Тосканский эскиз

Глава 34.

Следующие два дня были посвящены тщательной подготовке. Леонардо, с его аналитическим умом архитектора, превратил их рискованную авантюру в детально проработанный проект, где каждый шаг был выверен, как линия на чертеже.
— Мы не можем просто приехать в Милан, — говорил он, расчерчивая на листе бумаги карту северной Италии. — Мой отец наверняка отслеживает все прокатные конторы, вокзалы, аэропорты. Мы должны появиться там, где нас не ждут.
Их план был следующим: они поедут на «Беатриче» не в Милан, а в Геную. Это был крупный портовый город, достаточно хаотичный, чтобы в нем можно было затеряться. Там, в одном из неприметных гаражных кооперативов на окраине, они оставят машину. В Генуе Леонардо знал одного человека — старого друга его деда-механика, который держал небольшую автомастерскую. Он был единственным человеком из его прошлой жизни, которому Леонардо мог доверять. У него они возьмут на один день самую обычную, ничем не примечательную машину. На ней они поедут в семейное имение Бьянки.
Джулия тем временем готовилась к своей роли. В городке Витербо она нашла маленький магазинчик подержанной одежды. Она понимала, что не может появиться в семье Леонардо в своих походных джинсах и футболке. Это было бы воспринято как вызов и неуважение. Ей нужно было выглядеть достойно, но не вызывающе. Она выбрала простое, но элегантное темно-синее платье, скромные туфли на невысоком каблуке и легкий кашемировый кардиган. Она хотела, чтобы семья Леонардо увидела в ней не беспризорную девчонку, а серьезную, уверенную в себе женщину.
Леонардо тоже купил себе новую одежду — простые темные брюки и светлую рубашку. Он не хотел надевать костюм, который был бы для него униформой прошлого, но и не мог приехать на юбилей к бабушке в походной одежде. Это был тонкий компромисс.
Пока они готовились, от матери Леонардо пришел короткий ответ: *«Я все поняла. Жду вас. Будьте осторожны»*. Этот ответ вселял надежду, но не давал никаких гарантий.
Накануне отъезда на север, в пятницу, они получили еще одно письмо. На этот раз от Клаудио Винчи.
*«Леонардо, Джулия, я получил ваш материал по Чивите. Это превосходно. Именно то, что я хотел. Глубоко, поэтично, неожиданно. Мы ставим его в следующий номер. Поздравляю с боевым крещением. Жду от вас следующий очерк. Не пропадайте. Клаудио»*.
Это письмо пришло как нельзя вовремя. Оно было как знак свыше. Их работа, их новая жизнь — все это было реально. И это придавало им сил для предстоящего испытания.
— Видишь? — сказал Леонардо, показывая письмо Джулии. — У нас есть то, за что стоит бороться.
В пятницу утром они покинули свое убежище в Баньореджо. Путь на север был долгим. Они ехали почти без остановок, меняясь за рулем. Пейзажи за окном сменяли друг друга: холмы Лацио, затем строгие, аристократичные пейзажи Тосканы, и, наконец, изрезанное туннелями побережье Лигурии.
Чем ближе они подъезжали к северу, тем сильнее менялось настроение Леонардо. Он становился более молчаливым, его лицо — более жестким. Он возвращался на свою территорию. На территорию врага.
Они приехали в Геную поздно вечером. Город встретил их шумом порта, запахом моря и криками чаек. Леонардо без труда нашел мастерскую друга своего деда. Это был маленький, заваленный запчастями гараж в старом рабочем квартале. Их встретил седой, кряжистый старик в промасленном комбинезоне по имени Беппе. Он молча выслушал Леонардо, не задавая лишних вопросов.
— Твой дед был мне как брат, — сказал он, вытирая руки ветошью. — Все, что тебе нужно, парень. Машина будет завтра утром. Серый «Пунто», ничем не примечательный. Оставляй свою красавицу здесь, я за ней присмотрю.
Переночевали они в маленьком, дешевом отеле у порта, заплатив наличными. Ночью Леонардо почти не спал. Он лежал с открытыми глазами, глядя в потолок. Джулия чувствовала его напряжение.
— Ты боишься? — спросила она в темноте.
— Да, — честно ответил он после долгой паузы. — Но не за себя. Я боюсь за тебя. Боюсь того, что они могут тебе сказать. Что могут с тобой сделать. Моя семья… они могут быть очень жестокими, когда дело касается защиты их мира.
— Я не боюсь, — сказала она, прижимаясь к нему. — Потому что я буду с тобой. И потому что я знаю, за что мы боремся. А они — нет. В этом наша сила.
Утром Беппе, как и обещал, подогнал к отелю старенький, но чистый серый «Фиат Пунто». Леонардо оставил ему ключи от «Беатриче» и несколько крупных купюр. Старик сначала отказывался, но Леонардо настоял.
Они выехали из Генуи. До имения Бьянки оставалось чуть больше ста километров. Это был последний, самый ответственный отрезок пути.
Леонардо вел неприметный «Пунто» спокойно и уверенно. Он был полностью сосредоточен. Джулия сидела рядом, одетая в свое новое платье. Она чувствовала себя актрисой перед выходом на сцену. Она снова и снова проигрывала в голове возможные сценарии, возможные диалоги.
— Просто будь собой, — вдруг сказал Леонардо, словно прочитав ее мысли. — Не пытайся им понравиться. Не оправдывайся. Ты — мой выбор. И этого достаточно.
Они съехали с автострады и покатили по узкой дороге, обсаженной старыми платанами. Впереди показались высокие кованые ворота и каменная ограда. Имение Бьянки.
У ворот стояли двое охранников в строгих костюмах. Леонардо остановил машину и опустил стекло. Один из охранников подошел. Он не узнал ни машину, ни Леонардо в его простой одежде.
— Частное владение. Проезд закрыт, — сказал он холодно.
— Я к синьоре Бьянки, — спокойно ответил Леонардо. — К Анне-Лизе Бьянки. На юбилей.
Охранник с сомнением посмотрел на их скромную машину.
— Ваше имя?
— Леонардо.
Имя подействовало, как удар тока. Охранник выпрямился и изменился в лице. Он что-то быстро сказал в рацию. Ворота медленно, беззвучно открылись.
— Проезжайте, синьор, — сказал он изменившимся голосом.
Они въехали на территорию имения. Это была длинная, идеально ухоженная аллея, ведущая к огромному старинному особняку. Вокруг был разбит безупречный парк. Все говорило о богатстве, власти и порядке. О мире, из которого сбежал Леонардо.
Он остановил машину на парковке, среди целого ряда дорогих, блестящих автомобилей. Они вышли из своего скромного «Пунто», который смотрелся здесь как бедный родственник.
У парадного входа их уже ждали.
На ступенях стоял высокий, седовласый, идеально одетый мужчина. Синьор Бьянки-старший. Отец Леонардо. Рядом с ним, чуть позади, стояла элегантная, но очень бледная женщина. Его мать.
Леонардо взял Джулию за руку. Ее ладонь была ледяной.
— Готова? — прошептал он.
— Готова, — так же тихо ответила она.