Тост за выживших

Часть 3 Вместе. Глава 4

Глава 4

– Может, я все же сошла с ума? – у Ядвиги шумело в голове, звучали странные звуки и голоса, перед глазами плыли тени. Она опять закрыла глаза, полежала, открыла. Странные мутные пятна продолжали плыть. Ощутимо резало в глазах, а в голове – вообще какафония звуков. Общее состояние – дурман. Еще и в мышцах ломота. Голова и нога болят.

К уже привычной боли в ноге добавилась боль в желудке. Это она потихоньку начала есть то, что находила рядом с собой. Сегодня тоже что-то вкусно пахнет, но сил нет даже руку поднять.

Надо было бы попить. Губы пересохли, потрескались. Хочется попить, но как достать чашу?

– Проще сдохнуть. Давно пора, недоведьма без магии. Зажилась, – вяло подумала Ядвига и провалилась в спасительное беспамятство.

Она не видела, как в шалаш залез Кощей, пощупал ее лоб, тяжело вздохнул, открыл ее саквояж, свой лекарский набор, горестно покачал головой. Потом поменял еду, подготовленную возле головы больной. Сменил воду в чаше.

Потом принялся мочить губы мягкой мокрой тряпочкой. Губы с трудом приоткрывались, Кощей чуть вливал в них воду. Вода текла мимо рта, но он надеялся, что хоть небольшое количество попадало куда надо.

Принес еще воды из родника, достал запасную рубаху, намочил, сделал из нее компресс. Да, образовался реальный дефицит перевязочного материала. Надо думать.

Вот, начинается. Ядвигу затрясло в лихорадке. Кощей закутал ее в свой плащ, набросил сверху край ковра, который давно уже вытряс от пыли. Подругу продолжало трясти.

– Амур! Амур!

Пес втиснулся в шалаш, с человеческим страданием на морде посмотрел на хозяйку, потом перевел взгляд на Кощея.

– Амур, давай, лезь сюда. Будешь с этой стороны греть. Я буду компрессы менять.

Амур заполз под ковер и прижался к своей хозяйке, которую била крупная дрожь. Ночку, которой во всем надо всегда поучаствовать, Кощей подсунул с другой стороны.

– Все, лежите, грейте!

До утра все так и провели в шалаше. Ядвиге было то холодно, и тогда ее грели обе собаки, то жарко, и она сама полностью открывалась, то снова холодно. Утром Ядвигу перестало так лихорадить, она спала спокойнее.

Невыспавшийся Кощей выгнал собак из шалаша и, позевывая, отправился разводить костер и готовить завтрак. Холодно, однако, уже. Осень. Это до катастрофы сегодня наступила бы календарная осень. Что сейчас будет со сменой времен года? Никто не скажет. Может, уже через месяц снег выпадет. Может, через неделю. От этой мысли Кощей поежился. Надо утепляться. Если пойдут дожди, то даже костер сложно будет разжечь.

Больная Ядвига холод может не выдержать. Она и так чуть живая. Сколько же можно ей голодать! В чем душа только держится. Надо сварить очень жидкую кашку на воде, бульон она уже пила.

Кощей стоял у костра и помешивал в котелке ложкой, рядом пристроился Амур.

– Что, Амурка, делать-то? Как утепляться будем? И лекарств никаких, и перевязочных материалов. Вокруг всякого хлама навалом, а нужного нет. Мы сегодня вчетвером в шалаше ночевали, так дышать нечем было. У меня до сих пор голова болит. Как греть хозяйку твою?

Недаром говорят, что собаки все понимают. У пса в глазах промелькнуло понимание и радость от какой-то мысли. Он вскочил и закрутился на одном месте, радостно лая!

– Что случилось, Амурище?

Амур подскочил к Кощею и стал толкать его в ногу, потом отбежал до края поляны, вернулся, опять принялся толкать.

– Зовешь куда-то? Вроде, зовешь. Куда пойдем? Ядвигу нельзя оставлять одну. Сейчас, котелок с костра уберу и кашку положу для хозяйки твоей.

Кощей оставил в шалаше жиденькую кашку в чашке, потрогал лоб больной и вышел.

– Ночка, Ночка, ты остаешься здесь. Охранять. Слышишь? Охранять!

Недовольная Ночка поняла, что ее оставляют и жалобно завыла. Конечно же, хозяин и большая собака пошли развлекаться, а ее не берут!

– Не вой. Здесь Вулкан и Загадка. Охраняешь Ядвигу, – Кощей показал рукой на шалаш.

– Амур, объясни дурному щенку, что он должен охранять. И мы пойдем.

Амуру было достаточно одного рыка, чтобы Ночка обиженно отошла к шалашу и улеглась рядом, демонстративно отвернувшись от Кощея.

– Вот ведь, тоже баба, обиделась, – пробормотал Кощей.

– Все, идем, Амур. Нет, Вулкан, ты здесь остаешься. Идем, Амур.