Тот, кто спит в моей голове

Глава 6. Охота за осколками.

Когда наступают выходные, Марк отправляется в REM. Уже один, без Кая. Внутри бара сегодня особенно многолюдно. Зал полон теней. Бар словно дышит: мягко, медленно, пульсируя светом, который не имеет источника. Где-то среди толпы танцует Капля. Ее движения обволакивают пустоту, как дым, расползающийся по трещинам сна. Решив ее не отвлекать, Марк пошел к Войду тем же путем, что и в прошлый раз.

Кабинет не изменился, Войд сидит за своим столом и перебирает пробирки, делая записи. В его черной одежде нет ничего броского, но она поглощает свет, как окно в другой мир. Лицо бледное, неподвижное. Заметив Марка, он говорит:

– Ты здесь. Хорошо.

Парень кивает, проходит внутрь и садится в кресло. Он чувствует тревогу от предстоящего обучения, понимая, что делает что-то неправильное. Войд смеривает его пристальным взглядом.

– Для начала - забудь все, что тебе говорили в академии. Вся их наука построена на формулах, но Навь не инструмент. Она нечто большее. Это голос. Вкус. Запах. Она говорит с теми, кто умеет слушать.

Марк моргает, вспоминая слова профессоров и пытаясь переосмыслить их с точки зрения Войда. Правильные формулы, техники, последовательности... Он не выбрасывает эту информацию из своей головы. Складывает в сундук и задвигает в отдельную комнату в своем сознании с табличкой "академия".

– Сны не уравнения. Они дым, который ты вдыхаешь. И если вдохнешь правильно, он поведет тебя.

Войд встает и жестом приглашает Марка следовать за ним. За тканью с непонятными символами открывается арка, ведущая в небольшую комнату. Пол и стены выложены темным кирпичом, но стен почти не видно: они заставлены деревянными полками с разными пробирками, мешочками, шкатулками и непонятными инструментами. Все остальное пространство комнаты было свободно.

Войд подходит к одной из полок и берет мешочек. После проходит в центр и садится на корточки, рассыпая пепел из мешочка в причудливый круг.

– Это круг связи. Он не удерживает, – Войд проводит пальцем линию, но на его перчатках почему-то не остается следов, – он резонирует. Как пустой бокал, если в него говорить.

Марк слушает объяснения, наблюдая за его действиями. Но вдруг его отвлекает какой-то звук. Тихий звон, невыносимо напоминающий мелодию. Марк отчаянно хочет услышать ближе и больше, чтобы наконец-то понять, о чем эта песня. Следуя звуку, он обращает внимание на один из инструментов на полке, похожий на вилку с двумя длинными зубцами. Взяв его в руки, Марк наконец слышит: мелодия невероятно похожа на песню призрака. И, будто прочитав его мысли, инструмент становится громче, разнося по комнате знакомые слова.

– Интересно, – говорит Войд, и Марк вздрагивает, обнаружив наставника слишком близко. – Это не сон... Похоже на след. Может быть, даже ключ.

Марк непонимающе на него смотрит. Инструмент будто обжигает руку, но отпускать не хочется. Он не слышал эту песню уже несколько месяцев.

– Что это? – шепчет Марк.

– Что-то вроде камертона для сновиденцев. Мы называем его звон. – Войд протягивает руку и бережно забирает инструмент из хватки Марка, а после поясняет: – Ты еще узнаешь, для чего он нужен. Но не советую держать его слишком долго. Пока не научишься закреплять свои сны.

Марк ничего не понимает и с тоской смотрит, как камертон отправляется обратно на полку. Музыка затихает. Войд указывает на круг.

– Садись в центр и слушай шум города, музыку REM, дыхание стен.

Он послушно садится на холодный пол, скрестив ноги. Пепел щекочет нос, пахнет травами, выгоревшими на костре. Марк закрывает глаза и старается отвлечься от тихих звуков инструмента, уловить нечто большое.

– Сны не предметы - эмоциональные проекции, – голос Войда стал тише, будто из-под воды. – Чтобы взять сон, нужно вызвать его зовом.

Юный сновиденец начинает улавливать звуки в пространстве, как нити, которые он видел после Навьих троп. Одна из них ведет в зал бара и, ухватившись за нее, Марк ощущает на коже взгляд, холодный как снег. Слышит голоса, отражающиеся в зеркалах эхом.

– Ты будешь искать не сон - осадок. То, что сны оставляют, когда уходят. Как следы-полумесяцы на ладонях от сжатых в кулак пальцев. Или как пыль, витающая в комнате, когда кто-то только что прошел мимо.

Марк кивает, стараясь запомнить. Вскоре он встает, отряхивая одежду.

– Отправляйся в город. Прислушайся, отыщи улицу, по которым ходили сны. Присмотрись, почувствуй. Пока не забирай. Можешь попросить Каплю пойти с тобой, если она согласится.

– Хорошо, – говорит Марк, все еще слыша зов на периферии сознания.

Он направляется к выходу, размышляя о том, где искать сны. Мир снаружи кажется одновременно огромным и хрупким после пространств бара. На улице витает легкий туман. Около арки стоит Капля, прислонившись к кирпичной стене. Ее силуэт окутывает полупрозрачный дым, исходящий от сигареты в пальцах. На плечах - небрежно наброшенное длинное черное пальто. Почувствовав присутствие Марка, она медленно поворачивает голову, и ее губы растягиваются в лениво-загадочной улыбке, будто она уже знает о его задании.

– В твоем взгляде - зеркала, – произносит она проникновенным шепотом, ее голос отражается от стен арки, повторяясь тише и тише. – Ты их слышал? Они тебя слышат.

Марк моргает. Он не понимает, но чувствует: это не просто поэтический образ. Что-то, касающегося его напрямую, невидимые детали, которые может почувствовать только ее слепой глаз. Капля склоняет голову на бок, рассматривая отражения его мыслей.

– Составлю тебе компанию. Будет не весело, если ты потеряешься в осколках. – Она стряхивает уголек, и тот растворяется в воздухе, словно никогда не существовал. От нее пахнет пеплом, морозной ночью и едва уловимой мятой. Против ее компании Марк не возражает.

Они идут по ночному городу. Он будто оживает под их ногами и ластится, как голодная кошка. То двор шуршит осенними листьями, когда странная парочка проходит мимо. То над мостом застывают огни. Иногда в стеклянных витринах отражается их искаженные силуэты. Марк чувствует, что город знает, что они ищут. Будто сама Навь подсвечивает следы, оставленные сновидениями.