Тот, кто спит в моей голове

Глава 2. Академия сновиденцев.

Утро постепенно вступает в свои права. На улицах уже можно встретить прохожих: ранние пташки, спешащие по своим делам. Марк бродит среди них, не соответствуя атмосфере воодушевления новому дню. Прячется под капюшоном толстовки от легкой мороси. Небо почти такое же, как его глаза, - серое и мутное.

Колесо обозрения в парке аттракционов уже остановилось. Он вернулся сюда, чтобы попрощаться, не уверенный в том, что сможет увидеть свою знакомую после окончания ночи. Неизвестно, как скоро он окажется здесь снова, поэтому решает хотя бы попытаться.

Недалеко от колеса находятся подмостки - бывшая театральная сцена. Некоторые доски уже сгнили, в углах валяется мусор и оттуда тянет неприятным запахом. Сцена построена так, чтобы звуки выступления распространялись на довольно большую площадь. Иногда здесь поет девушка: Марк мог услышать ее даже на самой высокой точке чертова колеса, и эта песня, каждый раз одна и та же, вызывает у него противоречивые чувства. Тревогу, грусть, но вместе с этим и некоторое успокоение. Когда он слышит ее - засыпает, зная, что увидит новый сон о другой своей жизни.

Ведомый звуками волшебной колыбельной, он приходил сюда несколько раз раньше и видел мерцающую фигуру. В существование призраков, которые должны пугать детишек в комнате страха, Марк не верит. Но для себя тогда решил, что девушка именно призрак. Может быть, его маленькая галлюцинация от избытка сна или тульпа, созданная его мозгом, чтобы облегчить засыпание. Он старательно избегает размышлений о собственном сумасшествии, просто принимая факт существования некоторых странностей в своей жизни.

Доски скрипят, он аккуратно обходит те, что могут сломаться под его весом, пусть и небольшим. Направляясь в самую темную часть сцены, он напевает знакомую мелодию - без слов, только звуки. И несколько мгновений спустя слышит ее голос:

"Спи, дитя, под сенью тени,

Там, где звезды прядут сны."

В полумраке мерцает знакомый силуэт, едва разгоняя темноту сцены. Марк замолкает, внимая знакомой колыбельной и нежно улыбаясь.

"Сон лети, да не проснися,

Слух не тронь, дыханьем стань."

– Привет... – шепчет он, не рассчитывая услышать ответ. Она никогда не говорит, только поет.

"Кто один - забудет имя,

Кто второй - запомнит свет.

Песнь, как нить меж двух живыми,

Свяжет с тенью чей-то след."

– Я ухожу, – продолжает он с легкой печалью. – Не знаю, когда вернусь.

"Если путь уводит в дрему,

Если имя тает в снах -

Пусть звучат слова, дыханье

Пусть хранит тебя в веках."

– Может быть, там я даже смогу разгадать тайну твоего существования, – добавляет он, стараясь звучать оптимистично.

"Не отринь, коль станешь пеплом,

Имя вторит - я живу.

Страж на берегу не спит,

Берег держит тьму во льду."

– Но знаешь... – говорит он тише, скрывая печаль. – Мне будет тебя не хватать.

"Там, где сон коснется скорби,

Там, где лед зовет во тьму,

Я вернусь из крови-зова -

Только имя назову."

Под конец песни призрачный силуэт девушки начинает таять. Обычно она поет всю ночь, иногда динамики подхватыватывают эти звуки и разносят по всему парку. Марк не знает, является ли это способностью призраков, но динамики однозначно не работают - он проверял. Услышит ли он эту песню, ночуя в другом месте? Увидит ли те самые сны?

Девушка исчезла. Едва слышно прошептав "Прощай", Марк направляется к выходу из парка. На обратной стороне визитки написан адрес бизнес-центра: путь предстоит неблизкий. Придется пробираться в метро. В их городе есть лишь две ветки: потеряться сложно.

Людей на улице стало больше, в метро наверняка час пик. Это играет на руку: Марк просто теряется в потоке людей, проходящих через турникет. Ему снова хочется спать - действует недавняя колыбельная и слишком раннее пробуждение. Чужие лица смазываются, Марк развлекается, разглядывая отражения в окнах вагона. Это напоминает игру "найди десять отличий". Живот урчит, и он достает вторую булочку из рюкзака, откусывая ее на ходу.

Бизнес-центр располагается почти на окраине города. Высокое здание сильно выделяется среди жилых девятиэтажек, но район выглядит благополучным. Много магазинов, недавно построенные детские площадки во дворах. На входе ему оказалось достаточно показать визитку и сказать: "Я в Зеркало", как его пропускают. Вид потрепанного подростка их не смущает: видимо, он такой не первый. Лифт останавливается на 23 этаже и выпускает его в небольшую комнату со стойкой регистрации и большими дверьми из темного дерева, с черной табличкой и знакомым фиолетовым шрифтом.

За стойкой стоит девушка средних лет в строгой офисной одежде. Она что-то печатает на компьютере и только спустя минуту поднимает взгляд на прибывшего.

– Я от профессора Лебедева, – неуверенно говорит он.

Девушка проходится по нему взглядом и удивленно приподнимает брови.

– Сам пришел? – спрашивает она, и Марк кивает. Сделав пару кликов на компьютере, она снова к нему обращается. – Имя?

– Марк, – уже увереннее отвечает он.

Девушка устало вздыхает.

– Имя, фамилия, отчество. Можно без последнего, если его нет. – Она произносит это медленно и четко, будто объясняет ребенку.

– Второго тоже нет, – довольно резко отвечает Марк, почувствовав раздражение от этого тона.

– Хорошо. Возраст? Дата рождения? – Она говорит все так же медленно.

– Восемнадцать. Восьмое октября, 2008 год. – Марк озвучивает первую пришедшую в голову дату, но немного ошибается с расчетами, на что девушка снова вздыхает.

– Тогда вам пока еще семнадцать, – решив не разбираться с этими проблемами, она просто записывает озвученные данные и указывает на дверь. – Общежитие находится на 24 этаже, лестница в конце коридора. Ваша комната номер восемь, – она бросает взгляд на Марка, указывая на его любовь к этому числу. – И зайдите в комнату материальной помощи, подберите себе что-нибудь более... Приличное.