Тот самый сантехник 2

Глава 1 - Глобальное время

Неделю спустя последних событий.

Пациент в спортивном костюме слегка покачивался на стуле в ожидании доктора. Больше не в пижаме, одет в домашнее, то – традиция, не Борису Глобальному нарушать. Кома позади, подоспела выписка. Осталось переобуться из тапочек в кроссовки, куртку в гардеробе забрать и на работу пора.

«А чего время терять»? – подстегнул внутренний голос: «Пора трубами заняться. Отопительный сезон скоро! Дарья ждать не будет».

Боря расслабился, поправив манжеты. Только в спортивном русский человек чувствует себя в безопасности. И не важно в больницах на лечении, на курортах на отдыхе или на работу забежал на минутку. Хоть на отдыхе с пивком сиди в таком костюме, хоть в магазин пойти можно, а то и на приём к начальству заскочить. Главное намеренье обозначить. Экипирован, мол, и готов к вызовам, вроде спонтанной войны или неожиданной свадьбы.

Но из здания с успокаивающим цветом стен сразу не отпускают. Человек в халате нужен, чтобы поставил подпись под распечатанным листиком. Свобода от медицины доказательства с заверенными печатями требует. Автоматика тут не справится.

Вроде встань с кровати больничной и уйди, раз можешь. Но – нельзя. Выписка с бумажкой о закрытии больничного листа нужна на работу. Юридический факт, чтобы лежащего в коме не посчитали халявщиком. Мало ли таких находчивых, изображающих кашель, чтобы отдохнуть на островах в тропиках недельку?

«Система бдит и требует доказательств»! – подсказал внутренний голос: «Говорят, мухлюя со справками, так поступал Антон Сергеевич, пока не сменил Канары на нары. Ну, да туда ему и дорога. Кто людей обманывает, рано или поздно сам окажется в дураках. Нельзя быть умнее всех. Конкуренты всегда найдутся».

Продолжая качаться на стуле и глядя на побеленный потолок, Боря больше не думал о начальнике под следствием. Как человек в полном расцвете сил в свои девятнадцать лет, Глобальный больше задавался другим, почти философским вопросом: «Почему, когда помоешься – какать хочется»? расслабился, так расслабился!

Антибиотики крутили живот и Боря чётко понимал одно – главное, не растрясти. Иначе последствия могут застигнут где угодно. От медицины ещё ни один далеко не уходил. Но в ординаторской никого не было. Доктора разбежались по палатам. А он сидит и ничего – доверие наработал.

Пока в себя приходил, расхаживаясь по коридору, восемь раковин прочистил от засоров по палатам. Попутно починил три капающих крана в кабинетах и перевязочной. Ещё один полностью сменил в столовой, когда главврач новый принёс, глядя на нездоровый энтузиазм пациента. А в награду витаминки лежат на тумбочке. Даже булочками накормили из буфета. Уважают.

Проблема заключалась в халатности местного сантехника. Тот приходил от случая к случаю, порой поглядывая из запоя на окружающий мир одним глазком. Особой надежды на него медперсонал не возлагал. И когда в отделении вдруг заработала вся сантехника ровно так, как и планировалось, отношение к Борису Глобальному стало как к уважаемой персоне: чистое бельё по размеру и две порции в столовой, а хлеба давали сколько угодно по первому запросу. Хоть лепи из него.

Но истинное почтение выражалось в том, что сантехник мог в любое время взять ключ в ординаторской и воспользоваться служебным совмещённым санузлом. Более того – мыться, когда пожелает. Вот, пользуясь случаем, Боря и понежился в ванной перед выпиской как следует. Расслабился перед погружением в рабочий график.

Но стоило отмыть себя до зеркального блеска, как клапан затравил. Сантехник снова прислушался к ощущениям. Слабоват напор. «Пшик» скажет и затихнет.

«Спокойно, Боря, без нервов», – снова заявил внутренний голос: «Мы всё успеем».

Поспорить с ним не удалось. В кабинет вошёл пожилой доктор. Пациент приподнялся из уважения, но был посажен на место властным взмахом морщинистой руки.

– Сидите, Борис. Не вставайте.

По возрасту видно – опытный. Но ещё не настолько стар, чтобы самому под наблюдение попасть. Доктор подслеповато глянул на распечатанную историю, поставил росчерк на выписке, заверил печатью и протянул с той надеждой в глазах, что не придётся комментировать происходящее.

– Док, так что со мной было? – спросил Боря уже сам, так как чувствовал себя великолепно, но и интерес насчёт здоровья присутствовал.

Никаких тебе инсультов и инфарктов, от которых отходить и восстанавливаться хоть всю жизнь. Только таблетки с витаминками давали. Беленькие. Иногда Глобальный подозревал, что это слабительное, чтобы долго койко-место не занимали. Но с ходу ничего не докажешь.

– Невралгия, – улыбнулся седой доктор с прищуром. – Удар, знаете ли.

На этом разговор мог и закончиться, но упрямый пациент ждал ещё пары слов. А лучше предложений. Развёрнутых, обстоятельных. Пришлось объяснять.

– Нервы. Просто нервы, Борис, – смирился доктор с неизбежным разговором. – Мы часто много на себя берём и переживаем по пустякам. Но если в преклонном возрасте это выражается болью в груди или пульсацией и голове, то в молодости организм решает, что рано ещё переходить за грань. И просто выключает «рубильник» раньше, чем пробьёт последний час. Так что вам, считайте, повезло. Вас вовремя вырубило.

– Кома – это везение, выходит? – прикинул Боря.

– Ваша кома внутренних органов не отключала, просто перезапустила мозг, – отметил светило медицинской науки, ответственный именно за голову и её содержимое. – Вы истощили резервы организма, Борис. Он ответил, как мог. Ещё вопросы?

– Так что теперь делать? – Боря сам весь в вопрос превратился. – Витаминки продолжать пить?

– Обязательно, – кивнул доктор. – Плюс режим дня настроить и начать правильно питаться. Воду пейте обязательно. Не кофе, не чай, не сок, не морс, а воду. Но это общие рекомендации, – и тут доктор даже голос изменил. – А лично вам советую посетить психолога. Признаюсь, это не больно. Даже в первый раз.

Боря поднялся. Даже в туалет перехотелось. Как любой нормальный молодой человек он боялся стоматологов, смеялся над походами к проктологам, подозревал урологов во всех тяжких и не понимал мозгоправов. Булки сжались от внутреннего протеста!