Трамплин над пропастью

Глава 7

Люк очень старался не бежать — из-за прихрамывающего Яна, и это было почти невозможно, потому что он отчетливо слышал характерный треск вертолетного винта. Вчера никто не отвечал! А сегодня вертолет готовится к взлету!

Он очень боялся опоздать, вот сейчас он свернет за камни, и вертолет поднимется в воздух, и снова невозможно будет дозвониться до пилота, Люк даже забыл о странной неприятной дамочке с ее непрошеными советами — так пристально, до боли в шее, он вслушивался в треск винта, опасаясь уловить в равномерном звуке еле заметные изменения, озачающие, что вертолет оторвался от земли. Но нет, вот они вошли — Люк почти вбежал — на площадку, а вертолет все так же терпеливо накручивал винт. Стоявший рядом с ним пилот озабоченно посматривал то на небо, то на часы. Ян и Люк тоже обратили на себя его внимание, но не настолько, чтобы пилот хотя бы соизволил сделать в их сторону пару шагов. Ему хватило чуть повернуть голову.

— Здравствуйте! — выпалил Люк. — Я Люк Харпер, я гость в «Луне», я хотел бы взять вертолет в аренду.

«Этот или вон тот, второй», — собирался добавить он, но промолчал. Без разницы, какой, на самом деле.

— Не выйдет, — криво ухмыльнулся пилот, суровый мужик в возрасте. Люку показалось, что перед ним бывший военный. Похоже, он давно в отставке и переквалифицировался для беззаботных коммерческих полетов. — Это частный вертолет, парень. А ты что, куда-то лететь собрался?

Пилот указал на рюкзак за спиной Люка, и тот помотал головой.

— Нет, просто… У меня есть лицензия, я вчера увидел площадку, решил, что будет возможность полетать. А тот, второй вертолет?

Пилот повернул голову в сторону, куда смотрел Люк, с таким видом, будто вообще понятия не имел, что неподалеку стоит еще одна машина.

— Тот вертолет «Луны», — махнул он рукой, — и тоже не сдается в аренду. Так что забудь, парень, или приезжай сюда месяца через два или зимой. Тогда будет работать экскурсионное бюро и аренда, а сейчас всю технику угнали на обслуживание и людей никого нет.

Люк сник. Пилот снова покосился на его необъятный рюкзак так, словно боялся, что в нем бомба. Люк убрал его за спину.

— А если не в аренду? — спросил он, уже мало на что надеясь. — Просто прогулка. Я заплачу наличными, если хотите.

— Прости, — услышав про деньги пилот немедленно смягчился. — Я бы с удовольствием. Но машина не моя личная. И до конца месяца я сюда не вернусь.

Этого следовало ожидать. Но Люк был упрям. Нужно будет поговорить с администратором насчет второго вертолета, который остается здесь.

Прямо сейчас он готов был отвалить любые деньги, только бы попасть за штурвал.

— Сфотографироваться на фоне вертолета можно? — спросил он, мысленно наметив план действий.

Пилот пожал плечами, мол, какая мне разница, и Люк вопросительно посмотрел на Яна.

— Надевай синюю футболку, — посоветовал тот, — она будет классно смотреться на фоне серебристого борта.

Им всем приходилось почти что орать, но никого это не смущало. Люк вспомнил, как начал заниматься в бассейне, сначала плаванием, потом прыжками — несколько месяцев он чувствовал себя случайным чужаком, инородным телом, пока что-то неведомое не щелкнуло наконец и все вокруг стало понятным, а люди, от таких же мальчишек и тренеров до сотрудников бассейна, — родными. Крик, перекрывающий шум вертолета, сразу превратил Люка в своего и здесь, на вертолетной площадке. В конце концов, он ведь тоже пилот. С лицензией.

Пилота по-прежнему занимал рюкзак и загадочные для непосвященного слова Яна, но он молчал. Кроме того, на площадке появились еще два человека, и Люк во второй раз за это утро так подвис, что Яну пришлось мало того что стащить со спины Люка рюкзак и самому в него залезть, так еще и буквально сунуть ему в руку злосчастную футболку.

Первая мысль у Люка была — «до и после», как обычно разные спортивные клубы рекламируют успехи своих клиентов: каким человек пришел на первое занятие и что с ним стало года два-три спустя. Женщины были похожи, но одна была популярного в пятидесятых годах прошлого века типажа, этакая эффектная Мэрилин в брючном костюме с весеннего подиума в Милане, а вторая…

Ее вряд ли пускают на борт самолета.

Или как минимум заставляют покупать второй билет.

Люк был спортсменом, поэтому принимал даже неуклюжих любителей спорта так же естественно, как владелец пекарни — своих покупателей. Людям нужно есть, считает пекарь, а спортсмен полагает спорт обязательным для всех, кто хочет сохранить здоровье до старости, а еще лучше — до гробовой доски. Люк приветствовал всех в спортивном зале. Даже самых неповоротливых и смешных. Радовался их успехам... Если замечал. И всегда подсказывал и помогал, если спрашивали. И не особенно понимал тех, кто предпочитал спорту бессмысленное валяние.

При виде женщины весом килограммов двести пятьдесят он испытал почти физическую боль, хотя не мог сказать, что отличается настолько уж сильной эмпатией. Может быть, у нее какое-то заболевание, подумал он, или что-то случилось, с чем не справился даже востребованный психотерапевт, но женщина шла, переваливалясь и задыхаясь, каждый шаг давался ей с огромным трудом, а Люку хотелось заорать на вторую дамочку: “Кой черт ты потащила ее сюда?”

Но, вероятно, иного способа улететь не было, и Люк смирился, загнав второе за сегодняшнее утро ощущение неправильности происходящего куда-то поглубже.