Тот, кто пришёл из завтрашнего дня (1-5части)

Глава 46: Шаг к себе

***

Вечер медленно окутывал кабинет Мирослава, тусклый свет лампы мягко освещал стол, но не разгонял тени, которые лежали в уголках комнаты. В воздухе витала усталость, но не физическая — эта усталость была глубже, изнутри, как тяжёлое бремя. Мирослав сидел, вытянув ноги, и задумчиво перебирал в голове последние часы, дни, которые тянулись в бесконечности. Он всё ещё не привык к этому времени, к этой жизни, к своим новым обязанностям.

Он знал, что ему нужно идти в магазин. Это не было чем-то важным, но мысль о том, что он упустил столь банальную, но необходимую деталь, не отпускала его. Зубная паста. Она почти закончилась. Это звучало так незначительно на фоне всего, что произошло, на фоне его работы и забот, которые перетекали в одно непрерывное движение, но сейчас он не мог не задуматься об этом. Всё-таки как-то странно, что такой элементарный момент выпал из его внимания. Все эти дни он был поглощён совсем другими проблемами, гораздо более насущными. Но вот оно — снова, как будто бы его жизнь наконец подводила к этому моменту. Он начал осознавать, как долго не занимался собственными нуждами.

Смирившись с этим, он встал, шагнул к окну, затем вернулся обратно к столу, чувствуя, как каждый шаг отдаётся тяжёлым эхом в груди. Он закрыл глаза, зажмурился. Странное чувство неуверенности охватывало его. Ведь так долго всё было неважно, и, наконец, какая-то мелочь, маленькое требование этого мира — купить пасту, выбрать щётку — вдруг стало важным. Это он, который несколько недель назад был поглощён жизнью, полной страха и борьбы, теперь оказался перед этим простым, но столь странным вызовом. Он, Омега, чья роль в жизни была определена со временем, даже не знал, как долго он должен был забывать об этих мелочах.

Мирослав сидел, всё ещё думая об этом. Он был здесь, в прошлом, и обыденные заботы его, видимо, обрели важность только теперь. Всё это напоминало ему, как быстро человек может утратить самосознание, поглощённый чем-то большим. Но вот оно — возвращение к себе. К тому, что он просто человек, нуждающийся в банальных вещах: еде, отдыхе, личной гигиене. В этом мире, где жизнь была всё равно направлена на выполнение чьего-то желания, он наконец осознавал — заботиться о себе не менее важно, чем заботиться о других.

Мирослав встал и подошёл к зеркалу, не спеша разглядывая своё отражение, словно пытаясь увидеть не только внешний облик, но и ту сущность, которую оно скрывает. Он долго не смотрел на себя, слишком много времени прошло с тех пор, как последний раз уделил себе хотя бы малейшее внимание. Время стало течь по-другому после того, как он оказался в этом прошлом, в этом мире, где всё было так далеко от того, к чему он привык. Совсем недавно, в своей реальности, он был чем-то большим, чем просто врачом, но здесь, в 1935 году, он был просто омегой, назначенной выполнять свою роль в системе, которая не щадила.

« Почему я раньше не задумывался о таких вещах?», — пронеслось в голове.

Зубная паста. Продукты. Всё, что раньше казалось такими мелочами, вдруг превратилось в проблему, которая не оставляла его в покое. Он был настолько поглощён рутиной, поглощён системой, где каждый день казался битвой за выживание, что простые, человеческие вещи стали для него недосягаемыми. Раньше он не замечал, как уходил в свою работу, игнорируя собственные нужды. Но теперь, оказавшись здесь, в этом времени, в этом теле, он осознавал, что давно уже не заботился о самых простых вещах, о том, что было ему важно.

Он продолжил смотреть в зеркало, но вдруг взгляд стал пустым, а внутренние терзания накрыли его как волна. Весь его мир, всё, что он знал, было отложено в сторону. Он, омега, который когда-то был частью общества, где его роль не ограничивалась только физическим существованием, оказался в прошлом, где ему пришлось снова научиться простым вещам — заботиться о себе, искать нормальные продукты, даже заботиться о своём теле. Своё тело, свою личную жизнь он оставил на второстепенные позиции. Его тело всегда было инструментом, а теперь оно стало чем-то большим — его нужды стали чем-то, что не решалось за него.

«Зубная паста... продукты...», — он мысленно перебирал эти мелочи, осознавая, что у него нет выбора, кроме как позаботиться о себе, хотя это казалось таким далёким от его повседневной жизни. Его жизнь всегда была сосредоточена на других — на пациентах, на системе, на делах, которые казались важнее. А теперь... всё вдруг стало другим.

Он открыл шкаф и стал смотреть на полки, где стояли бутылки с водой, немного масла, несколько консервов. Ничего лишнего. Ничего, что могло бы приносить радость или удовлетворение. Простая еда, простые продукты, но не то, что он привык искать. Когда он был там, в будущем, его жизнь была наполнена выбором, наполнена богатым разнообразием, но сейчас, в этом времени, его выбор был ограничен. Это не было просто; это было, как новый удар по его чувствам.

«Вот и паста, и масло... А где что-то по-настоящему нужное?», — его мысли вновь вернулись к вопросу, который он не мог отпустить.

Где те вещи, которые когда-то казались так важными? Он думал об этом, но ответов не было. В этом мире нет места для простых радостей, для заботы о себе. Он был омегой, и его роль была всё, что от него требовалось.

Но теперь, в этот момент, Мирослав понял, что не может продолжать так. Он больше не мог игнорировать самого себя. Он не мог продолжать жить, забывая о тех маленьких вещах, которые делают человека живым. В его мире, в будущем, заботиться о себе было нормой. В этом же времени, среди всего, что требовало его внимания, забота о себе казалась чем-то лишним, но теперь он видел, что без этого невозможно продолжать.

Он снова посмотрел на себя в зеркало, и в его взгляде появилась решимость. Рутинная борьба с собой, которую он вел так долго, наконец дала результат. Он осознал, что должен заботиться о себе, потому что только в этом случае он сможет продолжать бороться за тех, кто в нём нуждается.