Тот, кто спит в моей голове

Глава 3. Сновиденцы.

В общей комнате стоит шум. Подростки разбились на небольшие группы, расположившись на диванчиках. Кто-то пьет чай, другие листают книги и делают записи. В глаза сразу бросается пара в дальнем углу: в отличие от остальных, они сидят молча. Девочка, которая выглядит самой младшей из всех, кто здесь есть, кутается в плед. Ее пальцы скользят по подлокотнику дивана, повторяя узор, а взгляд карих глаз кажется слишком отрешенным. Вокруг нее скопилась сонная тишина, даже звуки чужих голосов словно не имеют возможности проникнуть в ее пространство. Марк замечает, как к ней подходит парень с длинными волосами, протягивает кружку и аккуратно поправляет плед.

В стороне раздается громкий голос, привлекая внимание. Блондинка в черном платье с золотым узором выглядит как идеальная кукла: красивая укладка с волнами, голубые глаза и нежная фигура. Только ее смех звучит слишком фальшиво, а голос режет слух. Девушка выглядит чем-то недовольной. Рядом с ней стоит парень и молчаливо внимает ее монологу, пока не замечает Марка. Он машет ему рукой, и Марк подходит к ним. Скорее всего, он бы проигнорировал это молчаливое приглашение, но в такой толпе сверстников он чувствует себя слишком непривычно и не имеет ни малейшего представления о том, что должен делать. Блондинка замолкает и проходится по нему оценивающим взглядом.

– Эм... Это же тебя заселили в восьмую комнату? – Неуверенно спрашивает парень, немного дергано поправляя светло-русую прядь волос, упавшую на лицо. – Меня зовут Ян, теперь мы соседи...

– Я Марк, – отвечает он, мысленно соотнося образ Яна с тем, что увидел в комнате. Сосед выглядит так, будто даже просто стоять здесь ему неуютно.

– Комната потерянных щеночков, – раздается насмешливый, резкий голос сбоку. – А ты милый, только взгляд как у лунатика. Надеюсь, ты хотя бы умнее, чем выглядишь.

Марк приподнимает брови, посмотрев в упор в голубые глаза собеседницы. Девушка держится так, будто все пространство комнаты принадлежит ей. Слишком яркая. Слишком самоуверенная. Королева без короны.

Ян опускает взгляд и делает вид, что разглядывает что-то на полу.

– Алина, – бормочет он, но без осуждения, скорее по привычке.

– Что? Я сказала это вежливо, – усмехается она. – У нас здесь не летний лагерь. Если не выдержишь - всегда можешь выйти в окно.

На мгновение Марк задумывается: насколько более раздражающей может стать Алина без этой сомнительной вежливости?

– Он вроде ничего... – тихо говорит Ян, будто пытаясь заступиться. – Только прибыл же.

– Пусть привыкает, – фыркает она. – Таких, как он, надолго не хватает, станет очередной тенью. – Бросает, кивнув в сторону отстраненной девочки в углу. Потеряв интерес к диалогу, Алина опускается в кресло рядом так, словно это ее трон.

Ян слегка ежится и тихо говорит:

– Это Герда. А рядом с ней Кай. – Лишь на секунду поднимает взгляд в сторону тихой пары и, боясь потревожить их даже этим, быстро поворачивается обратно к Марку. – Не переживай, Кай позаботится о ней.

Марк слегка равнодушно пожимает плечами, показывая, что его не беспокоит эта ситуация.

– Так чему здесь учат? – Спрашивает он. – И когда? Днем мне показалось, что все спят.

– Потому что занятия с девяти вечера. Это что-то вроде магии снов, – Ян отвечает уже более уверенно, видимо, почувствовав себя чуть свободнее без вмешательства Алины. – Ты слышал про Навь?

Марк отрицательно качает головой, и Ян продолжает:

– Ну... Сегодня будет лекция профессора Костяного. Он лучший, знает о Нави больше всех. Думаю, тебе понравится. Если не испугаешься...

– Испугаюсь?

– Его голос будто скребет по мозгам, – вставляет Алина, не поворачиваясь. – Ян едва не отключился на прошлом занятии, – ее губы снова растягиваются в усмешке.

– Я... просто плохо спал до этого, – бормочет Ян.

– Ага, конечно, – хмыкает девушка. – Пожалей себя еще.

Марк молча наблюдает за их взаимодействием, не понимая, почему эти двое вообще разговаривают друг с другом. Слишком разные, как огонь и вода. И оба - что тихий Ян, что грубая Алина - не вызывают у него никакой симпатии.

Аудитория на 23 этаже больше напоминает небольшой зал для ритуалов, чем учебную комнату. Вместо парт со стульями - диванчики, выставленные полукругом. Между ними стоят кофейные столики с небольшими светильниками, чей мягкий желтый свет едва справляется со своей прямой функцией. На стенах висят амулеты и связки засушенных трав, потолок теряется в темноте. Он не должен быть слишком высоким в теории, но после блужданий по верхнему этажу-лабиринту, Марк уже не уверен, как вообще работает архитектура этого места. Единственное, что намекает на обучающую атмосферу - меловая доска на стене перед диванами.

Неподалеку профессор Костяной ожидает, скрестив руки на груди, пока все рассядутся. Его силуэт сливается с тенью, словно он - не до конца материализовавшийся сон. Весь его образ кажется слегка выцветшим, и только глаза выделяются: сверкают изумрудно-зеленым светом из-под очков в черной оправе. Смутно знакомый взгляд пронизывает Марка насквозь.

– Навь, – произносит он наконец. – Это не место. Это - язык.

Голос не звучит неприятно, как обещала Алина. Он четкий и спокойный, но почему-то по коже Марка пробегает холодок.

– Мы не "входим" в Навь. Мы становимся ею. Мы говорим на ее языке, когда забываем, кто мы. Мы слышим ее, когда погружаемся в себя слишком глубоко.

Светильники на столиках мигают несколько раз, и зал погружается в таинственную атмосферу.

– Те, кто хотят превратить Навь в инструмент, ломаются. А те, кто позволяют ей сломать себя, становятся сновиденцами.

Костяной оглядывает зал. Кто-то нервно ерзает, Алина театрально зевает. Ян опускает голову вниз, будто боится столкнуться с взглядом преподавателя.

– Есть три вещи, которые вы должны запомнить, – говорит профессор, поворачиваясь к доске, чтобы написать постулаты сновиденцев. Он озвучивает каждое, делая небольшие паузы между ними: