-коссхов, попросту нечего. Поэтому, Тору и учился усердно, постигая магическую науку, правда, давалось ему это с большим трудом, и пока что вершиной, которой он достиг, можно было назвать разве что возможность открывать самовосполняющуюся кладовую да управлять волшебными светильниками. Быть магом оказалось совсем не так просто, как представлял себе мальчик: не достаточно было щелкнуть пальцами и произнести заклинание. Увы, для любого действа магу необходим был эрд – специальный артефакт (который обычно делался в виде перстня или кулона) который и помогал формировать магическую энергию в необходимое заклинание. Неотъемлемой частью любого эрда был диамант – драгоценный камень, который служил не только проводником магической энергии, но и умел накапливать её, правда срок такого "заряда" был ограничен (в зависимости от частоты использования) и магам приходилось постоянно подзаряжать свои артефакты от источников. 
У Тору теперь тоже был свой эрд, доставшийся ему в "наследство" от прежнего хозяина башни: простая серебряная цепочка с кулоном в виде совы, туловищем которой служил диамант. Мальчик замечал, что всякий раз, когда он пытался сотворить какое-либо заклинание, темно-синий камень начинал слегка мерцать, а в его сердцевине появлялись крошечные голубые искорки, и это зрелище всякий раз так завораживало его, что он терял концентрацию, и ему приходилось начинать все заново. Сэй никогда на это не сердилась – она вообще оказалась удивительно терпеливым учителем, правда и для нее существовали темы, которые Тору для себя определил как "запретные". Например, она никогда не рассказывала ему о том, как оказалась в этой башне, и кем приходился ей построивший ее маг. Или о диаманте, который был вживлен в ее тело – эти вопросы портили настроение Сэй, и она всякий раз замыкалась и становилась неразговорчивой. Поэтому Тору пришлось умерить свое любопытство, а со временем он и вовсе научился воспринимать все связанные с девушкой странности как нечто само собой разумеющееся. А странностей, надо сказать, было не мало: мальчик никогда не видел, чтобы она спала, принимала пищу или посещала уборную, и очень сомневался в том, что Сэй по какой-то причине делает это тайно. Часто он замечал, что она подолгу может сидеть без движения, глядя прямо перед собой ничего не выражающим взглядом, и поначалу такое ее поведение здорово пугало его, но, постепенно он привык и к этому. Так же как и к скелету мага в верхней комнате, которую Сэй называла кабинетом. Тору уже давно перестал бояться заходить туда, и воспринимал облаченные в цветастый халат останки, как жутковатую деталь интерьера.
Волшебные светильники снова тревожно мигнули алым, и мальчик забеспокоился: "Чего-то она долго". 
Иногда, к башне, огороженной от любопытных глаз отводящим пологом, выбредал какой-нибудь особенно отчаянный охотник, не побоявшийся попытать удачи в жуткой пуще, но Сэй без особого труда отваживала подобных смельчаков мороками. У самого Тору мороки пока не получались, так что ему всякий раз приходилось дожидаться ее возвращения в башне. 
Наконец, мальчик услышал, как скрипнула, отворяясь, входная дверь, а спустя несколько мгновений в комнату быстро вошла явно чем-то встревоженная Сэй. 
- Собирайся, нам нужно уходить! – заявила она тоном, не терпящим возражений.
- Почему? Что происходит? – взволнованно спросил Тору, захлопывая книгу и вскакивая из-за стола. Такой напуганной он видел девушку в первый раз. 
- Нет времени объяснять, - отмахнулась Сэй и, схватив за руку, потащила растерянного и несопротивляющегося мальчика к лестнице. 
- Стой! – воскликнул он, как только они спустились на первый этаж, и в ответ на раздраженный взгляд девушки, попросил: - Давай с собой хотя бы еды в дорогу возьмем! Мне в отличие от тебя, хоть иногда есть надо.  
Сэй несколько мгновений поколебалась, но все же открыла потайную дверь в кладовую и протянула Тору холщовую дорожную сумку, в которую он торопясь набил все, что попалось ему под руку. Закинув поклажу на плечо, девушка приоткрыла входную дверь, и пристально осмотрев окрестности, поманила мальчика за собой. 
- Давай за мной, только быстро! – тихо произнесла она, стремительно направляясь к ближайшим зарослям, что раскинулись на краю поляны с торца башни. Тору бежал следом, стараясь не отставать от Сэй ни на шаг. 
В голове у него вертелось множество вопросов, но мальчик понимал, что задавать их сейчас не самое подходящее время. Он не знал, что могло так напугать девушку (Тору почему-то всегда казалось, что ей вообще не ведомо такое чувство как страх) и от этого начал бояться сам. 
Ему казалось, что они бегут уже целую вечность, когда Тору почувствовал что силы начинают оставлять его: каждый следующий вдох отдавался в боку резкой болью. 
- Все, не могу больше… – запыхавшимся голосом признался мальчик, останавливаясь и опираясь ладонями о колени, – Давай немного передохнем!
Сэй тоже остановилась и, нахмурившись, отрицательно покачала головой. 
- Нельзя, – категорично заявила она, – Мы еще не достаточно далеко ушли. 
- Объясни хотя бы, от кого мы убегаем! – все еще пытаясь отдышаться, попросил Тору. 
Сэй нервно дернула плечом, и ответила:
- Я почувствовала присутствие другого мага: он явно искал возможность преодолеть отводящий полог. 
- И что? – непонимающе спросил мальчик, - Думаешь, это мог быть Охотник? 
- Дело не только в этом, Тору, – сказала Сэй, и присев перед ним на одно колено так, чтобы их глаза оказались на одном уровне, серьезно произнесла: - Ни один маг не должен узнать о моем существовании.